Дуэль с Лордом Вампиров - Элис Кова

– Воспользуйся им, – подначивает Руван. Я не двигаюсь, молча взирая на его украденное лицо и лживые глаза. – Ну, действуй!

Вся накопленная в сердце ненависть вдруг вырывается наружу. Я вытаскиваю нож из тайника и резко, с силой, делаю выпад, метя ему в горло. Как будто пытаюсь проткнуть насквозь, вырезать отметину у основания шеи, которая, судя по словам Рувана, появилась благодаря мне.

Меня тут же словно бы обхватывают тысячи невидимых рук, не давая сдвинуться с места. Нож дрожит в воздухе. Изо всех сил борясь с невидимыми путами, я в конце концов подтягиваю левую руку к правой. Стиснув нож уже двумя руками, вновь пробую нанести удар. Сердце колотится так, словно в любой момент разорвется от напряжения.

Замерев в каком-то волоске от шеи Рувана, нож, несмотря на все усилия, отказывается двигаться дальше. А я не могу пошевелиться. Между нами словно появляется невидимая стена, которая начинает отталкивать меня назад.

Разочарованно застонав, я выпускаю нож, и он со звоном падает на пол. Утомленные мышцы постепенно расслабляются.

Руван только усмехается. В высшей степени самодовольно. Нагнувшись, он подбирает нож и вертит его в руках, как будто рассматривает.

– Ну, теперь поняла? Я спокойно могу тебя вооружить. Ни мне, ни моим сородичам нечего бояться.

– Клятва, – презрительно выплевываю я.

– Ты поклялась кровью, что не причинишь вреда ни мне, ни моим союзникам. И эта клятва оставила на тебе отметку.

«Только пока не будет снято проклятие», – мысленно добавляю я.

А до тех пор я остаюсь в ловушке. Но в тот миг, как оно перестанет действовать, я освобожусь, а он умрет.

– Ты можешь красть любое оружие, Риана. Носить его с собой, прятать в своей постели или в любом другом безопасном месте. Однако ты не сумеешь использовать его против меня или моих сторонников. Ни сейчас, ни когда-либо в будущем.

Руван нависает надо мной, сверкая в темноте золотистыми глазами. Похоже, ждет возражений с моей стороны. Ну или новых попыток напасть. Только вот я быстро учусь и легко приспосабливаюсь к новым обстоятельствам. Он предельно ясно объяснил свою позицию. Дальше биться об эту стену нет никакого смысла.

Что ж, придется проявить смекалку. Раз я не могу действовать сама, может, мне удастся заставить покончить с ним кого-нибудь другого. Или устроить несчастный случай. Незаметно воткнуть в основание его подушки крошечный серебряный кинжал, который пронзит шею Рувана, как только тот ляжет спать. Или неуклюже споткнуться и сорвать занавеску, когда повелитель вампов встанет в разгар солнечного дня возле окна.

Да, вариантов множество. Не стоит меня недооценивать и думать, что я опасна лишь с оружием в руках. Иначе можно поплатиться жизнью.

– А теперь ложись спать. Тебе понадобятся силы. На закате нас ждет кошмар.

Двенадцать

Сон от меня ускользает. Вряд ли мне вообще удастся заснуть. Я ведь в логове вампа.

Лучше хорошенько изучить все, что меня окружает, и попробовать отыскать способы сбежать. Что-нибудь полезное. Однако я вымоталась до предела. К тому же отрадно сознавать, что в настоящее время мне ничего не грозит. Я не могу причинить вред ни повелителю вампов, ни его сородичам. Они в свою очередь не способны навредить мне. Руван наглядно это продемонстрировал. Поэтому нужно беречь силы.

Я не хочу отдыхать. Но вариантов нет. Нельзя изматывать себя.

Закрываю глаза. И вновь оказываюсь под кровавой луной.

Вокруг клубится красный туман, в котором скрываются разные твари, готовые наброситься в любой момент. Сквозь дымку несутся мои собратья-охотники. Размытым пятном мелькает Дрю и исчезает, прежде чем я успеваю его окликнуть. Почти тут же раздается его крик, быстро сменяющийся булькающими звуками.

Глубоко внутри меня словно разматывается какая-то нить и тянет вперед. Мне нужно найти Дрю. Я спешу к брату-близнецу и…

К нему.

В центре развалин, где мы сражались, стоит повелитель вампов и что-то кричит, запрокинув голову к небу. Дрю нигде не видно. Словно бы тягаясь с окружающим туманом, от вампа исходят темные волны силы и разбиваются об обступающую его пелену. Бледные, будто кость, волосы завесой укрывают его спину, доходя до середины позвоночника.

«У Рувана волосы короче», – тут же подсказывает мне разум. Спереди они падают на глаза, сзади же едва прикрывают шею. Хотя, может, сейчас передо мной – очередное из его обличий?

Вокруг внезапно воцаряется тишина, нарушаемая только шепотом повелителя вампов:

– Проклятие возмездия, сотворенное кровью…

«Проклятие».

Проклятие…

Сон постепенно изменяется. Болота исчезают. Теперь я в кузнице. Только что рассвело. Мы с мамой разжигаем огонь.

– Заходи внутрь, Флориана, – велит она.

– Мама?

– Сейчас же внутрь!

Уголь падает на землю, звоном отдаваясь у меня в ушах. И заглушает стон, срывающийся с губ отца. Меж двух клыков прорывается звериный рык.

Размытое движение.

Вспышка серебра.

Крик.

Отец сжимается, на его костях обвисает кожа. «Нет!» На него падают солнечные лучи, и тело вампира, укравшего его лицо, начинает дымиться, а после вспыхивает. А после его крики смешиваются с моими собственными.

– Проснись!

Я резко выныриваю из объятий сна. Надо мной нависает Руван. В широко распахнутых золотистых глазах читается почти что человеческий страх. Отчего-то это слегка успокаивает. Но потом я замечаю клыки, торчащие из приоткрытого рта.

Тут же вспоминается сон, и я со всей яростью толкаю его в грудь. Руван отлетает назад. Пораженно смотрю на собственные руки. Откуда в них такая сила? Пальцы начинают дрожать, как будто в них скопилось слишком много энергии. Голову пронзает вспышка боли, и я сжимаю ее руками, однако все проходит так же быстро, как и появилось.

– С тобой все хорошо? – поднимаясь на ноги, спрашивает Руван, словно бы не он только что пролетел по комнате, как живое перекати-поле.

Проведя рукой по растрепанным волосам, поверх рубашки и свободных брюк он натягивает поношенный бархатный халат. Похоже, сам вамп только что вскочил с постели.

– А тебе какое дело? – хмуро бросаю я.

– Ты моя кровница, и я обязан о тебе заботиться, – поясняет он. Надо же, еще хватает наглости выглядеть обеспокоенным!

– С меня довольно твоей лжи.

– Не могу я тебе лгать, – качает головой Руван, и в тусклом свете серебристые волосы падают ему на лицо. – Кошмар приснился?

– Все нормально, – буркаю я и отворачиваюсь.

– Что-то не похоже, – фыркает он.

– Я сказала, что все хорошо! – рявкаю я и сжимаю руки в кулаки, чтобы остановить дрожь. Меньше всего мне сейчас нужно его сочувствие.

– Ну ладно. – Руван снова выпрямляется и нависает надо мной,