Подарок ангела - Мари Феррарелла

Но Лиза ответила на все:

— «Почему» — не важно. Важно, что он появился. — Она пожала плечами. — Может быть, твой ангел-хранитель понял, что в твоей жизни не хватает мужчины, и привел его.

Донна рассмеялась.

— В глазах Фрэнка слишком много чертовщины, чтобы чей-нибудь ангел-хранитель стал с ним связываться. — Ангелы таких смутьянов не приводят, подумала она.

Лиза видела, как заливается краской лицо Донны.

— Уж тебе лучше знать. — Она нежно потрепала Донну по щеке. Женщин разделяло всего три года, но Лиза испытывала настоящие материнские чувства по отношению к Донне. — Радуйся. Не борись с собой. — Она заметила настороженность, появившуюся у Донны в глазах. Она понимала, что должна чувствовать Донна. Но если не рискнуть, не изведаешь счастья. — Попробуй хотя бы. Мы все здесь, на случай если ничего не выйдет.

Донна замотала головой.

— Неужели ты не понимаешь? Я не хочу, чтобы что-то выходило. С Тони вышло, и что это мне дало?

— Память, — просто ответила Лиза. — Двух чудесных малышей, — добавила она и положила ладонь на руку Донны, будто желая взять на себя часть ее страхов. — Нам не дано вечной жизни, и, если любовь посетит нас хоть ненадолго, это уже прекрасно. — Она снова кивнула в сторону входной двери. — Тебе повезло.

Донна в своем везении сомневалась. Она чувствовала себя идущей по натянутому канату без страховочной сетки внизу, без кого-либо, кто подхватил бы, если она упадет. Когда, а не если.

— Почему ты не выходишь замуж, Лиза?

Лиза печально улыбнулась.

— Потому что меня не нашли. — Она долгим взглядом посмотрела на Донну. — А тебя — да. Не разбрасывайся этим, Донна.

— Готова?

Донна подняла глаза на вошедшего в ее маленький кабинетик Фрэнка. Он уже час был в их гостиной, одновременно отвечая на вопросы Стивена и помогая Тейлору работать пальцами. «Зеленые рукава» продвигались удивительно быстро. Донна воспользовалась затишьем, чтобы разобраться со счетами и подвести баланс семейного бюджета.

— К чему?

Фрэнк прислонился к столу.

— Ты разве забыла? Мы идем на бейсбол.

Она-то надеялась, что он забыл. Или взял билеты только на мальчиков.

— У тебя есть билеты?

— У меня есть билеты. — В подтверждение своих слов он достал билеты из кармана рубашки и веером бросил на стол.

Донна посмотрела ему в глаза.

— Пять? — Заботливость этого человека не имеет границ.

Он кивнул, собирая билеты.

— По одному на каждого, включая Лизу.

— Что «включая Лизу»? — спросила Лиза, входя в комнату. — Кто тут поминает мое имя всуе?

— Бейсбольный матч, — сообщила ей Донна. Она безнадежно отодвинула оставшиеся счета. Подождут. Им не привыкать. — Фрэнк взял билет и на тебя.

Лиза нахмурилась в сомнении.

— Я буду чувствовать себя пятым колесом.

Фрэнк остался нем ко всем мольбам. Намечается семейный выход. Ключ к Донне — ее семья. К тому же ему нравилась эта ироничная женщина, и он знал, что Донне будет уютнее, если Лиза пойдет с ними. Вероятно, она не отказалась бы и от сопровождения хора мормонской молельни, но всех на бейсбол не заберешь.

— Пятые колеса очень важны, — заявил Фрэнк. — Я не раз убеждался в том, что они жизненно необходимы.

— Умеешь ты выворачивать слова, — рассмеялась Лиза и посмотрела на Донну. — Этот мужчина слишком хорош, чтобы ходить на воле. Если ты его не подцепишь, за дело возьмусь я. Буду готова через пять минут, — пообещала она, торопливо выходя из комнаты.

Донна подобрала губы, борясь с волной смущения, и откинулась в кресле.

— Лиза никогда не отличалась излишней деликатностью.

Он присел на стол.

— По-моему, это даже бодрит.

Конечно — ведь Лиза на его стороне.

— Есть другое слово, но мы его пока пропустим.

Она вздохнула и поднялась из-за стола. Кто она такая, чтобы бороться с неотвратимым? Между прочим, она на самом деле любила бейсбол. И было у нее тайное подозрение, что Фрэнк это знал. Выведал, наверное, у мальчишек. Нет, была ее вторая мысль, мальчишки сами выболтали. Предатели.

Если она собирается идти, пора браться за сборы.

— Ну что ж, если мы идем, то мне имеет смысл собраться. — Не дойдя до двери, она остановилась и обернулась к Фрэнку. Он выглядел загорелым, но все же рисковать не следовало. — Ты не забыл о лосьоне для загара?

— Лосьон для загара? — растерянно повторил он, тронутый ее заботой. Дело определенно идет на лад, подумал он.

— Лосьон для загара, — проговорила она терпеливо, будто имела дело с умственно отсталым. — Тебе придется Бог весть сколько жариться на солнце, если мы случайно не попадем на освободившееся место под навесом. Я думаю, лосьон не помешает.

Он нежно обнял ее за плечи, выходя из комнаты.

— Как скажешь.

— Разумеется. Пока я говорю то, что ты хочешь слышать.

— Пожалуй, — согласился он и посерьезнел. Он оглянулся и, обнаружив, что они одни, быстро произнес: — Я только хочу, чтобы ты знала, что я такой не со всеми. — Черт, подумал он, по-дурацки вышло.

Этот мужчина выглядит великолепно. Вчера, где бы они ни оказывались, Донна замечала устремленные на него женские взгляды. И на нее тоже — завистливые.

— Верится с трудом.

Он ухмыльнулся.

— Я, конечно, иногда выхожу из дому, но не целуюсь со всеми женщинами подряд.

В противном случае у них в Уилмингтон-Фоллзе было бы полно растаявших женщин.

— Каков же критерий отбора?

Она шутила, но он — нет.

— Я должен что-то чувствовать. — Его глаза заглянули ей в самую душу. — Когда я смотрю на тебя, Донна, я чувствую что-то. Я не знаю точно...

Донна не хотела его признаний.

— Гормоны, — легкомысленно вставила она.

Он понимал, что она уходит от разговора, но не собирался отпускать ее так легко.

— И это тоже, конечно, хотя не так все просто. — Она была похожа на готовую вспорхнуть пичугу, однако он должен заставить ее понять. — Я не могу объяснить, но чувствую, что если упущу то, что завязалось здесь, то буду жалеть об этом всю жизнь. — Он взглянул ей в лицо и увидел там скептическое выражение. Она, наверное, принимает это за метод обольщения. — Тебе это кажется безумным?

Она хотела сказать «да» и отодвинуть его, но не могла. Не могла, потому что часть ее самой ощущала то же самое и соглашалась с ним.

— Может быть, немного. — Она отвела глаза. — А может, и нет.