Удачный роман - Джули Шэн

— Зная тебя, я бы ещё запретила всё хрупкое и острое в руки брать, — Хëри чуть ближе подходит к своей камере, будто так лучше видно, — и это не тот мой любимый стакан?

Суа смотрит на стакан в своих руках.

— Возможно, а что?

— Я ж говорила, выкинь его — там трещина.

— Но он же целый, не разбился, зачем выбрасывать? — Суа его намыливает как следует и, когда рукой толкает губку в него, понимает, зачем, блин.

Еле заметная трещинка, которая не была для неё аргументом, чтобы избавиться от посуды, скалывается, и в следующее мгновение вода в раковине окрашивается в ярко-алый цвет.

— Ой, — всё, что может выдать Суа.

— Йечжи! Йечжи, вернись! Суа порезалась! — Хëри, которая как пятой точкой чувствовала неприятности, чуть ли не кричит, и в эфир врывается отвлëкшаяся на что-то Йечжи.

— Да как так? Я на секунду отвернулась! Скорее неси аптечку. Замотай пока руку!

— Чем? — почти пищит Суа, доставая руку из разбившегося стакана: кровь, ожидаемо, начинает идти сильнее, и от её вида тошнит.

— Да хоть полотенцем! Где аптечка?

Суа послушно хватает розовое кухонное полотенце и обматывает им раненую правую руку, пытаясь вспомнить, где в последний раз видела свою аптечку и есть ли там вообще что-то для такого случая. Она, конечно, неуклюжая, но редко с ней случаются травмы настолько серьёзные, поэтому, найдя коробку с лекарствами в тумбе под телевизором, копается в ней и разочарованно возвращается на кухню.

— У меня только таблетки и мази есть, — Суа садится за стол.

— Мы сейчас приедем.

Подруги отключаются, а Суа вспоминает о Тэхёне, который уже должен быть рядом с её домом. Она звонит ему и просит купить в аптеке бинт и какой-нибудь антисептик, говоря, что немного порезалась, когда посуду мыла. И когда парень заходит в квартиру с пакетиком, в котором лежат, как и просили, бинт, антисептик и пластырь, замирает на пороге кухни, видя окровавленное полотенце на руке девушки.

— Суа!

Ему становится страшно представить, что тогда в её понимании сильно порезалась.

Глава 15

— А я тут вот, — Суа вздрагивает от неожиданного возгласа Тэхёна. Она знала, что он пришёл, слышала его шаги в коридоре, но всё равно не смогла сдержать испуг. Она медленно приподнимает обмотанную полотенцем руку, на лице её появляется слабая, явно натянутая улыбка. — Порезалась немного. Хе-е-е.

Последнее слово срывается с её губ, будто воздух выходит из сдувающегося шарика. Суа морщится от боли, но тут же пытается сделать вид, что всё в порядке, хотя на самом деле всё далеко не так. Тэхён зависает на мгновение и, придя в себя, бросается к ней.

— Я тебя оставил всего на пару часов, — Тэхён не знает, с какой стороны подойти, как прикоснуться, чтобы не причинить ещё больше боли, поэтому руки он так и держит в воздухе над замотанной кистью Суа, осматривая её. — Что случилось?

Суа делает слабый кивок в сторону раковины, где лежит треснутый стакан. Она кривится, потому что от воспоминаний о том моменте, когда тонкое стекло неожиданно разошлось в её руках, оставив после себя, мягко говоря, неприятное ощущение, мутить начинает. Кровь, которую она увидела в первые секунды, была смыта водой, и теперь всё выглядит не так ужасающе, как тогда, но лёгкая тошнота пока не прошла.

— Посуду мыла, — она вздыхает.

— Суа, ну как так? — не совсем понимая, каким образом обычное мытьё посуды вдруг закончилось сценой из какого-то хоррора, Тэхён, наконец, находит край полотенца.

Немного помедлив, он всё же решается и осторожно тянет за него, приподнимая вверх, но полотенце, пропитанное кровью почти насквозь, прилипло к коже настолько сильно, что теперь кажется — снять его не получится никогда. Ткань сопротивляется, а у Тэхёна, сердце замирает, стоит только посмотреть в лицо Суа: от его любого малейшего движения она задерживает дыхание, продолжая улыбаться, но движения уголков губ показывают, что ей больно.

Крови так много, что Тэхён ловит себя на мысли: это точно кадр из какого-то хоррор-фильма, где произошло ритуальное убийство. Тряхнув головой, он тут же отгоняет её, пытаясь сосредоточиться на деле. И когда попытки безболезненно убрать махровую ткань с раны, чтобы оценить масштаб бедствия, проваливаются, он подходит к раковине, берёт кружку и наполняет её тёплой водой.

— Попробуем размочить, — говорит Тэхён, доставая из аптечки антисептик, чтобы потом осторожно обработать рану.

Поливая понемногу водой из кружки засохшее полотенце, Тэхён посматривает на Суа, снова и снова пытаясь сдвинуть его с мёртвой точки.

— Ой-ой, — она издаёт высокий, почти писклявый звук, когда махровая ткань, наконец, начинает поддаваться. — Ауч!

Тэхён перестаёт разматывать полотенце и смотрит на неё с исподлобья, словно ожидая, когда она будет готова к продолжению.

— Прости, — Суа улыбается виновато и ёрзает на стуле, пытаясь найти удобное положение, но боль не отпускает. Вновь с её губ срывается короткое "хе-е-е".

— Ещё немного, — Тэхён останавливается, давая ей время собраться с мыслями. Он ждёт, когда она кивнёт, разрешая продолжить. — Очень больно?

Суа, закрыв глаза, кивает несколько раз. В её голове всё ещё проносится момент, когда она порезалась, и только теперь боль стала осознанной и резкой. Рука будто пульсирует от каждого, даже едва уловимого движения.

Последний рывок, и Тэхён освобождает её кисть из плена полотенца, замирая на месте из-за окровавленных пальцев и пореза, который пересекает её руку, между большим и указательным пальцами.

— Вот чёрт, — выдыхает он в сердцах, не в силах сдержать эмоции. Суа открывает глаза и, посмотрев на рану, тут же отворачивается. Вид её собственной крови, запёкшейся на коже, снова вызывает тошноту. Она сглатывает комок, подступивший к горлу, чувствуя, как лёгкая паника начинает уверенно бить по нервным окончаниям.

Конечно, это не первое её боевое, так сказать, ранение — за свою жизнь Суа уже успела собрать коллекцию синяков, ушибов и шрамов. За каждым из них стоит своя история, иногда даже забавная, но сейчас, ей становится не по себе. Это кровавое месиво на её руке выглядит ужасающе, и никакие истории не могут смягчить тошнотворное чувство.

— Всё настолько плохо? — голос её дрожит, и она больше не рискует смотреть. Вместо этого Суа изучает дверцу кухонного шкафчика, на которой неожиданно обнаруживает пятно.

— Поехали в больницу, — Тэхён произносит это таким тоном, что Суа, услышав слово "больница", резко поворачивается к нему лицом, округлив глаза.

— Зачем? — в её голосе слышится испуг, и она отчаянно цепляется за надежду, что это можно как-то обойти.

— За шкафом, — настроение парня ясно даёт понять, что пререкаться не самая хорошая