Побег из страны грез - Наталья Калинина

– Дурацкая записка, – как-то по-детски, будто обиженный мальчишка, пробормотал Чернов. Вытащив из кармана скомканную бумажку, он расправил ее на колене. – Ничего не объясняет! Вадим, хоть ты понимаешь, что взбрело в голову Инге? Ты же ее знаешь почти как себя. Почему она вот так со мной?

– Она вот так не с тобой. И вообще не с нами, – проговорил Вадим. – Думаешь, сбежала, потому что передумала выходить за тебя замуж? А мне вот думается, что все куда круче замешено. Не в свадьбе дело. Увы. Что-то случилось. Что-то, что заставило ее внезапно сорваться. То ли кому-то на помощь, что вряд ли, потому что все самые любимые и близкие для нее находятся тут. А если бы она побежала спасать кого-то чужого, то вряд ли бы стала вот так исчезать, не давая объяснений и оставляя через записку просьбу простить ее и не искать. Скорей всего, Инга и правда бросилась спасать. Нас. Уводя за собой, как за приманкой, беду.

– О чем ты? – не понял Алексей, поднимая на Вадима глаза.

– О том, что хорошо знаю Ингу. И раз она вот так ушла, значит, случилось что-то серьезное.

– Почему ты так думаешь?

– Знаю ее. Это раз. Если бы ты был чуть наблюдательней, то еще раньше заметил бы, что с ней что-то происходит. Это два.

– Хочешь сказать, что я такой чувствительный, как бревно? – обиделся Чернов. – Да, я толстокожий, и она мне об этом не раз говорила. Но это не значит, что я ее не понимаю, не замечаю, и что ты там еще хотел сказать!

– Погоди ты. Я совершенно не об этом, – оговорился Вадим, поняв, что допустил промах. – Ты сам говорил, что Инге в последнее время чуть ли не каждую ночь снились кошмары.

– Она говорила, что после пробуждения не помнила, что снилось!

– Все она помнила. Рассказывать не хотела. Берегла наши нервы, – грустно усмехнулся Вадим.

– Хорошо же она их теперь бережет! – зло процедил Алексей и закурил уже неизвестно какую по счету сигарету. – Ну а тебе-то ее удалось разговорить? – спросил он после того, как выпустил вместе с дымом часть напряжения.

Вадим, не вдаваясь в подробности, кивнул и кратко рассказал ему, о чем они говорили с Ингой на пляже.

– И как я сразу об этом не подумал! – хлопнул себя по лбу Чернов после того, как Вадим замолчал. Вскочил с кровати так поспешно, что чуть не толкнул стоявшего перед ним парня. – Лиза! Лиза! – заорал он на весь дом, распахнув дверь. – Ребенок, где ты? Нам нужна твоя помощь!

– Что ты задумал? – насторожился Вадим.

– Лиза нам поможет, вот что! – объявил Алексей с торжествующим блеском в глазах. – Инга рассказала, что моя дочь способна устанавливать «мосты» с другими людьми. То есть входить в их мысли, видеть прошлое, настоящее и даже немного будущее. Она ведь, если ты не знаешь, оказалась на твоей волне сразу после аварии. Рассказывала такие вещи – не мне, Инге, – о которых могли знать лишь вы с сестрой. Это у нее вышло случайно, но потом Лиза вроде по собственному желанию, вернее, по просьбе любимой, установила «мост» с одним негодяем. Так что мы сейчас позовем ее и попросим проделать то же самое! И моя дочь расскажет, куда исчезла Инга и почему.

– Ну, не зна-а-ю, – неуверенно протянул Вадим. – Думаю, Инга была бы против.

– Против! – взревел Чернов. – Ее сейчас никто не спрашивает. Она уже натворила дел!

– Погоди, не горячись, – ласково произнес Вадим, видя, что Алексей «закипает». – Мне кажется, что впутывать Лизу в эти дела нехорошо. Неправильно. Может быть, опасно. Инга была бы против именно по этой причине.

– Опасно? – засомневался Алексей, вспомнив, чем заканчивались для Лизы видения – криками, обмороками. – Но Инга уже один раз так использовала мою дочь!

– Во-первых, потому что тогда сама находилась в опасности, во-вторых, это Лиза ее «нашла». В-третьих, и это главное, твоя дочь в том случае применяла свои способности под надзором сестры. А мы с тобой, Чернов, ничего не мыслим в этих их ведьминских делах. Это раз. Лиза, хоть и обладает способностями, не обладает знаниями. Я не знаю, чем может закончиться для твоей дочери наш «эксперимент». Это тебе не обученной собачке дать понюхать вещи, чтобы она бросилась на поиски. Представляю, что это куда сложней и опасней. Для твоей девочки. Это два.

– Я понял, что ты хочешь сказать, – Алексей хлопнул ладонями по коленям и резко встал. Сделал круг по кабинету, сцепив пальцы на затылке и запрокинув лицо к потолку, будто на нем пытался вычитать ответ. Вадим все это время молча следил за Лешей. Что-то подсказывало, что Чернов принимает тяжелое решение, взвешивает все, прикидывает риски. Будто обдумывает очень важную сделку. Но на этот раз дело обстояло куда серьезней финансовых потерь и выгод. Речь шла о его двух любимых девочках.

– Вадим, я думаю, мы должны спросить у самой Лизы, готова ли она нам помочь.

– Лиза разве откажется? – хмыкнул тот. Если дело касается Инги и возможности применить способности, Лиза не откажется, как ни отговаривай и ни запугивай. – Ты хорошо подумал?

Вместо ответа мужчина развел руками, словно дело решено и обжалованию не подлежит.

– Она – твоя дочь. Маленькая девочка, которой недавно исполнилось десять лет. Ребенок. А мы, двое взрослых мужиков, втягиваем ее в то, в чем ни черта не разбираемся, – предпринял еще одну попытку уговорить Вадим. – Инга сказала, что очень бы желала Лизе не иметь этих способностей, которые у нее есть. И добавила, что жалеет, что втянула ее в случившуюся с ней историю, потому что еще не знает, каким боком это может девочке выйти.

– Речь идет также о твоей сестре, моей будущей жене и женщине, которую моя дочь любит как родную мать. Возможно, она в опасности, – веско сказал Чернов. И, подойдя к двери, распахнул ее: – Лиза!

* * *

Инга проспала всего два часа, но проснулась отдохнувшей и полной сил. Видимо, не обошлось без Любиных заговоров. А может, травяной чай одновременно обладал и успокаивающим эффектом, и наполнял энергией. Но, как бы там ни было, Инга встала бодрая, тяжелые мысли развеялись как дым, не осталось даже легкой горечи послевкусия. Будто во сне некто исповедовал ее душу и отпустил грехи. И все же это ощущение легкости наверняка временное, как эффект обезболивающего средства. Видимо, подруга, пока она спала, и правда поработала ее душевным «анестезиологом».

Не успела девушка спустить ноги с кровати, как в дверь раздался деликатный стук. То ли Люба почувствовала, что Инга проснулась, то ли решила, что пора будить.

– Входи, я не сплю! – крикнула гостья и потянулась.

– Как спалось? – спросила хозяйка, проходя к окну и раздергивая шторы. Солнечный свет брызнул в комнату так нахально и весело, что Инга невольно улыбнулась.

– Отлично! Поколдовала, что ли? – спросила она. Подруга не улыбнулась, напротив, кивнула с самым серьезным видом.

– А иначе бы ты не уснула, – добавила женщина. Пододвинув к кровати стул, Люба села напротив Инги и сложила руки на коленях. – Ну что, готова к активным действиям?