Хочу тебя... С любовью, бывший! - Айрин Лакс

— Однозначно, поменьше, — отвечает Ангелина. — У нас совсем кроха, а тут… Обалдеть! Уже целый человечек!

Настя тем временем приходит в себя, вяло шевельнулась у меня на руках. Я сжимаю ее покрепче и все-таки не могу сдержаться, поняв, в чем меня обвиняют.

— Какого… хуя?!

— Я тоже хотела тебя об этом же спросить… Отпусти!

Настя отталкивает мои руки, присев.

— Ты осторожнее, слышь? Куда так резко собралась?! — притягиваю ее к себе.

— Отпусти! Хватит! Видеть тебя не могу… Какого хрена ты мне соврал?! По-твоему это смешно и классно — быть беременной в сорок семь?! Я от позора умру… И аборт делать уже… поздно! К сожалению… — добавляет с горечью.

Мы молчим.

Все молчим…

Настя поднимается и, пошатываясь, тихонько направляется к себе в комнату.

Толя и Ангелина переглядываются.

— Подождет новость, что мама станет бабушкой, — вздыхает Ангелина. — Да?

— Ага. По ходу… Подождет! — Толик качает головой и смотрит на меня. — Ты же говорил, что бесплодный. По пьяни мне признался. С видом трагическим. Просил никому никогда об этом не говорить. Спиздел, что ли?!

И тут до меня дошло.

Так дошло, что нашатырь понадобился уже мне…

Глава 30

Анастасия

Позднее

— Мам, к тебе можно?

— Ты уже вошла, — отвечаю из-под одеяла.

— Ага. Протиснулась…

Ангелина скользнула в комнату.

— Шторы открыть?

— Не стоит. Пусть так будет. И я хочу побыть одна.

— Да, я понимаю.

— Нет! Ничего ты не понимаешь! — срываюсь на злой, противный шепот, больше похожий на свист змеи. — Позорище… Ненавижу…

— Мам… Ты… В шоке… Мы все в шоке… Иван — тоже.

— Ага. Пиздабол, — не сдержалась. — Господи, как курить хочется…

Смотрю на фото, стоящее на тумбе. Я и погибший муж. На нашей свадьбе…

Стыдно.

Медленно опускаю портрет фотографией вниз.

Это какой-то кошмар, сюр…. Пожалуйста, пусть я проснусь…

Ангелина гладит меня по плечам, обняв крепко.

— Все пройдет. Мы справимся.

— Угу… Пройдет… Там уже пол можно определить… Конечно, пройдет! И выйдет… Если не замрет, естественно! — всхлипываю.

— Прекрати, ты что такое говоришь? Какой, нафиг, если не замрет?

— Мне сорок семь, девочка моя.

— Сорок шесть.

— Мне без трех месяцев сорок семь! — исправляю я. — Даже под сорок лет беременеть и рожать рисков — херова гора, а в моем возрасте… Я пила вино, Геля, я курила сигареты. Я суши, блин, ела! Острое! Копченое! Ни в чем себе не отказывала… Растяжку делала и пресс качала… Это кошмар…

— Ты в прекрасной форме, это заметно…

— У меня климакс. Я не должна была забеременеть. Тем более, от этого… Мне стыдно. Меня соседи засмеют… Родственники Коли сожгут меня живьем. Я уеду…

— Мам, куда?!

— Туда, где меня никто не знает. Подальше. В… В Красноярск!

— Боже, почему в Красноярск-то? А чего не в Мурманск…. В Воркуту какую-нибудь! Или сразу… на Камчатку махни! — Ангелина как будто злится. — Мама, это детский сад! Ты меня отговаривала… А сама…

— Это другое. Ты молодая, тебе и тридцати нет, а я — женщина, которая уже может быть бабушкой! Но никак не мамой…

— Иван тоже в шоке.

— Ну да… Ну да…

— Хочет поговорить.

