Соната любви - Сьюзен Барри

— Н-но…

— Делай, как я сказал!

Девушка мигом повиновалась. Правда, один тревожный факт беспокоил Мелани: ее машина перекрывала въезд к дому Мартина. Но девушка не осмелилась возразить хозяину Вроксфорда. Она заглушила мотор авто и пересела в спортивный автомобиль сэра Люка.

Мелани была шокирована. Ее руки тряслись от волнения, хотя сэр Люк, похоже, не очень волновался. Девушка смотрела на мужчину со смесью жалости и тревоги. Она готова была излить на него свою симпатию как успокаивающий душу бальзам. Но Мелани, как оказалось, нуждалась в успокоении больше, чем он. Сэр Люк рассмеялся и дружески сжал ладошку девушки.

— Ну, давай, — подначил он. — Говори! Скажи, как тебе жаль меня!

— Мне жаль, мне ужасно жаль!

— Потому что ты решила, будто у нас с Ингой обязательно будет свадьба?

— Вы прекрасно знаете, что все…

Мужчина усмехнулся:

— Если под «все» подразумевать миссис Ларсен, ты не далека от истины. — Он хмуро сверлил взглядом приборы. Затем вдруг выключил двигатель. И они остались вдвоем под сенью вековых деревьев в абсолютной тишине. — Миссис Ларсен необычайно практичная женщина… по крайней мере, была до встречи с полковником Анструвером! Она видела во мне прекрасного зятя. О, моя милая, дорогая, Мелани, я никогда не обманывался насчет намерений миссис Ларсен. Но, как ты знаешь, я очень предусмотрительный. Несмотря на это, вынужден признать, одно время я тешил себя мыслью сделать Ингу леди Чарнок. Ведь моя мама устала просить меня о внуке, и мне трудно угодить. Еще несколько недель назад я и не думал, что могу влюбиться по-настоящему. Я принимал в расчет лишь практическую сторону брака. Но один прекрасный вечер переменил все. Это случилось примерно месяц назад, когда одна молодая особа с пятном сажи на щеке отказалась сказать мне, кто она!

Мелани с ошарашенным видом уставилась на него:

— Не… не может быть. Вы хотите сказать, я каким-то образом изменила ваше решение?

Он доверительно наклонился к ней, сжимая ее ладошку. Маленькую ладошку с тонкими пальчиками и коротко остриженными ногтями. Не такими ухоженными, как покрытые блестящим лаком длинные ногти мисс Ларсен.

— В тот вечер именно твое лицо было испачкано сажей, — напомнил сэр Люк.

— Да, но…

— Ты полна предрассудков. И ты очень глупая особа. Кажется, ты и не догадывалась, что я у твоих ног с тех самых пор, как прибыл в Вроксфорд.

Девушка отчаянно тряхнула головой, стараясь избавиться от наваждения.

— Но это неправда. Вы попросили меня уйти…

— Это ты собралась уходить! Никто тебя не прогонял.

— И вы не отдали мне пианино!

— Я не видел смысла в том, чтобы его перевозить, а затем вернуть на место, в аббатство.

Мелани сидела в полном недоумении, и никак не могла унять дрожь. Она вспомнила вечер, когда играла на пианино в гостиной. Как он тогда смотрел на нее!

Нет, скорее всего, сэр Люк подался внезапному порыву из-за измены Инги. Он просто хочет найти ей замену. Но с Мелани этот номер не пройдет!

— Сэр Люк, — подчеркнуто твердо заявила она, — вы пока не можете быть полностью уверены, что потеряли ее. Еще есть время. Она может передумать! Или: Мартин одумается.

Девушка осмелилась взглянуть на сэра Люка и резко отпрянула, увидев его перекошенное гневом лицо.

— А-а! — воскликнул он. — Значит, все дело в Мартине! Я и забыл — он твой возлюбленный с детства…

— Ничего подобного! Мы хорошие друзья, только и всего!

— Очень близкие друзья.

Мелани никогда бы не подумала, что его прекрасные бархатные глаза могут метать такие молнии от ревности… Была ли это настоящая ревность?

— Хочешь, чтобы я вернулся и щелкнул его по носу? — тем временем продолжал сэр Люк. — Или хочешь, скажу Инге, что я о ней думаю?.. Что я в действительности о ней думаю? Что она грубая, глупая, безмозглая кукла! — Его взгляд сохранил остатки былого гнева. — Я могу назвать тебе случаи, когда она не справлялась о твоем здоровье, в то время как другим хватало на это тактичности. Инга не только старалась тебя игнорировать, она еще положила глаз на твоего парня! Я могу признаться тебе, сколько раз я не отваживался спросить, когда она, наконец, уберется из моего дома. И знаешь, только мысль о ее матери останавливала меня! О ее глупой, но такой обаятельной матери! Она бы ужасно расстроилась, заяви я нечто подобное Инге. А случай, когда она выставила тебя из комнаты?..

— Но тогда вы еще не могли злиться на нее, — возразила Мелани, тяжело дыша от волнения.

— Это почему? Мелани, ты вела затворническую жизнь. И, кажется, не совсем понимаешь, что значит влюбиться. Любовь не имеет отношения к друзьям детства, таким, как Мартин Вайдал. Однако ты можешь принадлежать к тому типу людей, что влюбляются рано, один раз и на всю жизнь. Я же был необычайно осторожен в молодости. И старательно берег свои чувства от потрясений. Если молодой Вайдал — твоя истинная любовь и смысл существования…

— Не говорите глупости! — неожиданно взорвалась девушка. — Вам прекрасно известно, что это не так.

Мужчина улыбнулся:

— Порой мне начинало казаться, что я не прав. Кстати, я не уверен, что ты хорошо обращалась со своим поклонником… Иначе, он не стал бы заглядываться на Ингу. Его собачья преданность сыграла с тобой злую шутку, Мелани. Ему захотелось поискать в другом месте. И на сей раз, кажется, удача ему улыбнулась.

— Надеюсь, — буркнула девушка. Но потом смягчилась: — Я, правда, на это надеюсь. Мартин мне очень нравится. Я хочу, чтобы он был счастлив.

— Нравится — не то же самое, что люблю, — произнес сэр Люк. — Я бы не хотел услышать, как ты однажды скажешь, что я тебе «нравлюсь».

Мелани умиленно захлопала ресницами. Ее щечки окрасились симпатичным румянцем.

— Вы говорили, — постаралась она вернуть разговор в прежнее русло, — что возражали, когда мисс Ларсен выставила меня из комнаты.

— Ах да. — Мужчина непринужденно откинулся на спинку сиденья и закурил. Он смотрел на горящий кончик сигареты, словно искал в этом вдохновение. — Я так понимаю, ты требуешь от меня разъяснить некоторые ситуации, смысла которых не поняла. Что ж, я готов посмеяться над тобой. И выдать тебе каждодневный отчет о том, что происходило со мной с первой минуты, как я оказался в аббатстве. Меня встретили в полном смущении. А потом я повстречал тебя. Я решил — ты горничная, раз у тебя щека перепачкана сажей. Ни что другое в жизни не потрясло меня больше, чем это пятно сажи. Знаешь ли ты, — произнес он с внезапным задорным блеском в глазах, — как я мучился желанием стереть его.

— Правда? — Мелани откинулась назад и посмотрела на него с внезапной нежностью.

— Что бы ты подумала тогда, предложи я стереть пятно?

— Сочла бы за дерзость… — с легкой усмешкой призналась девушка.