Оправданный риск - Кристин Григ

Бледный лондонский солнечный свет, не способный оживить даже золотые осенние листья, вяло втекал в окна комнаты для гостей в шикарной двухэтажной квартире Патриции Дженкинс. Комната, обычно светлая и веселая, казалась мрачной.

Патриция, только что вернувшаяся домой, некоторое время постояла у двери, наблюдая за Лаурой. Сестра сидела в обитом синим бархатом кресле с дочкой на руках и пыталась — судя по всему, безуспешно — накормить ее.

Изобразив на лице улыбку, Патриция бодро вошла в комнату и включила лампу.

— Темно, как в подвале, — жизнерадостно заметила она и, подойдя к окну, развела пошире шторы, потом включила еще одну лампу. — Если так пойдет и дальше, придется забыть о естественном освещении.

Она взглянула на сестру, но та казалась полностью занятой своим делом. Девочка капризничала. У Лауры был такой вид, будто она давно уже поняла свое полное фиаско в роли матери.

Патриция вздохнула.

— Лаура?

— Что?

— Милая, почему бы не попробовать бутылочку?

— Она уже попила из бутылочки, утром.

— Ну и хорошо. Но если у тебя какие-то проблемы…

— У меня нет никаких проблем. Просто сейчас на все нужно больше времени. Это вполне нормально.

— Ну так перейди на искусственное питание. В книгах говорится…

— Я знаю, что там говорится. — Лаура переложила ребенка на другую руку.

— Да, но… — Лаура вопросительно посмотрела на сестру. Ладно, сказала себе Патриция, будем дипломатичны. Воспользуемся советом Криса: когда имеешь дело с упрямцем, говори то, что нужно, но при этом улыбайся. — Конечно, ты все сама знаешь. Однако, может быть, ты что-то пропустила или не так поняла…

— Я не верю во все это, — сердито оборвала ее Лаура. — Ты читаешь книгу, еще не родив ребенка, и сразу становишься знатоком. Чушь…

— Чушь, — согласилась Патриция, чувствуя, что теряет терпение. — Я твоя сестра. И я люблю вас обеих.

— И что?

— А то, что я считаю, Мэри надо перевести на бутылочку. И не смотри на меня так, словно хочешь убить. У тебя стресс и…

— Нет у меня никакого стресса.

— У тебя стресс, и ты хочешь отделаться от меня.

— Вот как?

— Да, так. Ты совсем себя распустила. — Черт, вот тебе и выдержка и дипломатичность. Патриция закрыла глаза и попыталась успокоиться. — Извини, милая. Это я не слежу за своим языком.

— Ты права, — грустно согласилась Лаура. — Пожалуйста, возьми ее, ладно?

Патриция подошла к креслу и взяла девочку на руки.

— Ну вот, молодчина, — заворковала она. — Жаль только, что тетя Патриция не сможет тебя покормить.

— Пусть лучше будет «тетя Пэт», — сказала Лаура, поднимаясь и застегивая блузку. — А теперь пойдем и поищем кухню. Одна я здесь заблужусь.

Отворилась дверь, в комнату вошла Чевита.

— Извините, госпожа Мендес, я бы отнесла девочку наверх, если вы не против. Она ведь уже уснула.

Лаура забрала Мэри у сестры, поцеловала дочку в лобик и осторожно передала няне.

— Она сегодня немного капризничает. Если проснется…

— Я сразу же позову вас, — успокоила ее женщина.

— Спасибо, Чевита.

Когда няня ушла, Патриция улыбнулась сестре.

— Эта Чевита очень приятная и ответственная особа.

— Несомненно.

— Хочешь кофе?

— Очень.

Сестры отправились на кухню. Патриция захлопотала у плиты, а Лаура достала сливки из холодильника и сахар из шкафа. Через несколько минут они сидели за столом.