Стань моей истинной - Юлианна Клермон

— Не совсем. То, что в данный момент зверь заперт у меня в подвале, доказывает, что привязка оказалась неполной. Она произошла только у волка. Зверь ошибся. Для привязки ему нужна была кровь, а она как раз текла из разбитой губы. Но обратной привязки не случилось, потому что для этого Анадар должен был Вас укусить.

— З-з-зачем? — пролепетала я.

— Затем, что привязка должна быть двусторонней, — терпеливо объяснил профессор. — В организм Оборота должна попасть кровь немага, а в кровь немага — слюна Оборота. Тогда привязка будет завершена.

— То есть, для Оборота она — истинная, а для Марики он — нет? — изумилась Сильва.

— Не совсем верно, — Маран отрицательно мотнул головой. — Марика истинная только для волка, потому что Оборот был в облике зверя. И в данный момент у зверя, если можно так сказать, ломка.

— Ему нужна кровь Марики? — понимающе кивнула Сильва.

— Совершенно верно, — согласился профессор.

— И что теперь делать? — прохрипела я.

— Один из вариантов, который я могу предложить — дать ему Вашу кровь, — развёл руками Маран.

— А что будет после? — силилась понять я.

— Думаю, волк угомонится на какое-то время.

— А потом снова произойдёт срыв? — встревоженно спросила Сильва.

— Вполне вероятно, — Маран задумчиво кивнул головой.

— И сколько так будет продолжаться? — воскликнула я. — Неужели нельзя ничего сделать?

— Отчего же нельзя. Я думаю, достаточно завершить привязку, и волк перестанет выходить из-под контроля. А вы станете полноценной истинной парой.

— А на Анадара сейчас привязка действует? — я потерянно взглянула на профессора.

— В данный момент нельзя точно сказать, но, думаю, чувства зверя на него всё же как-то влияют. Оглянитесь на развитие ваших отношений и ответьте на свой вопрос сами.

Я сидела, оглушённая данным сообщением. Слушая сказку об истинной паре, я отчаянно завидовала героям. Их любовь и невозможность жить друг без друга казалась мне именно тем, о чём я мечтала всю жизнь.

Но теперь, услышав слова Марана, я вдруг явственно поняла, что моя симпатия к Обороту была настоящей, а вот его чувства ко мне, скорей всего, навязаны истинностью волка. Ну не мог он так сильно заинтересоваться мной в такой короткий срок. А я? Я просто наивная дурочка, которую приголубили, а она растаяла…

Сглотнув перекрывающий горло ком, я подняла на Марана затуманенный взгляд, отрицательно покачала головой и одними губами прошептала:

— Зверь точно успокоится, если получит кровь??

— Да, как и прошлый раз, — правильно понял меня профессор. — Но на какое-то время.

— Берите, сколько надо, — я быстро задрала рукав толстовки.

Маран тут же указал мне на другой стол:

— Проходите сюда, — он достал небольшой донорский контейнер.

Я молча пересела на стул и невидящим взглядом уставилась в стену.

— Много крови не потребуется, достаточно около десяти миллилитров, — утешающе произнёс профессор.

— Нет, берите больше, — я поджала губы. — Сколько времени продержится эффект?

— Пока я этого не знаю. Возможно, практически неделю, как и прошлый раз, — ответил Маран, затягивая на моей руке жгут.

— А если ввести ему кровь внутривенно? — предложила Сильва, следя за тем, как мужчина вводит в вену иглу.

— Возможно, эффект будет длиться дольше. Но для этого мне сначала нужно проверить совместимость крови, — Маран задумался. — Как понимаете, вы первые истинные, кого я встретил.

— Так возьмите кровь у Рихара и проверьте, — Сильва выжидающе смотрела на него.

— В принципе, можно попробовать, — Маран приложил к моей руке медицинскую салфетку и заскользил взглядом по столам. — Только для этого нужно ввести ему снотворное. Куда я положил дротики и снотворное?

— Боги, откуда они у Вас? Вы экспериментируете над животными? — ужаснулась подруга.

— Ну что Вы, нет, конечно, — профессор невесело усмехнулся. — Просто на всякий случай подготовился к срыву зверя Анадара.

Убрав контейнер с кровью, он взял шприц, попросил нас подождать и быстро скрылся за металлической дверью.

Сильва тотчас бросилась ко мне:

— Что ты задумала, подруга? — спросила она. — Я же вижу! Давай, признавайся.

Мои глаза увлажнились.

— Анадар не обратил бы на меня внимание, если бы не истинность, если бы не привязка кровью, — с ресниц сорвались первые слезинки.

— Глупости! — воскликнула девушка. — Конечно, обратил бы!

Но я лишь отрицательно покачала головой.

— Нет, Силь! Я не хочу, чтобы меня любили навязано, — всхлипнула я и продолжила: — поэтому оставлю профессору свою кровь, пусть вколет Анадару. А я лучше завтра же уеду подальше отсюда.

— Кому так будет лучше? — возмутилась Сильва. — Он же тебе нравится! Так чего ты дёргаешься, бежать надумала?

— Я не хочу, чтобы было так, — слёзы солёными ручейками сбегали по щекам. — Я хотела, чтобы всё было по-настоящему, чтобы я ему нравилась. А получается, все его чувства навязаны зверем, этой дурацкой истинностью. Влюбиться за несколько дней невозможно!

— Но он и не говорил о любви! Может, ты ему пока просто нравишься, и всё у вас впереди! — воскликнула Сильва.

— Не, Силь, не верю я в такие чудеса. Он так обнимал и целовал, будто свет на мне клином сошёлся. Пока всё не зашло слишком далеко, я лучше уеду. Не хочу потом собирать своё сердце по кусочкам, — сквозь слёзы прошептала я.

— Да, дела, — расстроенно протянула подруга и плюхнулась на стул рядом со мной. — И что теперь делать?

Она обняла меня, и некоторое время я просидела, оплакивая свою несчастную судьбу, свои чувства, которые так до конца и не разовьются. Я оплакивала счастье, которое могла бы испытать рядом с этим добрым, нежным и ласковым мужчиной.

— А что будет потом, — задала очевидный вопрос подруга, — когда действие крови закончится?

— Ну, я же медик как-никак, — всхлипнула, вытирая слёзы рукавом. — Буду периодически делать забор крови и анонимно отправлять в местный ППК на имя Марана.

— И куда ты поедешь? — спросила Сильва. — У тебя ещё два экзамена впереди и вручение диплома.

— Пойду утром к ректору, попрошу сдать экзамены пораньше в связи с тем, что нашла хорошую работу, — ответила я. — А диплом вышлешь почтовым письмом.

— Куда вышлю? — воскликнула подруга. — Куда ты собралась ехать?

— Ты говорила, что твои родители живут в глухой деревне. Но медпункт там хоть есть? — спросила я.

— Деревня действительно глухая, медпункт один на несколько деревень, — подумав, ответила Сильва.

— Ну вот туда и поеду. В деревнях всегда нужны фельдшеры и медсёстры.

— Сегодня уже поздно, но завтра я позвоню маме и узнаю точно, — подруга погладила меня по плечу. — А ты пока ничего не делай сгоряча, хорошо?

— Хорошо, — согласна кивнула я. — Надо только попросить Марана, чтобы задержал Анадара у себя в лаборатории хотя бы до завтрашнего вечера.

— А как же поиски отца? Неужели ты всё бросишь?