Дочь Одина - Любовь Оболенская

А на новые драккары кузнец Магни со своим другом Асбрандом уже примеряли драконьи головы со скрытыми огнеметными устройствами. Прикидывали насколько быстро смогут сделать такие же, чтобы оснастить ими нашу флотилию. Я им мешать не стала, лишь похвалила за замечательную инициативу, чем вызвала улыбки кузнецов. Ну и хорошо. Когда твои люди довольны, значит, королева всё делает правильно...

Ко мне подошел одноглазый Ульв, почесывая бороду. Я его жесты давно изучила. Если скребет ногтями свою лицевую растительность, значит, что-то идет не совсем так, как хочется.

— Что случилось, Ульв? — осведомилась я.

— Да понимаешь, дроттнинг, такое дело... Драккаров у нас теперь более чем достаточно для похода. А вот людей мало. Ты вчера велела послать гонцов к союзникам, чтобы они срочно слали к нам людей для похода — и рано утром вестники отправились в путь. Но даже с подмогой мы от силы пять сотен воинов наберем. Со свеями, которых ты привела — ну, пусть шестьсот человек будет. А в каждый драккар нужно посадить хотя бы сотню бойцов, чтобы это была действительно сильная армия...

— Знаю, — нахмурилась я. — Но с чего-то же надо начинать. Пошлем вестников в другие поселения Скандинавии, может, откликнется кто...

Ульв покачал головой.

— Вряд ли кто-то из правителей отправит своих людей в вик под предводительством тебя или Рагнара без достойной оплаты вперед и гарантий большой доли добычи. Каждый из них считает себя великим конунгом, и сам не прочь сходить пограбить соседей. Зачем им объединяться с тобой, если они не увидят серьезную выгоду для себя, размером примерно со всю нашу будущую добычу, а то и побольше?

Я опустила голову...

В словах Ульва была горькая правда — свеи вон как торговались прежде чем согласились пойти со мной в поход. И если б я не убила их мерзавца-вождя, завоевав авторитет, кто знает, как бы оно дальше обернулось...

Можно было, конечно, выйти в вик и на шести драккарах. Но поход такими силами имеет смысл только если его целью будет лишь грабеж прибрежных поселений. Идти войной на Англию или Франкию со столь скромной армией — это чистое самоубийство...

Внезапно с башни, обращенной в сторону суши, раздался рёв боевого рога.

И сразу следом — крик дозорного:

— Закрывайте ворота! К Каттегату приближается большое войско!

Глава 34

Разумеется, после такого сообщения я пулей взлетела на крепостную стену...

И прикусила губу.

Вдали и правда шло войско.

Большое.

По меркам средневековья, армия викингов в тысячу человек была более чем серьезной, способной снести на своем пути любой укрепленный город, в котором хорошо если наберется две-три сотни обученных воинов.

А толпа, приближающаяся к Каттегату, на первый взгляд, точно превышала числом ту тысячу...

Но, разумеется, сдаваться я не собиралась. Обидно конечно, когда победа столь быстро превращается в поражение, но на всё воля судьбы. И теперь оставалось лишь одно: умереть с честью, унеся с собой как можно больше жизней убитых врагов.

Я уже собралась было начать отдавать необходимые распоряжения... но тут на плечо мне легла тяжелая рука.

— Не торопись, королева, — произнес Тормод. — Лучше приглядись повнимательнее к тем, кто приближается к Каттегату.

Я привыкла прислушиваться к тому, что говорит Наставник — и присмотрелась, приставив ладонь к бровям, чтобы солнечные лучи не мешали обзору, путаясь в ресницах...

И удивленно охнула, поняв, что приближающиеся к Каттегату люди не викинги, а... саамы!

Их было легко отличить от суровых северных воинов по практически полному отсутствию доспехов, мечей и щитов. Правда, почти у каждого из них я рассмотрела в руках лук и копье.

— Но... что они тут делают? — ошарашенно спросила я.

Тормод усмехнулся.

— Иногда моя сестра умеет видеть будущее. Особенно, если ей помогает шаман, равный по силе. Правда, к сожалению, не всё будущее удается рассмотреть даже в этом случае. Нойды развлекаются, приоткрывая нам лишь отдельные короткие фрагменты судеб. Но когда мы были в поселении саамов, нам с сестрой удалось чуть посильнее приподнять покровы будущего. И, когда мы ушли к свеям, Ларя собрала саамских вождей и поведала им об увиденном. Потому я не удивлен, что сейчас сборная армия саамов приближается к Каттегату, дабы помочь нам в большом походе.

— А что вам с сестрой показали нойды? — нетерпеливо спросила я.

Тормод пожал плечами.

— Мне — ничего. Можно сказать, я держал полог, когда Ларя заглядывала в будущее. Но, видимо, она рассмотрела там что-то очень убедительное, если все тринадцать саамских племен выделили воинов для нашего вика — именно столько цветов я вижу сейчас на флагах приближающейся армии.

— Но... у них почти нет оружия и доспехов!

Наставник усмехнулся.

— Саамский лучник с детства учится попадать белке в глаз, чтобы не подпортить шкурку. Думаю, если наши воины выстроят «стену щитов», то саамы своими стрелами из-за нее легко превратят в ежей любой вражеский отряд.

Я улыбнулась.

— Похоже, это будет самый необычный вик из всех, что происходили в истории Скандинавии.

— Вполне возможно, — усмехнулся в усы Тормод.

...Тетка Ларя приехать не смогла — возраст не позволил. Какой бы крутой нойдой ты не была, годы по-любому берут своё, забирая здоровье и дни оставшейся жизни. Но о сестре Тормода с большим уважением отозвались все вожди саамов. Этих командиров армии лучников я немедленно пригласила на пир в их честь, который после еды и короткого отдыха плавно перерос в совет, где также присутствовали и мои хирдманны, по факту являвшиеся заодно и командирами отрядов викингов.

Признаться, сомневалась я, что лишь один авторитет тетки Лари сподвиг вождей сорваться со своих оленьих кочевий и помчаться мне на помощь.

И оказалась права.

— Мы, люди тундры и леса, живем оленеводством, охотой и рыбной ловлей, — проговорил один из вождей, самый пожилой и, видимо, наиболее авторитетный. — Но в наших землях мало болотного металла, из которого куются ножи, наконечники копий, стрел и гарпунов, а также множество других вещей, необходимых для выживания. Нойда Ларя, да продлят асы ее жизнь, сказала, что в этом походе мы сможем взять за морем столько железа, что его хватит не только нам, но и нашим детям с внуками.

Мы с Ульвом переглянулись. Я сразу заметила, что наконечники большинства саамских копий и стрел были выточены из моржовой кости. В умелых руках и такое оружие эффективно, но всё-же железным копьем пробить толстую медвежью шкуру намного легче.

— Понимаю, о чем ты говоришь, вождь, — кивнула я. — Обещаю, что