Ирландская колдунья - Эми Фетцер

Ему доверили жизнь этого мальчишки, и теперь он куда-то пропал.

– Ты остаешься за старшего, – обратился он к Гаррику. – Закрой ворота и смотри, чтобы никто не покидал замок. А если Николай вернется раньше меня, запри Фиону в башне!

Гаррик кивнул и собственноручно запер за Реймондом ворота.

Пустив Ассану галопом, Фиона по широкой дуге объехала строившийся бастион, пока не оказалась перед Кругом Камней на вершине холма. Соскользнув с лошади, она рухнула ничком на землю, едва дыша. Одиночество душило ее, и Фиона приникла щекой к холодной земле, стараясь одолеть терзавшие душу призраки прошлого.

Оставалось ждать меньше двух недель. Тогда закончится. срок изгнания, определенный жестоким приговором ее отца в тот день, когда он ударами кнута выгнал Фиону из замка, призывая людей побить ее камнями. Отец гнал и гнал ее прочь, как бешеную собаку, пока она не скрылась в лесу.

Там Фиона провела двое суток, прежде чем набралась сил, чтобы уйти подальше. Но все уже знали о том, что случилось в Гленн-Тейзе. Дурные вести всегда летят быстро – так же, как и известие о том, что ее мать умерла и ее родной дом опустел. Теперь там воцарился де Клер, и ему принадлежит эта земля заодно со всеми ее невзгодами. А кроме того, Фиона отдала ему часть своей души. Меньше всего она хотела делиться своим одиночеством с этим человеком, и тем не менее это случилось: они успели заглянуть в душу друг к другу и понять, что оба несчастны.

До сих пор Фиона умудрялась хранить при себе свои тайны и то, на что она решилась, стараясь облегчить муки одиночества. Даже в Донеголе об этом не знала ни одна живая душа. Она родила Шинид в самой чаще леса и никого не позвала на помощь. Какое-то время они жили вдвоем, но Фиона понимала, что поступает жестоко, лишая девочку человеческого общества и дружбы ее сверстников.

Шинид едва исполнилось два годика, когда Фиона явилась к Изольде и уговорила взять ее дочку к себе, чтобы малышку не травили за преступления матери. Изольда поклялась, что никто не узнает, чья это дочь. Об отце Фиона вообще не упомянула из страха, что этот человек может узнать о ребенке и заявить на него свои права.

Этого она не переживет. Фиона умрет, если кто-то отнимет у нее Шинид. Вот и сейчас ее сердце все сильнее ныло от разлуки. А вдруг Шинид ненароком пустит в ход свое волшебство? Ведь так частенько бывало с Фионой в детстве!

Она по– прежнему лежала в Круге Камней, глубоко погрузив пальцы в почву и вслушиваясь в окружающий мир. Внезапно все чувства обострились. Так случалось всегда, если кому-то из близких людей грозила опасность.

Фиона вскочила и подошла к Ассане, мирно щипавшей траву. И снова ее окатила волна страха – не за себя, а за кого-то другого. Понимая, что паникой делу не поможешь, чародейка сосредоточилась, чтобы очистить рассудок от всех мыслей и настроиться на того, кто попал в беду.

«Леди Луна, Лорд Солнце, помогите мне найти того, кому сейчас плохо!»

Повинуясь ниспосланному ей видению, она вскочила на лошадь и поскакала на восток. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Фиона увидела двух коней на краю крутого обрыва. Один из них оказался Самсоном, и ей стало совсем тошно. Чувства сыграли над ней жестокую шутку. Стоило нестись сломя голову, чтобы выручать из беды этого типа де Клера! Она осторожно подобралась к краю обрыва, заглянула вниз и спросила:

– Что ты делаешь там внизу?

Реймонд, оживившийся было при звуках голоса, со стоном воскликнул:

– Так я и знал! Неприятности всегда следуют за тобой, Фиона!

– Можно подумать, это я ползаю по карнизам над обрывом! – Она всматривалась в нагромождение камней, стараясь угадать, кто еще угодил в эту ловушку. Ее по-прежнему не оставляло чувство тревоги и ответственности за кого-то из близких. – Тебе помочь – или ты предпочитаешь сидеть здесь и рычать от бессилия?

– Я не рычу!

– Ну конечно, де Клер! Прости, я ошиблась. Ты не рычишь, а воешь, как шакал!

– Неужели наверху нет никого из моих людей? – рявкнул Реймонд.

Фиона старательно оглянулась, хотя отлично знала, что не увидит ни одной живой души.

– Ну, если только они не овладели искусством превращаться в камни… нет, никого. И я не заметила никого по дороге сюда.

Де Клер тяжело вздохнул, вынужденный мириться с ее помощью.

– У меня в седельной сумке есть еще одна веревка. Эта слишком коротка, мне не дотянуться.

До чего он не мог дотянуться? И тут Фиону осенило: «Коннал!»

Прижимаясь спиной к отвесной стене, Реймонд осторожно кивнул на следующий карниз.

– Святые духи! Англичанин, тебе хватило совести тратить время на пустую болтовню, Коннал лежит там!

Фиона быстро нашла веревку и привязала ее к седлу. Седло было из дорогой испанской кожи с серебряной отделкой, но сейчас речь шла о жизни и смерти. Она бросила моток Реймонду и угодила прямо по макушке.

– Ты что, нарочно?

– Хватит ныть, де Клер! Моему кузену нужна помощь! Я привязала конец веревки к седлу твоего коня. Он сильнее Ассаны.

– Он тебя не послушает!

– Сейчас не время похваляться своей тупостью, сэр рыцарь!

Реймонд злобно ощерился, но связал обе веревки и пропустил конец через плечо, чтобы не потерять равновесие от сильного рывка.

– Коннал! – крикнул он.

– Да, милорд!

– Ты сильно ранен?

– Вы не поверите, но я совершенно цел! Так, пара царапин. Плохо то, что я не могу добраться до вашего карниза! – Мальчик старался держаться храбро, но Реймонд слышал, как его голос дрожит от страха.

– И не пытайся. Я сам тебя вытащу!

– Но вы же свалитесь мне на голову!

– . Нет, нас потянет Самсон, и Фиона тоже здесь!

– Он поймал веревку! – воскликнула чародейка за миг до того, как снизу донеслось:

– Все, поймал!

Реймонд с раздражением глянул вверх. Фиона свесилась над обрывом так, что он мог ухватить ее за волосы.

– Убирайся отсюда, пока не свалилась!

Презрительно надув губы, она отмахнулась и назло ему еще сильнее подалась вперед.

– Вот упрямая! – вырвалось у него.

Но, в конце концов, он не нанимался к ней в няньки! И Реймонд обратился к Конналу, объясняя ему, как надо завязать веревку, чтобы его могли вытащить. Наконец мальчик легонько дернул за свой конец веревки и крикнул:

– Я готов!

Медленно, дюйм за дюймом, Реймонд поднимал драгоценный груз, стараясь не думать о том, что веревка в любой момент может лопнуть, растрепавшись на острых скалах. Коннал беспомощно повис над самой бездной.

Фиона поморщилась, услышав его невнятное восклицание и почувствовав, какой болью взорвался разбитый лоб от удара о каменный выступ.