Непослушная невеста - Барбара Дэн

– Ничего, я как-нибудь с этим справлюсь, – спокойно ответил Питер. – Все женщины в лагере будут работать, и Кейт не исключение.

– Ну тогда, – отозвался Дженсен флегматично, сплевывая в костер, – давай, Кейси, мы дадим твоей миссус домик учетчика. Он стоит в стороне, и там насекомых меньше.

«Кейси»? Кэтрин изумленно подняла брови. Неужели ос муж, он же мастер-на-все-руки, взял себе другое имя? Впрочем, она почти сразу вспомнила, что О'Рурк назвал Кейси как свое второе имя во время брачной церемонии.

Заставив себя улыбнуться, Кэтрин кивнула Дженсену:

– Пожалуйста, не стесняйте никого ради меня.

– Никаких проблем. Рухнувшее дерево прикончило старика Хинмена еще прошлой весной, и мы пока не взяли никого на его место.

Кейт судорожно сглотнула, стараясь не показать, насколько ей неприятна мысль о том, что придется делить жилище с Питером.

Питер небрежно кивнул:

– Я уверен, что мы можем обойтись любым жильем.

– Отлично. Значит, решили.

Когда Дженсен, повернувшись, отошел, Питер неожиданно окликнул Кейт:

– Миссис О'Рурк, как насчет того, чтобы помочь Элу с посудой?

Кэтрин мгновенно подняла голову.

– Ты, должно быть, ошибся, милый! – Она стиснула зубы и нервно улыбнулась. – Мои домашние умения ничего не стоят. Разве мой отец не говорил тебе, насколько от меня мало толку?

К ее ужасу, Питер снова указал пальцем на повара:

– Никаких отговорок, Кейт. Все в этом лагере работают, чтобы есть, и к тебе это тоже относится.

Две пары зеленых глаз встретились в молчаливом поединке. Казалось, лагерь затих. Кейт понимала, что Питер не отступит и спрятаться от него ей некуда.

Она перевела взгляд на гору грязной посуды.

– Ладно, я ведь понимаю, что не стоит сердить мужа… – Она встала и уныло отправилась к лохани для мытья посуды.

– Напомни мне, чтобы я занес тебя в платежную ведомость. – Когда Кейт проходила мимо него, Питер шутливо шлепнул жену по спине.

Обернувшись, она взвизгнула от неожиданности, и О'Рурк, притянув к себе, громко чмокнул ее в губы.

– Я поставлю палатку, пока ты моешь посуду.

К глубочайшему своему облегчению, Кейт очень быстро убедилась в том, что мытье посуды не требует особых талантов; тем не менее ее отнюдь не радовало новообретенное умение мыть и вытирать посуду.

Закончив работу, Кейт бросила посудное полотенце и отправилась в темноту искать О'Рурка.

Споткнувшись о колышек палатки, она невольно подпрыгнула.

– О'Рурк, ты здесь? – опасливо прошептала она, и тут же чья-то рука вынырнула из темноты и схватила ее.

– Иди сюда. – Питер потянул ее куда-то в глубь леса. Сильный запах хвои и смолы сразу окружил их, и Кэтрин крепче вцепилась в руку мужа.

– Питер, куда мы идем? Я ничего не вижу!

– Мы остановимся здесь отдельно от мужчин – так всем спокойнее. – О'Рурк остановился так неожиданно, что Кэтрин чуть не врезалась ему в спину.

– Ты уверен, что это не опасно? – прошептала она. – А как насчет диких животных?

– Единственное дикое животное, которого здесь следует бояться, – это человек. – Питер помог Кейт забраться в палатку. – Старайся не выглядеть слишком приветливой, и все будет в порядке.

– А как насчет тебя?

– У меня есть пистолет. – Питер негромко рассмеялся. – Теперь ложись и постарайся уснуть.

– Постой, я ведь рассчитывала, что буду спать одна… – Кейт метнулась ко входу в палатку, но О'Рурк схватил ее за талию и притянул к себе.

– Я буду согревать тебя своим телом, миссис О'Рурк, – прошептал он ей на ухо.

– Пожалуйста… – Кейт облизнула губы. – Пожалуйста, не трогай меня. – Под его рукой она дрожала, словно деревце в грозу.

Внезапно голос Питера зазвучал на удивление вкрадчиво.

– Если меня не будет здесь, то сколько времени, по-твоему, понадобится любвеобильным лесорубам, которые месяцами не видят женщин, для того, чтобы всем вместе составить тебе компанию? – ехидно спросил он и так крепко прижал к себе Кэтрин, что она уткнулась лицом в его фланелевую рубашку.

Запах мужчины, смешанный со слабыми запахами кожи и дыма от костра, подействовал на нее как дурман.

«Что бы ни случилось, не дай ему отнять у тебя гордость!» – напомнила она себе и попыталась отстраниться, но О'Рурк только усилил объятия, а затем, зевнув, опустил подбородок ей на макушку.

Кейт боролась со сном столько, сколько могла; когда она слушала вой койота, доносившийся с ближней вершины, по ее спине пробежала дрожь. И все же, в конце концов, она не выдержала: покоясь в теплых объятиях своего злейшего врага, Кэтрин погрузилась в глубокий сон.

– Вставай, лентяйка!

Мэри Кейт вяло оттолкнула руку, которая упорно пыталась вывести ее из дремоты.

– Я устала, – пробормотала она и перевернулась на живот.

О'Рурк явно не собирался сдаваться.

– Ты теперь помощница повара, сейчас же вставай и принимайся за дело. Или, может, мне сгрести тебя и бросить в ручей?

Кэтрин застонала. Она была готова душу продать за то, чтобы больше никогда не видеть О'Рурка.

– Не смей мной командовать, – проворчала она. – Хотя я твоя пленница, но не рабыня.

– Ошибаешься. – Питер бесцеремонно вытащил ее из палатки, да так неловко, что она упала в грязь.

– Хулиган!

– Будешь помогать – будешь есть. Иначе…

Он не стал заканчивать свою угрозу.

– Ладно, помоги мне встать, – Кейт печально вздохнула, – и давай обсудим это как цивилизованные люди.

– Не имею ничего против.

Питер протянул руку, и Кейт, опираясь на нее, встала. Однако, вместо того чтобы поблагодарить его, она попыталась ударить его в живот.

– Проклятие, женщина! – Питер схватил ее за запястье, но не удержался на ногах, и они вместе упали на землю.

Катаясь по земле, Кэтрин пыталась вырваться, но ей это никак не удавалось. В конце концов О'Рурк, притиснул ее к земле, схватил за подбородок и приник к ее губам долгим страстным поцелуем. Он уже успел убедиться в том, что самый простой способ утихомирить красавицу – использовать против нее ее собственную горячую натуру.

Как только Кейт перестала сопротивляться и начала ему отвечать, О'Рурк прервал поцелуй и, положив руку ей на грудь, чуть сжал пальцы.

Глаза Кейт расширились, когда по ее телу прокатилась сладкая волна.