Бойтесь напуганных женщин - Лариса Кондрашова

Подумала так и опять на себя рассердилась. Все время дает себе зарок не винить ни в чем свою подругу и каждый раз об этом забывает.

Не получается у нее забыть. Потому что Тоня — другая. Она не может себе представить, как бы она отравила своего мужа из боязни быть им убитой. То есть не стала бы никуда убегать, а просто подсыпала бы ему снотворного, и все…

И опять Тоня себя одернула: сколько можно жевать одно и то же? Кто знает, рассказала ли Надя хоть одну десятую из того, что пережила… Надо же, этот тип ее бил! Такого Тоня не могла себе представить. По крайней мере по отношению к себе.

Да и, если разобраться, так ли уж хорошо Тоня знает саму себя? То есть что бы она стала делать в такой вот почти безвыходной ситуации?

Представить только — в чужой стране, без денег, без документов. Абсолютно беззащитная… Сколько бы она могла жить так, не попытавшись взбунтоваться? Женщина, которая в своей стране была вполне самодостаточной, которая не простила своего мужа за мимолетный роман, согласилась выйти за иностранца, который ее первому мужу и в подметки не годился…

— Раздеваться здесь же?

— Конечно, нет. Иди в свою комнату, там переодевайся и медленно, от бедра вплывай. А я буду сидеть в кресле и смотреть в театральный бинокль!

Однако вкус у Надежды был. Как и всегда. Так что даже если она и покупала одежду в спешке, то не что попало.

И сидело все на ней как влитое.

— Ну как? — пройдясь по комнате в очередной обновке, спросила Надя. — Что-нибудь уже выбрала?

— На тебе все сидит превосходно, — помедлив, честно ответила Тоня. — Мне нравится все, что ты купила.

И рассердилась на себя. Можно подумать, она прежде не видела хороших вещей. Михаил зарабатывал достаточно, чтобы она могла себе не отказывать в покупке модной одежды. Но появилась возможность одеться на халяву, и она сразу ослабела перед искушением. Ей хотелось иметь все, что демонстрировала Надя.

— Да забирай хоть весь чемодан! — легкомысленно отозвалась подруга. — А я себе еще куплю!

— Нет! — Тоня напоминала самой себе девочку, которая смотрит на мороженое в руках подруги и не может его есть, потому что у нее болит горло. — Давай я возьму вот эти льняные бриджи и пару футболок.

— И еще вот это! — Жестом фокусника Надя вытащила из кучи тряпок шикарное вечернее платье, золотистое, на тонких лямочках. — Между прочим, я его покупала для тебя. Это мой подарок на твой день рождения…

— …который будет через три месяца?

— Нет, это подарок на прошлый день рождения, а на тот, который будет через три месяца… я подарю тебе что-нибудь такое… Ой, до него еще надо дожить!.. Нет-нет, надевай туфли на высоком каблуке!

Платье сидело на Тоне великолепно. Она расчесала щеткой свои густые волосы, и они теперь обрамляли ее лицо как единственно подходящая рамка. Захотелось сказать самой себе: хороша! Каштановая грива, которую Тоня просто закалывала простенькой заколкой, серые глаза, наскоро подведенные, — небольшого усилия было достаточно, чтобы из образа невидной поселяночки выглянула прежняя шикарная Тато. Да, Тоня считалась именно шикарной женщиной. Только кто в Раздольном об этом знает? Небось местные холостяки и не заметили ее. Как женщину.

Есть люди, которые всю жизнь живут в одном и том же ритме, стиле, окружении, панически боясь перемен. Но если дать волю эмоциям и событиям, которые случаются в твоей жизни, позволить им влиять на твою сущность, то ты сразу заметишь, как потихоньку начинаешь меняться.

И если к таким переменам относиться правильно, то получишь от этого большое удовольствие.

О вы, те, которые боитесь перемен, знайте: именно в них ощущение жизни, именно они выявляют вашу сущность, дают понять, на что вы способны и чего вы на самом деле заслуживаете!

Антонина смотрела на себя в зеркало, узнавая наконец забытый образ. Почти год она проходила в джинсах и старых свитерах. Правда, эта ее одежда была фирменной и не могла выглядеть плохо, но перед зеркалом вертеться в ней не хотелось.

Значит, в этом ее дальнейший путь — в самосовершенствовании? Не принимать как должное обеспеченность, а самой себе ее создать. Но ее так воспитывали: она — слабая женщина, и обеспеченную жизнь ей должен создавать мужчина! По крайней мере об этом, как о само собой разумеющемся, всегда говорила ей мама.

И вот теперь взять и полностью поменять свою жизненную философию? Отчего-то не хотелось.

— Ну и как, будем жить одни? — Она посмотрела из зеркала на подругу. — Видишь, если захотим, мы можем и сами всего добиться.

Надя тоже смотрела на нее в зеркале и потому, наверное, на минуту запнулась.

— Ты хочешь, как в математике, знать точный ответ? Не получится. Слишком много составляющих для однозначного решения. Почему осталась одна ты — тебе самой понятно, а почему я… Потому что дура. Что имеем, не храним, потерявши — плачем. За морем телушка — полушка, да перевоз пятак. Это я еще из литературы помню. Мне казалось, как же так — я такая умная, красивая, такая необычная, и притом кому-то счастье будто с неба упало, а мне по заслугам так и не воздалось…

— Короче, Склифосовский!

— Да не ответишь короче! Так сложилось. Женщине на роду написано жить с мужчиной. И распределять обязанности, кто за что отвечает. Кто за чистоту в доме, а кто — за достаток. Тебя этот ответ устроит?

— Не устроит.

— То-то и оно. Много ли людей, что довольны своей жизнью? Раз-два и обчелся! Остальные стонут и жалуются на несправедливость жизни. Наверное, лучше Омара Хайяма никто тебе и не скажет. Процитирую, может, не дословно, но, извини, как запомнилось: «Напрасно ты винишь в непостоянстве рок. Что не внакладе ты, тебе и невдомек. Когда б он был в своих пристрастьях постоянен, ты б очереди ждать своей до смерти мог!» И потом, так ли уж все плохо? Выбирай приоритеты. Чего ты хочешь больше всего? Если свободы — она у тебя есть. Возможности заниматься любимым делом — пожалуйста. Славы? А что ты для нее сделала, куда послала свои работы, в каком конкурсе участвовала, кому написала?

— Ого, сколько ты всего наговорила!

— Но и это только часть того, что нужно тебе для полноценной жизни, не так ли? Чего ты хочешь еще? Любви? Так здесь ты ее вряд ли найдешь. Слишком невелик выбор. Но и из этого положения имеется выход: дай объявление в газету, покопайся в Интернете на сайте знакомств. Да мало ли… Ты еще ничего не сделала, а уже плачешь.

— А ты?

— А я приехала сюда перевести дух, чем сейчас и занимаюсь. Что я буду делать дальше? Увидишь!

— Это все теория, — с неожиданным раздражением заметила Тоня.

— Скажи еще: теория без практики мертва! — рассмеялась Надя.

Учительница! На себя бы посмотрела! Убила человека, а теперь делает вид, что ничего не случилось…

Боже! Неужели все слабые люди ищут аргументы в недостатках своего собеседника, а не в самом себе? Уже который раз Тоня именно так строит свои возражения: на себя посмотри!