От себя не убежишь - Дина Аллен

– Что вы молчите? – поинтересовалась Агнесса, пристально следившая за выражением его лица.

Ей вдруг пришло в голову, что Брайан по своей натуре отнюдь не закоренелый холостяк. Ему просто надо привить надлежащее отношение к женщинам… А чем, как не этим, она, собственно, сейчас и занимается…

– Думаю о том, что вы правы, – после долгой паузы признался Брайан. – Да, возможно, все так и есть, хотя мне от этого не легче.

– А Глэдис, вы думаете, сейчас легко?

– Но где она? И когда я смогу ее увидеть? – сразу встрепенулся он.

– Где она, я не скажу. А увидеть ее вы сможете только тогда, когда она сама этого захочет! – решительно заявила Агнесса.

– Это не ответ… – И тут Брайану пришла в голову настолько тревожная мысль, что он вскочил с дивана. – Послушайте, Агнесса, а не водите ли вы меня за нос? Скажите честно: Глэдис куда-то уехала вместе со своим соседом… как там его зовут… Кристиан, что ли?

У него был настолько взволнованный вид и так дрожал голос, что Агнессе стало его жалко.

– Вы признали мою правоту. Но, по-видимому, так до конца и не поняли, что я вам говорила, – мягко произнесла она и тут же вздрогнула от резкого окрика Брайана.

– Перестаньте морочить мне голову! Где Глэдис, черт бы вас побрал?

– Наш разговор становится бесполезным, – с досадой махнув рукой, заявила Агнесса. – И мне кажется, вам самое время уйти.

Брайан хотел было что-то возразить, но передумал. Пожав плечами, он принялся натягивать пальто. Холодно простившись с Агнессой, он вышел на улицу и лишь там с грустью подумал, что за весьма короткое время его уже второй раз выставляют из этого дома.

Первый раз это сделала Глэдис, когда он, с ходу поверив Кевину Бенджамену, решил, что она беременна…

– А тебе не кажется, что ты обошлась с ним слишком жестоко? – спросила Глэдис, выходя из спальни.

Она выглядела настолько взволнованной, что Агнесса даже испугалась, что перегнула палку. Не хватало еще, чтобы Глэдис выскочила на улицу в одном свитере и побежала за своим ненаглядным Брайаном!

– Нет, мне так не кажется, – как можно мягче ответила Агнесса, глядя Глэдис в глаза. – Зато я почти уверена, что ты опять плакала. Наверное, всю подушку слезами промочила. Тебе его очень жалко, да?

Глэдис молча кивнула. Сейчас у нее был такой же уныло-безнадежный вид, как и у ее шефа, который покинул дом пять минут назад. Агнессе даже стало немного не по себе. Однако она постаралась взять себя в руки и заговорила с Глэдис нарочито грубоватым тоном:

– Эх, подруга, сколько раз я тебе говорила, что большинство женщин губит именно жалость! Между прочим, если уж ты так растрогалась, то почему же не вышла из спальни и не бросилась ему на шею?

– Мне было стыдно…

– Чего? Что ты подслушивала те глупости, которые он тут нес? Подумаешь, какая важность! Кстати, в большинстве любовных историй вся интрига строится именно на подслушивании.

– Мне было стыдно, что я поступила с ним так жестоко, – пояснила Глэдис.

– Прекрасно! – разъярилась Агнесса. – В таком случае, поступи с ним ласково, да только потом не жалей! Знаешь, подруга, если тебе хочется, чтобы объектом жалости был не твой ненаглядный Брайан, а ты сама, то можешь ему позвонить!

– Думаешь, мне стоит это сделать? – обрадовалась Глэдис.

– Только если собираешься все испортить! – решительно заявила Агнесса. – Кстати, я не понимаю, почему ты отчаиваешься и откуда такое безнадежное настроение? Пока все идет нормально. Ты поступила совершенно правильно, отказав ему в удовлетворении его похоти и заставив переживать вашу маленькую ссору. Можешь считать, что я абсолютно не знаю мужчин, если в этот самый момент Брайан не обдумывает, какое кольцо он преподнесет тебе, когда явится сюда с извинениями!

– Ты это серьезно?

Глэдис спросила с такой робкой надеждой, что растроганная Агнесса пылко обняла ее за плечи и расцеловала в обе щеки.

– Можешь не сомневаться! – заверила она. – И мне очень кстати пришла еще одна мысль. Кажется, вскоре у вас должна состояться рождественская вечеринка…