В полушаге от любви - Ольга Куно

По мере того как приближался день свадьбы, я стала все чаще задумываться и о другом варианте побега. Среди читаемых мною книг появились всевозможные пособия по ядам. Я стала собирать информацию по различным способам самоубийства. Прибегать к этой мере страшно не хотелось, но я не собиралась становиться игрушкой в руках будущего мужа, которому интересно было посмотреть, как долго она не сломается. Так что к теме самоубийства я подошла логически и досконально ее изучила. Подобрала несколько методов, показавшихся мне наиболее легкими и безболезненными. После чего постаралась отложить дальнейшие размышления на эту тему до момента, когда выбора уже не останется.

А потом появилась Мирейя. Буквально за неделю до предполагаемой свадьбы она с несколькими фрейлинами остановилась в нашем замке по дороге из столицы. Услышала о намечающемся радостном событии и выразила удивление, отчего невеста не выглядит в должной степени счастливой. Не в моих правилах было жаловаться на жизнь совершенно незнакомым людям, но охватившее меня к тому моменту отчаяние и полное равнодушие со стороны родителей сделали меня готовой открыться первому, кто оказался бы готов выслушать и понять. Тем более в глубине души возникла слабая надежда, что сестра герцога сможет хоть чем-то мне помочь. К моему огромному удивлению, помощь пришла сразу же и гораздо более глобальная, чем я могла ожидать. Мирейя, жутко возмущенная моей историей, куда-то ушла, а уже спустя полчаса сообщила мне, что я могу собираться и ехать вместе с ней в герцогский дворец. Как выяснилось, она фактически выкупила меня у родителей.

Поэтому я никогда не предала бы Мирейю. И не собиралась позволить кому бы то ни было выдать ее замуж против воли.

Чем дольше я предавалась воспоминаниям, тем сильнее в груди закипала злость. Но злиться на родителей было поздно, да и бессмысленно. Меж тем как во дворце находилась значительно более подходящая мишень для злости. Так что все мое негодование быстро сконцентрировалось на человеке, которого я считала главным виновником свалившихся на голову Мирейи неприятностей.

Ну все. Я прямо сейчас пойду к нему и выскажу в лицо этому самодовольному мерзавцу, этому последнему негодяю, этому интригану все, что я о нем думаю. И заставлю его отменить весь этот план по замужеству Мирейи. Пусть сам объясняется с герцогом, как хочет.

Время было вечернее, поэтому я рассудила, что, вероятнее всего, найду Эстли в его покоях. Туда-то я и направилась. Правда, в гостиной его не оказалось, в следующей комнате тоже, а дальше у двери дежурил камердинер, который отчего-то вздумал меня не впускать. Но я, разъяренная и жаждущая справедливого возмездия, не слишком-то это заметила. Просто резко отмахнулась – и, честно говоря, даже не вполне уверена, что именно произошло дальше. То ли камердинер просто отступил, испугавшись, то ли я все-таки его задела. Причем в последнем случае не знаю, чем именно: возможно, рукой, а возможно, и рывком распахнутой дверью… Не особенно задумываясь над судьбой бедняги, я ворвалась в комнату, оказавшуюся спальней.

Нет, ну ничего такого уж страшного не произошло. В конце-то концов, я не увидела ровным счетом ничего нового. Все было довольно-таки банально. Он сверху, она снизу. Могли бы и что-нибудь пооригинальнее придумать. Опыта-то, слава богам, хватает, что ему, что ей. Впрочем, говорят, классика выгодно выделяется на фоне любого разнообразия…

Я все-таки немного стушевалась, хотя и ненадолго. Остановилась недалеко от двери и отвела взгляд от кровати, предоставив леди Ластли возможность закутаться в простыню. Эстли тоже слегка прикрылся, но довольно небрежно.

– Леди Инесса, вы так рвались в мою спальню, что даже смели с дороги беднягу Роберта? – поинтересовался он. Я догадалась, что Роберт – это, по всей видимости, тот самый камердинер. – Надеюсь, он не слишком сильно пострадал? Его хотя бы не унесло отсюда на Крайний Север? Воистину, следующий ураган надо будет назвать «Инесса».

– Мне надо поговорить с вами наедине, – процедила я, не намеренная и дальше выслушивать его насмешки.

В этот момент за моей спиной появился пошатывающийся камердинер с внушительным синяком, начинающим проявляться на скуле. Я обернулась, и парень инстинктивно отшатнулся.

– Леди Инесса, – Эстли не оставил мои слова без ответа, – становитесь в очередь, как принято говорить у торговцев на базаре. Леди Ластли пришла сюда раньше вас. Поэтому в данный момент мое внимание целиком и полностью принадлежит ей. Можете пока подождать в соседней комнате. Только будьте так добры, не убейте по дороге Роберта.

– Очень хорошо. – Его гнусные намеки разозлили меня так сильно, что мой голос буквально источал яд. – Я пока пойду и передам барону Ластли, что его супруга освободится примерно… через полчаса?

Я вопросительно взглянула на баронессу. Та забормотала какие-то ругательства, включая крайне нелицеприятные выражения лично в мой адрес, но я не стала прислушиваться. Полуотвернувшись, предоставила ей возможность заскочить за ширму, там одеться и, напоследок обозвав меня шлюхой, выбежать из комнаты. Интересно, и почему это из нас двоих такого эпитета удостоилась именно я? По-моему, учитывая обстоятельства, это не вполне логично.

Сам Эстли вел себя куда как более неторопливо, чем баронесса, но брюки натянуть все-таки успел.

– Я весь внимание, – с сарказмом произнес он после того, как за неверной женой захлопнулась дверь. – Итак, что именно вам так срочно понадобилось в моей спальне?

– Хотела подложить вам под перину горошину, – огрызнулась я. – Может, вы все-таки оденетесь?

– Да? – Эстли изобразил на лице удивление. – Странная просьба для женщины, ворвавшейся ночью в покои холостого мужчины. Ну да ладно. Желание дамы для меня закон.

Он подхватил со спинки стула рубашку, продел руки в рукава и стал дразняще медленно застегивать пуговицы. При этом сосредоточиться на причине моего присутствия здесь оказалось совсем не просто. Но я постаралась.

– Оставьте в покое леди Альмиконте! – потребовала я. – Я точно знаю, что это ваша идея – выдать ее замуж против воли. Пойдите к герцогу и отзовите эту свою затею!

Рубашка оказалась наконец-то застегнута. Такой глупостью, как жилет или камзол, Эстли не озаботился, так что вид у него был домашний и слегка растрепанный, но тем не менее сравнительно приличный. Он даже снизошел до того, чтобы предложить мне сесть. Я, однако же, от предложения отказалась, чувствуя, что, если расслаблюсь, мой запал может сойти на нет. Поэтому продолжила стоять, лишь для удобства оперлась обеими руками о спинку стула.

– Так, – из взгляда наглеца как минимум пропала насмешка, – то есть, я так понимаю, сестра герцога опять поспешила показать свой характер.

– Не вздумайте перекладывать ответственность за случившееся на леди Мирейю!

Эстли устало пожал плечами.

– Брак организовывает сам герцог. Жениха выбрал он, и он же занимается всеми договоренностями. Я действительно подал ему идею, что замужество леди Мирейи могло бы стать для всех наилучшим выходом из положения. Дальнейшее, в общем-то, не в моей компетенции. А что вас так не устраивает?