— Он все еще здесь?! — злюсь. — Пусть выметается! Немедленно!

— Но, мама…

— Никаких, мама. Никаких разговоров…

— Ма….

Я резко откидываю одеяло в сторону и встаю. Новость, что это подлое брехло все еще отравляет мою квартиру своим мерзким духом, придает мне сил и решимости.

Встав, я вылетаю из комнаты. На кухне мужики собрали себе поляну: закуски, водка… Иван сидит, понурый, и что-то разъясняет, говоря по телефону. Толик задумчиво бренчит на гитаре…

На гитаре моего Коли.

Взял без спроса?!

— Положи гитару на место, ты… Зять, нехрен взять. Я тебя… в зятья не одобряю, так и знай. А ты… Вообще нахрен пошел! — показываю пальцем на дверь. — Оба. На хрен. Свалили!

— Насть, послушай. Я тут про врача этого… который… то самое… — сбивчиво начинает Иван.

— Мне плевать! Оба. Свалили. Или я вызову полицию.

— Настя, да ты послушай же… — пьяно смотрит мне в лицо Иван.

Выжрали уже половину пузыря! Горькой шары залили… Пьяным море по колено! И я не собираюсь слушать, что они пьяно будут молоть.

— Свалили. Оба. ОБА, я сказала!

— Блин, ма… — выдыхает разочарованно Ангелина.

— Вань, пошли, — мигом поднимается Толик.

— Но я…

— Пошли, кому сказал!

Ваня долговязый, но Толик сейчас хватает его за шиворот, как котенка, и выводит, успев прихватить водку.

— Ко мне поехали…

Обуваются. Выходят.

Слышу, как в коридоре дочка прощается со своим козлом, которого простила и с которым у нее снова бурный роман.

Прощания, сладкие шепотки, поцелуи…

Я прибираю со стола, просто швыряю все в мусорное ведро и завязываю пакет.

Потом иду в душ и спать.

Дочь стучит, а мне так плохо, что даже нет сил говорить с ней.

— Мам… Тебе страшно и обидно… Я помню, как ты говорила мне, мол, когда самой обидно, хочется обидеть всех в ответ. Ты всегда призывала меня не спешить, подумать… А сама? Выходит, советовать кому-то легче, чем следовать своим же советам! Потому что сейчас ты зря всех обидела. Ладно, Иван. У вас с ним куча недомолвок друг перед другом, было бы неплохо вам остыть и поговорить открыто! Но моего Толю ты сейчас тоже за компанию обидела. Причем, незаслуженно… — вздыхает Ангелина, опустив на тумбу черно-белый снимок. — Мы хотели сказать, что решили пожениться. И что ты станешь… бабушкой, мам.

Бабушкой. Мамой…

Мамой-бабушкой?!

Эта новость, что, меня обрадовать должна…

Я в шоке…

Ангелина тихо выходит.

По-хорошему, она должна уехать. Следом за своим… Но я знаю, что она останется, чтобы присматривать за мной. Даже если я буду кричать, чтобы и она ушла. От злости, страха и шока…

* * *

«Мне пиздец как обидно что тебе жалко что аборт блять поздно» — приходит на телефон сообщение от Ивана.

С ошибками.

Без знаков препинания.

Вот и моя беременность — это тоже ошибка, которую слишком поздно стирать и прятать тоже не выйдет!

* * *

Иван

На следующий день

— Ты совсем раскис, приятель. Заканчивай.

— Тебе не понять, — едва подняв голову, опускаю ее на руки.

Сначала мы поехали к Толику, потом — ко мне, здесь и остались с ночевкой.

— Я понимаю одно: в прошлом тебе с твоей девушкой попался врач-дилетант. Вот и все… Мало того, он вам отношения и жизнь испоганил, так еще и судя по тому, что ты о нем вычитал, он и другим немало жизней исковеркал.

Да, Толик прав.

Я ведь бросился искать. Почему-то сразу Насте поверил, что