Нарушая правила - Юлия Устинова

Да, ребята, я определенно спятил. И я иду в аптеку.

Глава 13. Дина

— С ангиной лежишь? — ужасается в трубке брат. — Давно?

— Третий день.

Костя ненадолго умолкает.

— Так… — видно о чем-то размышляет. — Слушай меня, я приеду вечером, напиши, какие таблетки надо купить. К врачу обращалась? — строго спрашивает меня.

— Да. Ничего не нужно, Костя! — тороплюсь его отговорить от поездки. — Мне уже лучше.

— Значит фрукты привезу, — отрезает брат. — Да и проведаю, посмотрю, как ты.

Пока он все это говорит, у меня сердце останавливается. Я бледнею, краснею, зеленею. Я в ужасе, я в панике.

Мне крышка.

Ведь, если Костя узнает, что меня выгнали из общежития, он так просто это не оставит. Он пойдет к коменданту, к декану, к ректору, пока не докопается до истины. Костя весь в папу, вспыхивает как спичка, с полоборота, отходит правда быстро, но перед этим, поверьте, он успеет дров наломать. А главное — Дракона. Уж она не постесняется в выражениях, описывая мою разгульную жизнь и упадок нравов всего современного студенчества, ещё и приукрасит. А чем крыть мне, как оправдываться, если прямо сейчас я сижу и пью чай на кухне малознакомого парня?

— Костя, — собравшись с духом, стараюсь говорить ровно. — У меня все есть. Пожалуйста, не приезжай, — но голос выдает мое волнение. — В смысле, не волнуйся. Я хорошо себя чувствую, правда. Ты будешь гнать четыре часа сюда, потом столько же обратно? Зачем? Чтобы просто посмотреть на меня? Еще и дождь у нас тут льет весь день. Ну хочешь, я тебе фотку пришлю? — несу все подряд, лишь бы разубедить его. — Ты же знаешь, Яна нельзя надолго одного оставлять, — использую свой главный козырь.

Наш брат Ян славится тем, что может создать ЧП буквально на ровном месте. Руки у него золотые, но он совершенно не соблюдает технику безопасности: то порежется так, что кровь хлещет в разные стороны, то уронит на себя что-нибудь. А все его беспечность и торопливость.

Любимая фраза моего среднего брата: “Ой да не парься ты, все будет очешуенно”.

Обычно бывает наоборот.

Костя вздыхает на том конце провода, соглашаясь с моим доводом.

— Тебе серьезно лучше?

— Да! Честно-честно! — говорю громче, чем мне можно.

Сегодня горло почти не болит, и я перешла со змеиного на вполне человеческий язык. Таблетки, которые купил Тим — какие-то термоядерные, им и мертвого поднимешь, а про цену я лучше промолчу.

— Ну смотри…

Отодвинув мобильник, я перевожу дыхание.

Пронесло.

— У вас как дела? — живо меняю тему от греха подальше.

— Пойдет… — уныло бормочет брат.

— Что такое? — я настораживаюсь. — Опять начальник не с той ноги встал?

— Да не бери в голову… — Костя уходит от ответа. — Я тебе вечером напишу, чтобы не болела больше, поняла?

Вскинув голову, я смотрю в сторону коридора. Показалось, или там мелькнула чья-то тень?

— Так точно, — бодро заканчиваю разговор. — Яну привет. — Затем кладу телефон на стол и спрашиваю: — Аня, это ты?!

Тим дал ей дубликат ключей, поэтому теперь Петрова может спокойно приходить и уходить, когда ей вздумается.

— Нет, — слышу приближающийся голос Чемезова. — Офигеть, там дождина. Я пока с универа до парковки шёл, до трусов промок. Спасибо тому, кто изобрёл подземный паркинг. — Я улыбаюсь, слушая его бубнеж. — Как у тебя дела? — наконец Тим показывается в арке, голый по пояс — в руках зелёная футболка, а на бедрах низко сидят спортивные штаны.

— Хорошо. Врач приходила… — отвожу взгляд от его атлетического торса. Я уже знаю, что на цокольном этаже есть спортивный зал с тренажерами и бассейн, где Тим пропадает почти каждый вечер. — Сказала, зайдет через два дня. Наверное, выпишет. Я хотела ей заплатить, но она сказала, что визит уже оплачен.

— Ну да, а что не так? — непонимающе хмурится Чемезов.

— Да все так. Чай будешь?

— Я похож на того, кто пьет чай в три часа дня? — прыскает он, надевая футболку.

— Ты можешь нормально отвечать, — ворчу на него, — без своих чемезовских ужимок?

— Нет, тогда это буду не я, — отвечает Тим, нависая надо мной. — Что читаем, м? — тянется к раскрытой книге. — Эрик Берн. «Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры», — вслух произносит он, изучив обложку. — Что за занудство, Арсеньева?! — в шоке смотрит на меня.

— Сам ты занудство. Это нам препод по психологии посоветовал. Я взяла в библиотеке.

— В библиотеке, — повторяет Тим с идиотской улыбкой на губах. — Ну конечно.

— А что смешного? — забираю у него книгу.

— Ты в курсе, что люди, которые много читают, работают на тех, кто книги покупает лишь для того, чтобы украсить ими интерьер?

— Тебе виднее, — я сердито стискиваю зубы.

— Да. Я считаю, что реальные навыки и опыт полезнее сухих знаний, — произносит парень.

И от его самонадеянного тона у меня кровь закипает.

— И какие же это навыки? — язвлю в ответ. — Покупать кофе в автомате? Заказывать доставку продуктов? Разогревать в микроволновке готовую еду? Или играть в приставку, пока чужой человек убирает твою квартиру?

Перечислив свои наблюдения, я опускаю голову и умолкаю. Мне становится стыдно, ведь Тим помог мне в трудную минуту, а я сижу в его доме и нагло критикую парня.

— Вообще-то, это ее работа, — кажется, Чемезов ничуть не обиделся.

— Вообще-то, ты сам в состоянии это сделать, — возражаю уже из чистого упрямства.

— Да, — кивает Тим. — Но уборщице платит моя мать. Если я буду тут сам все делать, за что тогда она будет получать деньги? Это же нечестно.

— Действительно, — не знаю, что ему ответить.

Он живет в другой реальности. Там не нужно думать о том, как протянуть до стипендии или до зарплаты, что приготовить, где одеться нормально, но не дорого. Там можно вообще ни о чем не париться, все тебе принесут, все за тебя сделают, еще и по голове погладят.

Ругая себя за то, что набросилась на парня лишь потому, что его жизнь не похожа на мою, я двигаю книгу ближе.

— Ну вот. Это всё учеба, — вздыхает Тим. — Ты превращаешься в зануду, — выдергивает книгу у меня из-под носа и хлопает ею. — Хватит читать, идем лучше киношку посмотрим.

— Эй! — возмущаюсь его выходкой.

— Идем, — он еще и мой чай с ромашкой забирает. — Поверь эксперту, иногда затуп перед теликом полезнее какого-то там Эрика Барнса.

— Берна!

— Да пофигу.

— И в твоем случае “иногда” означает “всегда”, — подтруниваю над ним.

— Ну, ок, я