Хочу жену друга - Тата Сибирская

- Я не могу, - прошептала.

Я отпустил ее лицо и сделал шаг назад. Ника обхватила себя руками. Чтобы ее не гложило, сейчас это было сильнее ее тяги ко мне. В ее глазах плескался такой коктейль эмоций – вот только там уже не было ни капли страсти и возбуждения. Но я не намерен так просто сдаваться, я это исправлю, но сейчас нельзя давить. И надо уйти, потому что еще минута рядом, и я наброшусь на нее и уже не остановлюсь.

- Спокойной ночи Ника, - я резко развернулся и ушел в свою комнату.

На ходу скинул одежду и зашел под холодный душ. Все тело буквально сводило от возбуждения.

После душа, еще около часа не мог выбросить из головы Нику и все, что было в коридоре. Почему “не могу”? Я ведь чувствовал, что ей тоже это понравилось. У меня крышу рвало от ее отзывчивости, пока я не стал настойчивее исследовать ее формы. Повел себя слишком грубо? Поторопился? Она скована из-за Макса? Слишком рано для нее? Или там что-то еще, о чем я просто не знал…

С этими вопросами я провалился в сон.

*****************************

Пальчики легко коснулись скулы, пробежали по шее. Дорожка из поцелуев пролегала по груди к животу и ниже к паху. Член в боксерах дернулся, отзываясь на ласку. Рука накрыла пах и сжала возбужденную плоть через ткань. Из груди вырвался стон удовольствия и слово молнией разрезал пространство… я застонал в голос.

Это отрезвило и вывело из полудрема. Я не спал. И меня сейчас действительно кто-то ласкал, руки настойчиво оттягивали резинку трусов, добираясь до члена.

Я резко сел и перехватив руки, дернул девушку на себя. Ударил по кнопке включения настольной лампы и всмотрелся в лицо ночной соблазнительницы.

Лейла.

Меня словно битой по голове ударили. Я отшвырнул девушку и встал с постели. Жена отца тоже встала на ноги и двинулась в мою сторону. На ней была короткая полупрозрачная сорочка и такой же халатик.

- Что ты здесь делаешь Лейла? – прорычал на нее. Она тем временем подошла и потянулась губами ко мне. Снова перехватил ее за руки и отодвинул. – Что ты творишь?

- Амир, я хочу тебя, - с щенячьим выражением лица смотрела на меня, - и ты тоже меня хочешь, - стрельнула взглядом в сторону паха.

Я не собирался оправдываться. Я взрослый, здоровый мужик, и да, ее ласки меня возбудили, вот только это не значит, что я должен ее сейчас завалить и трахнуть.

- Я советую тебе сейчас же уйти отсюда и забыть дорогу в эту комнату. – с силой сдавил запястья, так что Лейла поморщилась. - Иначе я не посмотрю на то, что ты мать моей сестры. Я вышвырну тебя отсюда.

- Но почему? – завизжала. - Это же не из-за нее? Ты даже не живешь со своей женой в одной комнате и не спишь с ней. А я хочу тебя…

- Это первое и последнее предупреждение. - потащил ее к выходу из комнаты. Она упиралась и пыталась вырваться. Открыл дверь и выставил ее в коридор. – Чтобы больше не смела здесь появляться, - прошипел ей в лицо и подтолкнул в направлении лестницы.

Но когда мои глаза посмотрели в ту сторону, то мысленно застонал. В нескольких шагах от нас стояла Ника.

Глава 17

Ника.

Большое помещение без окон. Темные стены и потолок. На полу ковер, но даже мягкий ворс вряд ли способен спасти от боли во всем теле из-за многочасового нахождения на нем в одной позе. Руки стянуты веревкой над головой, ноги, привязанные к стойкам на полу, разведены в стороны, под спиной мягкий валик, но и он не улучшает ситуацию.

Да это и не важно. Валик ничего не может изменить.

Девушке сидящей на привязи нет разницы. Ей хорошо.

О грубую веревку стерты запястья и щиколотки. На коже проступили синяки от грубого захвата пальцев. Шея, грудь, руки в кровоподтеков от болезненных укусов, кое-где запекшаяся кровь - зубы прокусили кожу.

А ей хорошо.

Ее глаза блестят, а губы улыбаются. В голове легко и… пусто.

По ее крови гуляет доза наркотика. Качественного. Она не загнется от одной дозы, в нем ничего не набодяжино. Ей не больно - боль в голове, а “ее голова уже далеко”.

Она очнется через пару часов. Будет кричать и дергаться. Тогда ей заткнут рот и истерзанным телом будет наслаждаться один из любителей, когда ему сопротивляются. Позже она получит новую дозу, на видеокамере, установленной рядом на штативе, замигает красная кнопка записи и уже другой будет на ней. Тот кому без разницы в каком она состоянии, но важно записать момент своего триумфа. Все моменты. А потом еще один… и еще…

Резко села на кровати и распахнула глаза. Сердце в груди зашлось бешеным ритмом, по спине стекал противный липкий пот. Как бы не прошел мой день, ночью придут они – призраки прошлого. Напоминания о том, что было - напоминания о Вере и том, через что она прошла.

Вот и сегодня. Снова.

Опустила ноги на пол и провела руками по лицу, пытаясь стереть налет сна вместе со слезами, которые пробились во сне – конечно же не получилось. Никогда не получалось… Макс помогал, когда-то, но его больше нет.

Спустилась на кухню и осушила несколько стаканов воды. Голова тяжелая. Не выспалась. Хочется лечь и забыться, но страшно. Даже понимание того, что это больше не часть реальности, а сон, не спасает от страха. Хотелось бы пойти в комнату, завернуться в одеяло и видеть розовых единорогов во снах, но этого не будет, можно с легкостью предугадать, что будет сниться, поэтому остается только лечь и бесцельно смотреть в потолок.

Вот только когда поднялась наверх к комнатам застыла, как вкопанная. Амир стоял в коридоре, возле своей комнаты, держал за руку Лейлу и что-то ей шептал. Весь их вид не оставлял сомнений, что между ними происходило – Лейла в шелковой коротенькой сорочке и халате не на много длиннее с растрепанными волосами, Амир вообще был в одних только боксерах.

Я проглотила образовавшийся в горле ком и глубоко вдохнула. Неожиданно для самой себя, увиденное отозвалось горечью, вот только я не стану этого показывать, моя реакция на