Таинственный всадник - Марша Кэнхем

Рене обратилась к полковнику:

— Прошу прощения, месье?

— Я говорил о том, что вы упомянули о своем намерении уехать сегодня из Гарвуд-Хауса. Ничего срочного?

— Нет. — Она перевела дыхание. — Нет, я… я слышала, что сегодня в городе открылась ярмарка, и подумала, что Антуану не мешало бы побывать там, посмотреть. Он неважно себя чувствовал в последние несколько дней и…

— И вы намеревались поехать одни? Без эскорта?

— Госпожа Пиджин поехала бы с нами. И Финн.

— Конечно. — Рос нахмурился. — Я спрашиваю лишь потому, что произошел еще один инцидент на дороге.

— Карету подстерегли на дороге в Латтеруорт, вчера вечером, и довольно рано, — пояснил капрал Мальборо. — Некоторые свидетельства указывают, что, возможно, это снова работа Капитана Старлайта.

— Возможно? — Рос поднял бровь.

Молодой офицер вспыхнул.

— Есть некоторые сомнения в том, что именно он совершил преступление. Грабеж был слишком жестокий по своему характеру и совершенно не похож на его прежние налеты.

— По вашему мнению.

— По м-моему мнению, да, сэр.

— Которое я не принимаю.

Мальборо побагровел, лицо его напряглось, и он уселся на стуле так прямо, словно проглотил аршин.

— Грабитель ужасно избил одного пассажира пистолетом, — продолжал Рос, — а другого подстрелил. И все это из-за скудной поживы — трех гиней и дешевой булавки для шейного платка.

— Какой ужас! — воскликнул Тайрон. — Вчера вечером, вы говорите? И довольно рано? Выходит, теперь опасно даже на обед отправиться или поиграть в вист?

— Я усилил патрули, — заверил его полковник Рос.

— Вчера вечером у меня был разговор, — хрюкнул Винсент. — С бригадой ваших слишком энергичных служак, по дороге в Берквелл.

— Там было десять человек, — Рос побледнел, — они просто выполняли свои обязанности. Если бы вы побеспокоились заранее и сообщили бы мне, что должны прибыть в Ковентри очень рано, это могло бы уберечь вас от такого неудобства, как сопровождение в штаб, где меня, как обычно, окружили задержанные джентльмены, заявлявшие о своей невиновности и о произволе тех, кто их сюда доставил.

— Если вы полагаете, что я намерен предъявить вам счет за каждую проведенную там минуту, — Эдгар Винсент пристально посмотрел на Роса, который пожирал взглядом Рене, и хлопнул по столу, — то вы имеете дело с тем, кто знает, что надо делать.

Рос только улыбнулся.

— Скажите, — он наклонился вперед и поставил перед Рене серебряную фляжку, — вы, случайно, не знаете, кому она принадлежит?

Рене собрала все оставшиеся силы, чтобы выражение ее лица не изменилось. Ей незачем было осматривать серебряную фляжку — Финн оставил ее в гостинице после того, как стукнул Роса по голове подсвечником.

— Если вы знаете, — продолжал Рос, — я с превеликим удовольствием верну ее владельцу.

— Нет, — пробормотала она. — Боюсь, я даже не представляю, месье, чья это вещь.

Он впился пальцами с уродливо обкусанными ногтями в серебро и многозначительно взглянул в сторону Антуана.

— А ты, мальчик? Не видел ли этого предмета прежде?

Пораженный, что кто-то заметил его, сидевшего в конце стола, Антуан поднял ясные синие глаза от фляжки, которую он видел слишком часто, чтобы не узнать ее, и пристально посмотрел на полковника.

Если бы даже булавки загнали мне под ногти и вырвали ноготь большого пальца, я все равно не сказал бы ничего.