Затишье перед ударом - Корт Комбе

— Спасибо вам огромное за то, что пригласили меня. Надеюсь, что я не мешаю. Райан не хотел, чтобы я проводила праздник одна, но уверяю, я бы никогда не сделала ничего, что помешало бы его времени с вами.

— Не говори глупости. То, что ты здесь, — исполнило все мои мечты. Ты не представляешь, как я этого хотела, — она говорит, беря меня за плечи. Её улыбка озаряет лицо.

— Забирай свои сумки и заходи! У нас столько всего, о чём нужно поговорить, и я не хочу упустить ни одной детали.

— Я заберу сумки, детка. Ты можешь идти, — Райан нежно целует меня в лоб и идёт к машине.

Я следую за его мамой в дом, который выглядит как декорации из рождественского фильма, с классическими украшениями, многие из которых кажутся винтажными. Ёлка украшена мишурой и мигающими огоньками. На камине стоит пять Санта-Клаусов в разных нарядах, а горящая свеча пахнет мятным какао. Райан не ошибся, говоря о её любви к праздникам. Я чувствую большую связь с его мамой, потому что я тоже фанат Рождества.

Дедушка никогда не был любителем украшений. Он предпочитал простоту и минимализм. У нас была ёлка, и всё. Мне не было жалко, я не знала другого. Теперь, похоже, это будет лучшее Рождество в моей жизни.

Мы втроём сидим в главной комнате. Мама Райана сидит в кресле, а Райан обнял меня, и я устроилась рядом с ним на большом диване. Он разжёг камин, а его мама сделала нам горячий шоколад. Мы рассказываем маме Райана всё о наших первых встречах. Райан настоял, чтобы мы пропустили большинство неприятных деталей, которые рисовали его как грубого парня, но его мама быстро поняла, что мы что-то скрываем. Она не остановилась, пока Райан не начал рассказывать всё с самого начала.

— Ладно, ладно, ладно, повтори-ка мне это, мистер, потому что я явно что-то не так услышала! — ругает его мама, и я не могу перестать смеяться. Он рассказывает о том, как он поцеловал меня на встрече студентов и сразу же убежал, не сказав мне ни слова. Мне нравится, как легко Райан общается с мамой. Это более мягкая сторона его, которую я начала любить. В этом доме он излучает спокойствие.

— Райан Шейн! Не могу поверить, какой ты был бесчувственный! Посмотри на неё! Она идеальна, а ты просто убежал, потому что испугался?! Это что, какая-то комедия?

Мне нравится динамика Райана и его мамы. Они так комфортно чувствуют себя друг с другом, и он не может устоять перед её глупыми просьбами.

— Всё не так, как ты думаешь, но она теперь со мной. Я не так уж всё испортил.

— И тебе стоит благодарить звёзды!

— Ладно, давай поговорим о чём-то, что не потребует меня оправдываться за свои решения.

— Мы отложим это, но знай, мы вернемся к этой теме, — она слегка наклоняется вперёд, встаёт и подходит к сыну, отталкивая его. Райан хватает её за плечо и делает вид, что ему больно.

Я не могу перестать смеяться. Это самое весёлое времяпрепровождение, которое я помню. Так вот, каково это — иметь настоящую семью.

Когда она снова усаживается в кресло, я замечаю, как её лицо меняется, и она начинает с трудом произносить следующие слова.

— Мама, — Райан вскочил с дивана и подбежал к ней, — сделай пять глубоких вдохов, прежде чем говорить, — тревога прочитана на его лице. Он пытается оставаться спокойным, но тот, как он вскочил и подбежал к ней, показывает, что он переживает. Он присаживается рядом с ней и внимательно следит за её дыханием. Через несколько минут ей становится лучше.

— Извини, Вайолет. Надеюсь, Райан предупредил тебя о моих проблемах до того, как ты приехала сюда, — она выглядит смущённой, и моё сердце разрывается от боли. Женщина, которая только что смеялась с нами, исчезла, заменённая суровой реальностью её болезни.

— Да, он рассказал. И я считаю, что ты самая сильная женщина, которую я когда-либо встречала. Ты борешься с этим и выходишь победителем, как настоящий воин, — я встаю и подхожу к ней, обнимаю её маленькие плечи и держу её холодную руку, уверяя её, что ей не нужно стыдиться передо мной.

— Мама, ты выглядишь усталой, и я не хочу, чтобы ты не выспалась. Я проведу тебя в спальню, а завтра мы обязательно вернемся к твоим вопросам о том, как я всё испортил, — Райан смеётся и помогает маме встать.

Она такая маленькая по сравнению с ним. Он буквально возвышается над ней. Райан берёт её под руку, чтобы поддержать её. Им нужно несколько минут, чтобы она набралась сил и пошла в спальню. Я не иду за ними. Когда он возвращается, он подходит ко мне и садится, притягивая меня на колени. Он выглядит как сломанная смесь счастья и печали, целого и нецелого, собранного и развалившегося. Я — та, кто пытается всё исправить. Я стараюсь не занимать слишком много места в жизни других людей, но, обдумывая всё, я понимаю, что я не могу это починить. Это невозможно исправить. Всё, что я могу, — это быть его опорой.

Прерывая молчание, я говорю:

— Она удивительная. У меня никогда не было мамы или кого-то похожего на неё в жизни. Тебе так повезло, что у тебя есть она, — я нежно глажу его по лицу.

— Я знаю, — отвечает он тихо.

Он слегка отворачивает моё лицо от себя. Я всё ещё на его коленях, но между нами теперь есть расстояние. Я чувствую, что он начинает закрываться. Не хочу терять этот момент с ним. Его подбородок мягко опускается мне на плечо. Мы сидим в тишине, и я чувствую, как моя футболка становится влажной. Слёзы скатываются по моей футболке, оставляя следы его боли. Это первый раз, когда я вижу его плачущим. Я знаю, что он не хотел, чтобы я это видела. Я поворачиваюсь и стираю его слёзы подушечкой пальца. Когда я снова смотрю на него, моё сердце разрывается. Мой сильный мужчина выглядит сломленным. Его глаза уносят его куда-то вдаль. Его челюсть сжата, а выражение лица суровое. Безмолвные слёзы продолжают катиться по его грубой коже.

— Ей не