Пока-пока, шеф! - Марта Вебер

Какое-то шевеление и голоса. Женский голос? Или показалось? Может, телевизор просто громко работал.

В свой наряд вползать с утра пораньше не хотелось, и я, найдя Мишину футболку, надела её. Она как раз была такой огромной, что доходила мне до середины бедра, отлично прикрывая все стратегические места.

Открыла дверь, попав в коридор. Чёрт. Вообще не следила вчера, куда меня нёс Миша. Ванная комната примыкала у него к спальне, так что в остальной квартире теперь я совершенно не ориентировалась.

Ещё и количество дверей удивляло. Сколько комнат здесь было вообще?

Завернула за угол, и остановилась как вкопанная. Потому что пришла, неожиданно, куда надо. Это оказался вход. А на пороге, напротив Миши, стояла Вероника, его бывшая жена, и сын Максим.

Все трое, как только я появилась, повернули на меня голову.

Ох, чуяла я, сейчас начнётся... Это ж надо было...

31.

Вероника будто рентгеновским взглядом просканировала меня с ног до головы, щурясь.

- Я таки знала, что к этому придёт. И как давно вы вместе?

- Какая разница? — Взорвался Миша. — Мы не вместе, сколько можно повторят тебя нет прав спрашивать меня о чём-то, и уж тем более устраивать мне сцены, врываясь с утра пораньше.

- Папа... - Раздалось жалобное.

Я, всё ещё стоящая как вкопанная, и следящая за тем, что происходило, перевела взгляд на Максима, который в моменте спрятался за ногу Вероники, видимо, испугавшись крика отца.

Чувствовала себя лишней на этой семейной разборке, а ещё почему-то виноватой немного, хотя Миша всё правильно сказал бывшей жене. У неё не было больше прав на этого мужчину, и она сама свой шанс потеряла.

Я могла поклясться, что в жизни бы не позволила себе ничего с боссом, если бы он до сих пор был женат. Но он два года, как был свободен!

- Макс, прости, парень, сегодня у меня не получится с тобой побыть. Давай договоримся на завтра? — Смягчил свой тон Миша, присев на корточки, чтобы пообщаться с сыном. — Согласен? Пойдём завтра куда-нибудь?

- Я против, чтобы мой сын общался с твоими девками. — Немного визгливо начала вероника, а Миша распрямился, и тяжело вздохнул.

Так, на пару слов на кухню. Без Макса. — Кивнул он на дверь за его спиной. После посмотрел на меня, и во взгляде сразу проскользнула нежность. — Тась, я сейчас со всем разберусь. Ты можешь ещё отдохнуть пока.

Я кивнула, хотя хотелось что-нибудь вычудить. Хорошо, что рациональное во мне обычно побеждало. Как только Миша с бывшей женой скрылись за дверью кухни, я сразу обратилась к мальчику.

- Привет, Максим! Помнишь меня? Мы встречались с тобой у твоего папы на работе.

Максим настороженно смотрел на меня, ничего не говоря.

Удивительно, но он вообще не был похож на босса. Щуплый по комплекции, что ещё, конечно, ни о чём не говорило, но и лицом совершенно другой. Да и на Веронику тоже не сказала бы, чтобы слишком был похож. Генетика интересная наука, всё-таки…

- Папа говорил, что ты болел и лежал в больнице даже. Он очень за тебя переживал. Как ты сейчас себя чувствуешь?

- Ты тётя, которая запрещает папе видеться со мной? — Вдруг выдал ребёнок, заставив меня замереть.

Что он такое говорил? И главное, с чего он это взял? Однозначно, он не мог сам этого придумать, и мысль была посеяна кем-то взрослым в его голову.

- Почему ты так решил? Думаешь, твоему папе может кто-то что-то запретить?

- Нет! Он самый сильный, большой, и сам всё решает — Тут же отозвался мальчик.

- Я тоже так думаю, тебе кто-то сказал, что твоему папе запрещают с тобой общаться?

Максим пару мгновений следил за мной взглядом, после чего многозначительно сказал:

- Мама и папа хотят быть вместе друг с другом, чтобы мы снова были семьей, а ты им мешаешь. Из-за тебя папа ругается на маму, и он не живёт с нами. Ты мне не нравишься.

Больше мы ничего не успели обсудить, дверь кухни распахнулась, и оттуда вылетела Вероника, вся красная, и, очевидно, злая. Даже не взглянув на меня, он промчалась мимо, схватив Максима за руку, и потащила к выходу.

- Скажи папе «пока» навсегда, Макс. Он сделал свой выбор.

И, не дав ребёнку произнести и слова, вытащила его за дверь, громко ей хлопнув, из-за чего в квартире после возникла оглушающая тишина.

Миша стоял в дверях кухни, немного озадаченный, но делающий вид, что все прошло нормально. Я хотела что-то сказать, потому что, как никак, получилось, что меня по касательной, но всё же визит бывшей жены босса тоже задел, выставили буквально разлучницей и разрушительницей семьи.

- Давай не будем обсуждать это. Прошу. Настроение только портить всем. Мы оба понимаем, что Вероника не в адеквате, и пытается манипулировать мной с помощью ребёнка. Только вот подобное не прокатит. Мне бы очень не хотелось тянуть всю эту ситуацию в наши с тобой отношения, которые, к тому же, только начались.

Мы действительно замяли ситуацию, переключившись на что-то другое. В конце концов, я не была уверена, что могла хоть чем-то здесь помочь.

Прошли полторы недели. Время летело как сумасшедшее.

Я как могла старалась не думать о Веронике, Нине, которая постоянно названивала Мише по рабочим вопросам, о том, что изначально он предлагал мне, можно сказать, лишь место своей любовницы, и я не до конца была уверена, что что-то сильно поменялось после этого.

Но нет-нет да возвращалась периодически к этим мыслям, сидевшим в голове.

Предложение Миши переехать к нему пока не принимала, хотя, объективно, с учётом того, что с нашего первого свидания дома я не ночевала ни разу, можно было сказать, что всё и так произошло.

Это тоже меня не устраивало. Поэтому вечером перед первым рабочим днём в новой компании, я отправилась к себе в квартиру. Миша был недоволен этим фактом, но переубедить меня не смог.

Помогло договориться с ним ещё и то, что я пару дней как стала неважно себя чувствовать, а мне очень не хотелось выйти на работу, и тут же уйти на больничный, а лучшим лекарством я всегда считала покой, сон, и обильный питьевой режим.

С покоем, когда мы с Мишей были вдвоем, было пока напряженно. Ему все время надо было меня трогать, тискать, чувствовать. Вот так я и оказалась вечером перед первым рабочим днём одна