Коварная одержимость - С. Массери

– Что? – Мое сердце чуть не выпрыгивает из груди.

Как же быстро он перешел к делу!

– Полагаю, ты меня слышала, – говорит он, хмуро глядя на меня.

– Э-э-э… – Я делаю пару шагов назад. – Моей маме нравится совершать спонтанные поступки.

Это не совсем правда. Ей нравится многое, и безрассудная непосредственность – лишь одна из этих вещей.

– И она нашла отца Стила?

Возможно, он хочет узнать, где это произошло или как. Если бы у меня была такая информация или я была бы готова ею поделиться, то так бы и поступила. Но поскольку я предпочитаю не говорить об этом, то ограничиваюсь лишь этими словами:

– Похоже на то.

В гостиной среди танцующих людей я замечаю Стила. Он стоит в противоположном конце комнаты, прислонившись спиной к стене. Хотя нас разделяет толпа, он почему-то пристально смотрит на меня.

– Прошу прощения, – говорю я Грейсону, стараясь быть вежливой, хотя мне совсем не хочется быть с ним любезной.

Я бы предпочла не обращать на него внимания, но поскольку он дружен со Стилом, я, по крайней мере, могу быть вежливой. В конце концов, моя мама воспитывала меня не как грубиянку, в отличие от отца Стила.

Я присоединяюсь к Уиллоу на танцполе и некоторое время наблюдаю за тем, как грациозно она танцует. Когда я пытаюсь отойти, она берет меня за руку и с улыбкой запрокидывает голову. Из-под полуприкрытых век она смотрит на меня, а затем кладет руки мне на бедра, чтобы задать ритм движениям.

– Вот так! – кричит она мне на ухо. Я же могу смотреть лишь на то, как ее мягкие волосы, обрамляющие лицо, прилипли к потной коже.

Потом я закрываю глаза и забываю о своих страхах. Мне кажется, что многие люди осуждают меня, но никто не подходит и не пытается обидеть. Никто не прикасается ко мне, кроме Уиллоу… Пока ее руки не сменяют более крупные.

Чья-то рука скользит по моей талии, спускается на живот и притягивает меня назад. Я откидываюсь спиной на чью-то грудь, не открывая глаз, но и так уже понимая, кто это. Я откидываю голову назад и кладу ее на плечо Стила, а затем, приоткрыв глаза, убеждаюсь в том, что это действительно он. Он обнимает меня за талию и немного сгибает колени, так что его бедра оказываются прижаты к моим. Его руки скользят по моим плечам, а затем опускаются к ягодицам. Мы начинаем двигаться, пытаясь поймать ритм, и вскоре наши движения становятся синхронными.

Он перекидывает мои волосы через плечо, наклоняется и прикасается губами к моей обнаженной коже прямо над воротником его майки. Я обнимаю его, чуть плотнее прижимаясь к телу, а когда его зубы скользят по изгибу моей шеи и плеча – улыбаюсь.

Нравится ли он мне? Не особенно.

Привлекает ли он меня как мужчина? Слишком, черт возьми, сильно.

Я нахожусь в очень неловком положении, когда мне хочется одновременно ударить его коленом по яйцам и пососать их. Но мои мысли прерываются, когда он приближает свои губы к моему уху.

– Две минуты форы, – говорит он едва слышно из-за музыки. – Ты знаешь правила.

Отсутствие правил.

Я встречаюсь с ним взглядом и понимаю, что он говорит серьезно. Единственный способ избежать этого – использовать стоп-слово. Но на самом деле нам нужно это противостояние.

В ночь после летней вечеринки я стояла в ванной комнате дома, где он вырос, и чувствовала себя там чужой. На моей скуле был синяк, на коже виднелись царапины, а на лбу, в том месте, которым я ударилась головой, появилась шишка. Однако я не чувствовала отвращения. Напротив, эти синяки в каком-то смысле вызывали у меня гордость и облегчение. Ведь я встретила человека, который не только не возненавидел меня за мои желания, но и наслаждался ими.

С сильно бьющимся сердцем я тороплюсь уйти от Стила. Прятаться в доме было бы неразумно, к тому же на улице все же не так холодно, чтобы я замерзла насмерть. Поэтому, пригибаясь, я стараюсь пробраться сквозь толпу к выходу.

Кажется, мне нравятся эти шалости. Поэтому когда я выхожу через парадный вход и спускаюсь с крыльца, то иду не по дорожке, а обхожу дом сбоку, чтобы не попасть в поле зрения тех, кто может наблюдать за мной из окна по пути на задний двор. Вокруг костра собралось много людей, но я не обращаю на них внимания и, заглянув в окно, сразу замечаю Стила. Он смотрит на часы. Спустя несколько мгновений он поднимает голову, осматривается по сторонам и идет к входной двери. Я же незаметно возвращаюсь и нахожу путь в другую комнату, где еще не была.

В этой комнате на обеденном столе стоит пивной пинг-понг, за которым играют две пары. В углу расположен диван и игровая приставка.

Я обхожу комнату и замечаю, как внутрь заходит Стил. Мое сердце начинает биться чаще, и, развернувшись, я бросаюсь к закрытой двери в надежде, что она ведет в гараж или куда-нибудь еще. Однако за дверью скрывается лестница, уходящая в темноту.

Я оглядываюсь.

Стил замечает меня, устремляет на меня свой темный взгляд и быстро сокращает расстояние между нами.

К черту.

Я быстро спускаюсь по лестнице и резко останавливаюсь у дверей какой-то комнаты. Кажется, здесь тоже проходят вечеринки, потому что внутри я вижу бильярдный стол, игровую приставку, диван и стулья. Свет в комнате исходит только от электроники.

– Ну что ж, бежать некуда, – говорит Стил, медленно спускаясь по лестнице. – И что теперь?

Отступать – не вариант. Но когда он нападает на меня, я уклоняюсь в сторону. Благодаря этому маневру Стил оставляет проход на лестницу открытым, и, действуя самым разумным образом, я бегу к лестнице. Однако внезапно мою голову пронзает боль, и меня отбрасывает назад.

Он хватает меня за волосы и тащит вниз, а затем отпускает, и я падаю на спину на ковер. Облизывая губы, он кружит вокруг меня словно коршун, а когда мои глаза привыкают к красному свету от игровой системы, я замечаю, что этот отблеск придает Стилу дьявольский вид. Я понимаю, что он не собирается нападать, поэтому встаю на ноги и на этот раз сама на него бросаюсь. Я тихо вскрикиваю и вцепляюсь ему в руки и грудь, царапая его кожу, но он хватает меня за запястья и прижимает лицом к стене. От удара о стену у меня перехватывает дыхание, а Стил в это время заламывает мне руки за спину так сильно,