Клеопатра из графства Дербишир - Эмералд Бакли

Из-за полога высунулась кудрявая головка Пэтти.

– Извини, – пробормотал Эрни, с трудом подавляя веселье. – Я не хотел. Пошатнулся, схватился за магнитофон и нечаянно нажал на кнопку. Но, согласись, забавно получилось!

Пленка закончилась, раздался щелчок, и наступила тишина. Пэтти вздохнула.

– Теперь, когда настроение безнадежно погублено, что будем делать дальше?

– Я бы не сказал, что оно безнадежно погублено.

Эрни опустил глаза – и увидел, что по-прежнему готов к бою. Поднял взгляд на Пэтти – и почувствовал, что более чем готов.

– Хочешь, я прокручу пленку заново?

Эрни вздохнул и закрыл глаза, чувствуя, как пробегает по телу горячая дрожь. Ему хотелось продлить наслаждение: он протянул руки, чтобы привлечь Пэтти к себе, но она уже выскользнула и соскочила с кровати. Наслаждение похитило силу Эрни: он не смог ее удержать.

– Отдыхай, – промурлыкала она.

Кажется, он задремал под экзотическую музыку. Едва разгоряченное тело Эрни ощутило прохладу, губка, смоченная теплой водой, легла ему на грудь.

– Мм, как хорошо, – пробормотал он.

Эта девушка – само совершенство. От начала и до конца.

Пэтти вымыла его и вытерла мягким полотенцем. Эрни полностью расслабился: Пэтти вновь исчезла, но у него не было сил ни останавливать ее, ни даже задавать вопросы.

Немного позже она появилась вновь и аккуратно положила что-то ему на грудь. Запах показался Эрни смутно знакомым. Его одеколон!

– Это твоя одежда, – мягко объяснила Пэтти. – Когда оденешься, можешь идти.

Он распахнул глаза. Идти?! Какого черта? Кто тут говорит об уходе? Только не он! Он повернул голову – но Пэтти уже скрылась за пологом.

– Пэтти! – Как ни противно было подниматься и разрушать очарование, он сел, сбросив с себя одежду. – Пэтти, только не прячься опять за ширмой, ладно? Давай полежим вместе!

Нет ответа.

Он отдернул полог, собрал в охапку одежду и встал.

– Пэтти, выходи! Это глупо.

Прижимая к груди скомканную рубашку и джинсы, он обошел кровать, чтобы заглянуть за ширму и уговорить Пэтти оттуда выйти. До сих пор Эрни не понимал, как это важно – просто лежать рядом, обнявшись. В журналах для мужчин объясняется, что женщинам это необходимо, – почему же никто ни словом не обмолвится о том, что иногда без этого не обойтись и мужчинам?

Эрни заглянул за ширму, полагая, что Пэтти там избавляется от своего гаремного наряда. Но ее не было.

Вот черт!

Что-то странное творилось с Эрни. Физически он был удовлетворен как никогда, а вот в душе царил сумбур. Он хотел обнять Пэтти – просто обнять и прижать к себе. Не такое уж большое дело, если не учитывать, что Эрни не привык к такому проявлению чувств. Обойдя квартиру, он наконец наткнулся на запертую дверь ванной. Оттуда слышался плеск воды. Он снова позвал Пэтти.

– Я в ванне! – откликнулась она.

В ванне. Интересная мысль… При мысли о нагой Пэтти в ванне уснувшее тело Эрни вновь начало подавать признаки жизни. Может быть, он не так вымотан, как думал? Эрни взялся за ручку – и с неудовольствием обнаружил, что дверь заперта.

Может быть, Пэтти обиделась?

– Ты на меня сердишься? – спросил он.

– Боже, конечно нет! – удивленно ответила она. – Ты чудо!

– Тогда зачем ты заперла дверь?

– Чтобы сохранить тайну. Придет время, ты меня за это поблагодаришь.

Эрни прижался лбом к двери. Больше всего ему сейчас хотелось как следует долбануть по этой чертовой двери кулаком. Хорошо-хорошо, не будет. Фэй просила его поддержать самооценку Пэтти – значит, он должен играть по ее правилам и не рыпаться.

С самооценкой у нее и вправду что-то неладно – иначе откуда эта зацикленность на «тайнах»? Но об этом он с ней поговорит позже. Прежде чем заводить такие разговоры, надо разобраться в себе и понять, почему манера Пэтти прятаться после секса раздражает его. Может быть, она права и со временем он ее за это поблагодарит?

Однако он не уйдет, пока она в ванной.

– Хорошо, уйду, но ты должна запереть за мной дверь.

– Ты прав. Дай мне пять минут.

Это время Эрни использовал, чтобы одеться. И подумать, стоит ли назначать свидание на завтра. Не вообразит ли Пэтти, что ему не терпится ее увидеть? Да, пожалуй. Лучше пусть сама назначит дату. К тому времени, как Эрни распутал и снова завязал шнурок на правом ботинке, шум воды смолк и Пэтти объявила через дверь, что готова.

Эрни подхватил куртку и направился к дверям.

– Спокойной ночи! – громко пожелал он.

– И тебе спокойной ночи.

Какой у нее сексуальный голос! Но о следующем свидании она так ничего и не сказала.

Эрни подождал пару секунд – Пэтти молчала. Наконец он не выдержал:

– Ты свободна завтра вечером?

– К сожалению, нет.

За несколько секунд он пережил адские муки, вообразив, что завтра она встречается с кем-то еще. Затем Пэтти заговорила снова:

– У нас одна из служащих уходит на пенсию и устраивает прощальный ужин. Мы все приглашены. Фэй говорит, что это затянется допоздна. – Пэтти помолчала. – А вот послезавтра вечером я свободна.

Эрни не колебался ни секунды.

– В какое время?

– Тебя устроит в семь?

– Приду.

– Хорошо, – откликнулась она хрипловатым грудным голосом, полным страсти и обещания.

Звук ее голоса Эрни унес с собой, словно драгоценность. Спускаясь в лифте, он убеждал себя: голос Пэтти доказывает, что ей было так же хорошо, как и ему.

И только выходя из подъезда, Эрни сообразил задать себе вопрос: а почему, собственно, его это так волнует?

Пэтти подождала, пока за Эрни закроется дверь, накинула халат и вышла из ванной. Он едва успел уйти, а она уже скучала по нему, и вся сила воли понадобилась ей, чтобы не распахнуть дверь и не позвать его назад. Но этого лучше было не делать – по многим причинам.

Не стоит привязываться к этому мужчине. Он – ее первый лондонский любовник, что-то вроде тренировочного снаряда. Не более того. Впереди у нее – целая жизнь и множество приключений.

Пока что все идет как по маслу. Она дарит мужчине неземное блаженство, а затем исчезает, оставляя его в растерянности и в нетерпеливом ожидании продолжения. Не стоит портить сценарий и приносить тайну в жертву какой-то сентиментальной чепухе. Когда исчезает тайна, освободившееся место занимает скука. У Эрни богатый опыт, а это значит, что скуке он подвержен больше прочих мужчин. Пока что ему интересно – и Пэтти надеется поддерживать в нем интерес как можно дольше.