Экспедиция в любовь - Елена Лагутина

— Ну на-адо же! А я думала, что вы заблудились…

Леночка не собиралась быстро отказываться от борьбы за Вадима и решила подождать его на повороте. Ей показалось, что Маша шла впереди и уже вернулась в лагерь, и девушка хотела использовать возможность остаться с Вадимом наедине в темном лесу. Однако появление Маши очень расстроило юную интриганку.

— А ты-то что тут стоишь? — недовольно осведомился Вадим у Леночки, которую явно не слишком хотел сейчас видеть.

— Ну я же и говорю: думала, что вы заблудились, Вадим Сергеевич, — обиженно пояснила Лена, совершенно игнорируя при этом присутствие Маши. — Вы же здешних мест не знаете, вполне могли и заплутать в темноте.

— Спасибо за заботу, — сухо ответил Вадим и язвительно продолжил, — только, как видишь, проводник у меня есть, так что беспокоиться тебе совершенно не о чем. И вообще, Лена, я вполне самостоятелен.

— Да уж я вижу, — фыркнула студентка и растворилась в темноте, слегка хрустнув попавшей под ноги сухой веточкой.

— Фу, какая девчонка прилипчивая. Все они, что ли, такие сейчас — с ней разговариваешь нормально, по-хорошему, а она это принимает чуть ли не за предложение руки и сердца.

— Скорее, постели, — засмеялась Маша. — Что ж, Вадим, это просто издержки твоей плейбойской внешности.

— Ты полагаешь? Что, от нее еще, по-твоему, что-то сохранилось?

— Не кокетничай. Во-первых, тебе едва тридцать исполнилось, а во-вторых, ты с возрастом становишься все импозантнее.

— Только не говори, что ты в свое время тоже лишь на внешность польстилась.

— Не скажу. — Голос Маши стал заметно холоднее. — Потому что вообще не собираюсь об этом говорить — мы же с тобой, кажется, договорились.

Вадим вновь обнял ее за плечи:

— Не буду, не буду. Нарушителей конвенции жестоко карают, так что лучше не рисковать.

— Тогда спокойной ночи, — смягчилась Маша. — Мы уже пришли в лагерь, так что теперь ты и вправду не заблудишься.

На следующий день вновь начались обычные рабочие будни, с маршрутами, с усталостью после пройденных нелегких километров, с мелькающими перед закрытыми глазами разноцветными стенами оврагов — глинистые отложения, песчаник, алевролит… А с утра пораньше — подъем, завтрак, сборы, и снова маршруты, маршруты…

Правда, теперь стало полегче. Маша с Рузаевым всегда планировали полевой сезон так, чтобы самые отдаленные и тяжелые листы карты отработать в первой половине лета. Вот и этим летом все самое трудное осталось уже позади, не нужно было тратить так много времени на дорогу, как раньше, да и погода, сжалившись над одуревшими от жары геологами и местными жителями, позволила синоптикам называть не столь устрашающие градусы жары. Адское пекло постепенно превратилось в нормальное жаркое лето.

В тот день Маша, как говорится, встала не с той ноги, и все пошло наперекосяк. Дядя Ваня сварила в это утро на завтрак какие-то особенно невкусные макароны, и Маша, с трудом проглотив немного, с досадой отставила миску и решила обойтись чаем с хлебом. Залезая в машину, она ушибла ногу и поняла, что здоровенный синяк ей обеспечен. Потом, уже пройдя несколько километров по своему маршруту вместе с коллектором, Димой-маленьким, и остановившись на первой точке, она обнаружила, что забыла в лагере свой молоток, и пришлось им с Димкой обходиться одним на двоих.

У чужого молотка была неудобная, слишком длинная ручка, и Маша продолжала тихо злиться до полудня. Димка, увидев, что она не в духе, предпочитал отмалчиваться и не надоедать Маше вопросами, которые обычно задавал в огромном количестве. Наконец, устав от собственной злости и долгого молчания, Маша сказала:

— Вон до того овражка дойдем и пообедаем. Приободрившийся парень зашагал быстрее, и вскоре они уже расположились в жидкой тени кустов на краю неглубокого оврага. Однако на этом мелкие неприятности вовсе не закончились.

Не успел Димка развязать рюкзак и достать оттуда кружки, термос и сверток с едой, а Маша — расстелить на пыльной траве кусок полиэтилена, как до них донесся характерный запах. Дима, вскочив, быстро взбежал наверх и огорченно сообщил:

— Так и есть! Стадо на водопой гонят!

В этой местности коров пасли вместе с овцами, и сейчас пастух гнал свое небольшое стадо именно к тому овражку, в котором решили расположиться на отдых геологи.

— Может, они ниже по ручью уйдут? — с надеждой спросила Маша. Уж очень не хотелось подниматься с места, запихивать припасы обратно в рюкзак и топать по степи до следующего тенистого овражка, который, судя по карте, был километрах в трех отсюда.

Димка козырьком приложил руку к глазам, стараясь рассмотреть, куда движется стадо. Бегом спустившись по склону, он доложил:

— Вроде чуть пониже направляются. Ну что, уходим или остаемся?

— Давай подождем, посмотрим.

Первые невзрачные коровенки появились метрах в ста от ручья. За ними потянулись остальные, а следом, толкаясь боками, заспешили непрерывно блеющие овцы.

— Пожалуй, можно и остаться, — рассудила Маша, — вроде в нашу сторону ветра нет, не сильно воняет. Как, Дим?

— Да, уж очень снова все собирать неохота, — согласился студент.

Не тут-то было! В голое плечо Маши, одетой в майку без рукавов, кто-то яростно вцепился, и в ту же минуту Дима с силой хлопнул себя по уху.

— Оводы, будь они неладны! Ну все, Димка, нам тут не отдохнуть. Давай-ка быстренько уносить ноги, нас тут сожрут.

Действительно, в воздухе над ними уже с жужжанием кружило множество крылатых извергов, жаждущих поживы. То один, то другой пикировал на выбранную жертву, и Маша с Димой едва успевали отмахиваться от проклятых насекомых.

Ретироваться пришлось бегом, причем Димка чуть не растерял половину содержимого незавязанного рюкзака. Отдышавшись в приличном отдалении от стада, они поплелись в сторону второго оврага, щедро чертыхаясь по поводу неудавшегося отдыха.

Наконец они дошагали до места, где можно было остановиться на отдых. Правда, Маша признала, что оно было лучше первого: глубокий овраг гораздо гуще зарос зеленью, чем первый, а в нескольких сотнях метров от того места, где Дима устало сбросил свой рюкзак, голый склон пестрел красноватыми пятнами выходов коренной породы, что сулило еще одну точку для исследования.

— Смотри, Дима, как повезло, — махнула Маша головой в ту сторону. — Обнажение какое здоровенное. А то у нас по этому маршруту материала кот наплакал. Сейчас поедим, отдохнем и займемся этой точкой. Похоже, что по сегодняшнему маршруту больше ничего хорошего не будет.

Перекусив, они растянулись на траве под старой корявой ивой, причем Маше снова не повезло — под спину попался острый сучок. Повертевшись немного, она так и не смогла устроиться удобно, даже избавившись от сучка, и в результате, раздраженно вскочив, она решительно подхватила молоток. Дима жалобно посмотрел на нее: