Второй шанс для сгоревшего феникса. Том 2 - Ива Лебедева

Жестом фокусника он вытащил две бонбоньерки и протянул на открытых ладонях.

Дениз приняла презент, я тоже не стала отказываться.

— Господин Стюарт, прошу прощения, я не приготовила ответного подарка. — Игры в этикет продолжились, и ответ был предсказуем:

— О нет, ни в коем случае! Леди Нияр, вы сделали мое утро прекрасным, вы осветили его своим огнем!

— В таком случае добро пожаловать в мой дом. — Я жестом пригласила гостей на террасу, где уже был подан чай, пирожные и фрукты. Майя забрала у меня цветы и поставила в вазу, а как только мы расселись, разлила по чашкам чай и отступила, чтобы не мешать светской беседе.

Рон Стюарт незамедлительно ухватил ягодную тарталетку, закинул в рот. Его глаза закатились, и мне подумалось, что он замычит от восторга, но нет, господин лишь зажмурился на несколько секунд и принялся бурно нахваливать угощение.

— Итак, леди Нияр, — Дениз тоже взяла ягодную тарталетку, — о чем вы хотели поговорить с нами накануне совета акционеров?

— Ах да, — кивнул господин Стюарт. — Сперва ваш интерес к делам, затем аудит. Как вы сумели убедить Стальную Кобру⁈ Неужели вы подозреваете… что Бойд Нияр воровал⁈

— Нет конечно, — мило улыбнулась я в ответ. — Как я могу так думать о родном человеке? Но согласитесь, любой новый хозяин прежде всего хочет понять, как устроено его предприятие. Посмотреть на рентабельность, на то, как работают управляющие. Разве это не естественно? И я не поняла, почему дядя так резко отреагировал на мой поступок…

А вот Дениз и Рону все было как раз более чем понятно, судя по тому, какими взглядами они обменялись. Оба не то чтобы знали, но вполне верили в то, что Бойд Нияр после дедушкиной смерти запустил в семейные накопления обе руки по плечи. Другое дело, что в приличном обществе, да еще о близком родственнике, так говорить не принято. Именно поэтому я сейчас плела кружева вежливости, оставляя на втором слое беседы все глубинные смыслы.

— Вот как… — Дениз поставила чашечку чая на блюдечко и откинулась на спинку плетеного кресла с самым безмятежным видом. — Что ж, Арисоль — вы же позволите вас так называть? — я понимаю ваши мотивы. Но…

Что она там хотела дальше сказать, мы так и не узнали, потому что, наконец, состоялось явление кузена народу.

Сначала откуда-то слева послышался пьяный вопль. Который должен был изобразить пение во славу нового дня, если я правильно разобрала слова. А затем на террасе появился и сам Арчи. В таком виде, что я про себя тихо охнула: не перебор ли⁈

Драгоценный кузен был одет только в подштанники и нижнюю рубаху, уже залитую чем-то спиртным на груди. Мне оставалось только порадоваться, что пятна именно от коньяка, а не от других каких… более физиологических жидкостей.

Его шатало и швыряло, как корабль в девятибалльный шторм. Но при этом Арчи весьма целеустремленно пер прямо к нам. Его помутневшие глаза впились в меня, пение, больше похожее на похоронный вой, прекратилось, и лицо стало злым.

— А-а-а-а! Вот ты… ик!

Глава 30

Отыгрывая изумление, я чуть повернулась на стуле, чтобы в случае необходимости вскочить и увернуться. Огонь готов встать передо мной стеной, Ялис наверняка где-то поблизости и страхует, но все равно мне хотелось иметь дополнительное пространство для маневра, пусть я не считала, что хоть какая-то опасность могла грозить мне всерьез.

— Кузен, твой вид… У нас гости. Майя, скорее проводите кузена привести себя в порядок!

— Гы… гости? Хозяйкой себя возомнила? Раскомандовалась…

Лакей у нас оказался еще и талантливым актером: он хлопотал вокруг Арчи, как суетливая курица-наседка вокруг яйца, при этом старательно и безрезультатно, ведь на самом деле мне совсем не нужно, чтобы Арчи ушел.

— Да, гости…

Кузен мутным взглядом посмотрел на шокированных Дениз и Рона:

— Да кто они такие, чтобы быть гостями? Думают, что раз у них есть крошечная доля, то они могут сидеть в совете. Да вы должны быть благодарны, что вам дивиденды платят!

Уличный воздух действовал, и Арчи трезвел: речь стала более внятной, а скоро и разум прояснится.

— Как я вовремя, — процедил Ялис, возникая за его спиной.

— А-а-а! — Появление моего мужа подействовало на кузена как еще одна порция бодрящего озверина. Арчи мгновенно забыл про то, что его мозги начали было проясняться. Его мотнуло в сторону с такой силой, что лакей едва успел подхватить его до падения в клумбу. — А вот и ты, гаденыш! Ну что, доволен⁈ Добрался до денег через… — тут кузен выпалил уж совсем гадкую непристойность, — моей сестрички, да? Доволен⁈

Никто, даже самый строгий ревнитель этикета и светских условностей, не поставил бы Ялису в укор все, что последовало дальше. Ни точный, но филигранно выверенный удар в челюсть, которым кот сбил кузена с ног, ни руку, вовремя перехватившую Арчибальда за шиворот, чтобы он не растянулся на дорожке, ни ледяной тон мужа, когда он безупречно вежливо произнес:

— Арчи, ты не в себе. Будь добр, иди проспись! А если еще хоть раз посмеешь оскорбить мою жену, я не стану сдерживаться! Любезный, — Ялис толкнул кузена обратно в объятия лакея, — отведите лорда Нияра в ванную комнату, будьте добры.

— Прошу прощения за эту… ужасную сцену. — В моем голосе звенело раскаяние. — Я и предположить не могла, что кузен… настолько потеряет разум. Гибель Жюли разбила его сердце. Моя вина…

— Арисоль, дорогая, не принимайте близко к сердцу, — первым отмер Рон.

— Надо же, — прищурилась Дениз, — а сплетники с такой уверенностью утверждали, что вы выгнали дядю и кузена из дома.

Она перевела взгляд на Ялиса, и тот поспешил склониться в приветствии даже немного больше, чем требовалось, еще раз извинился за омрачившее утро происшествие, пожелал нам всем доброго дня.

— Как, вы разве к нам не присоединитесь, лорд Иглори? — удивилась Дениз.

— Леди Алвари, что вы, я бы не стал мешать вашей беседе с моей супругой, уверен, у вас есть важные темы для обсуждения. С вашего позволения. — Он еще раз склонил голову. — Я пока займусь делами.

Лично я была бы рада увидеть его за столом, но он прав: пусть акционеры видят, что я вполне самостоятельна и о делах говорю как наследница Нияр, а не как послушная дурочка, попавшая под очарование смазливого красавца и ради него зазубрившая, что говорить.

— М-да, — сказал ему вслед колобок. — Я всегда говорил, что не стоит слушать сплетни. Всегда лучше составить собственное впечатление. Итак, леди, о чем мы хотели