Летим в Лас-Вегас! - Белинда Джонс

– Что же ты раньше не сказала! – восклицает Иззи и бросается к дверям.

В лифт мы заходим вместе с компанией мужиков – усталых, помятых, еще благоухающих вчерашним пивом.

– Три штуки баксов! – произносит тот, что с козлиной бородкой, и тяжко вздыхает.

– Да не мучай ты себя! – подбадривает его товарищ.

– Что же мне делать? Ребята, она меня убьет! Я снял деньги с общего счета. Она меня из дому выгонит! Мы с Иззи обмениваемся гримасами.

– Если спросит, скажи, что купил ей подарок.

– За три штуки?

– Ну, кольцо, например.

– Дурень, у нее уже есть кольцо! Вот чем хороши обручальные кольца – больше одного не нужно.

– Еще венчальные кольца бывают, – вставляет третий страдалец.

Козлинобородый закатывает глаза к потолку.

– Это конец! Просадил три тыщи семейных сбережений! И как теперь, спрашивается, их вернуть?

– Попытай счастья на рулетке…

– Ну нет, ребята, я не игрок. К зеленым столам и близко не подхожу!

– А как же вчера? – выпаливаю я, не подумав.

Все четверо оборачиваются и смотрят на меня. Двери лифта открываются.

– Да он не за столом просадил три штуки, – говорит наконец третья неупокоенная душа. – Он играл на автоматах!

Мужики выходят и направляются прямиком в бар, а мы с Иззи долго смотрим им вслед. Наконец, оправившись от потрясения, выходим в холл и подходим к конторке.

– Да! – гавкает женщина за стойкой, явно с нетерпением ждущая обеденного перерыва.

– Вы получили факс для номера 1409? – спрашиваю я.

Тяжело вздохнув, дама лезет куда-то в недра своего столика и, показав в улыбке стиснутые зубы, молча протягивает мне лист бумаги.

– От кого? – немедленно интересуется Иззи.

– От мамы. Какой длинный! Прочту и дам тебе почитать.

– Ладно. Знаешь, давай сегодня побалуем себя и поедем на такси!

– Иззи, ты лучшая подруга на свете! – умиляюсь я.

– От такой же слышу! – ухмыляется Иззи, и рука об руку мы покидаем свое кондиционированное убежище.

Проглядев факс, я сразу замечаю в середине имя Кристиана, однако заставляю себя читать с начала.

«Милая, дорогая моя девочка!

Всего пара дней прошла со дня твоего отъезда, а я беспрерывно думаю о тебе. Что-то ты там поделываешь, в волшебном королевстве мерцающих огней? Спасибо, что позвонила и дала о себе знать. Слышно было удивительно отчетливо, словно из соседней комнаты. Я и не ожидала, что перелет через океан приведет тебя в такое волнение и смятение. Наверно, это для тебя стало неожиданностью: Надеюсь, теперь все прошло и ты по-прежнему радуешься жизни. Как тебе понравилась программа современного танца, на которую вы с Иззи собирались сходить вчера вечером?

Конечно, болтать по телефону дорого; но хорошо бы ты время от времени посылала мне весточку по факсу. Не каждый день – когда сможешь. (Знаешь, я сегодня во второй раз в жизни пользуюсь факсом твоего отца. Думаю, он сам им пользовался в два раз реже!)

С тех пор, как ты уехала, я повсюду натыкаюсь на упоминания о Лас-Вегасе. Открываю воскресную газету – а там статья о новых отелях в лас-вегасском стиле. Сегодня включаю телевизор – а там парочка дикторов из программы «Выходной» венчается в часовне Элвиса!

Не могу поверить, что в следующем месяце к нам приедет Том Джонс! Как ты думаешь, может быть, это знак, что и мне пора в Лас-Вегас? Так хочется исполнить заветную мечту; но ты представляешь, что скажет об этом папа! И все равно я только об этом и думаю. Понимаю, тебе хочется отдохнуть от родительской опеки: но, чувствую, в конце концов я так затоскую, что проберусь на самолет зайцем и помчусь к тебе!

Ты, наверно, смеешься над моими старушечьим, фантазиями. Но сейчас узнаешь кое-что и вправду смешное. Похоже, твой будущий деверь меня опередит! Надин говорит, что Кристиан решил навестить своего лас-вегасского дядюшку. Она чуть не плевалась, когда об этом рассказывала: два года, говорит, Кристиан и словом о нем не упоминал, а теперь только о дяде Сэме и говорит! Заговаривал даже о том, чтобы последний холостяцкий уик-энд провести в Лас-Вегасе, а не в Амстердаме, как раньше собирался. А сама Надин пока не решила, где отдохнуть перед свадьбой. Месяц назад говорила о Тоскане – будет, мол, лежать возле бассейна и потягивать кьянти; теперь у нее на уме Тенерифе, а через неделю, наверно, еще что-нибудь придумает! Наверно, это называется предсвадебной лихорадкой. Никогда бы не подумала, что Надин этому подвержена, – она ведь к собственной свадьбе готовилась чуть ли не с рождения!

Что ж, дорогая, отдыхай веселись и наслаждайся каждой минутой! И поставь за меня пять долларов на номер 20. Удачи!

Твоя любящая мамочка (она же Дилайла!!!)».

– Ну что, – спрашивает Иззи, – какие новости с домашнего фронта?

– Мама пишет…

– Что?

– Чтобы я привезла ей серебристое трико с пурпурными перьями!