Почти скандал - Элизабет Эссекс

Однако Коллиар не собирался превращать этот инцидент в спектакль. Даже ради капитана. Поэтому он проигнорировал появление гардемаринов, оставив их в напряженном ожидании.

– Приготовиться к повороту! – объявил он. После чего скомандовал штурвальному: – Лево руля!

Матросы принялись переставлять паруса, чтобы развернуть корабль по ветру. И когда весь экипаж занялся работой, Коллиар повернулся наконец к Салли и Гамиджу.

– Я задержу вас ненадолго, джентльмены. – Он пронзил взглядом сначала одного, потом другую. – После чего вы предстанете перед капитаном, которому я посоветую принять в отношении вас самые жесткие меры.

В действительности же Коллиару вовсе не хотелось увидеть Салли привязанной к вантам с распростертыми руками, что являлось обычным наказанием для провинившихся гардемаринов. В таком положении она слишком откровенно будет выставлена напоказ любопытным глазам, и тогда, возможно, выяснится, что «мистер Кент» совсем не тот, за кого себя выдает.

Но что он может сделать? Стычка произошла при множестве свидетелей, и этот инцидент никак нельзя замять.

Оглядев паруса, Коллиар нашел работу еще для нескольких потенциальных зрителей.

– Ослабить тот линь на бизани! – распорядился он. Затем обратился к Салли: – Мистер Кент, насколько я понял, вы затеяли ссору и нанесли оскорбление своему товарищу. Это так?

– Так точно, сэр.

Ее серые глаза, не дрогнув, встретили взгляд лейтенанта. Никаких извинений и ненужных объяснений. Именно этого он ожидал и был рад, что не ошибся.

Однако с Гамиджем так гладко не получится.

– Ну а вы, мистер Гамидж, сделали то же самое, после чего ударили члена экипажа, который к тому же не простой матрос. Верно?

– Это он все начал, – указал Гамидж на Салли. – Мелкий гад! А тот другой пусть не лезет не в свое дело.

Коллиар почувствовал, как его кровь закипает, грудь буквально распирало от ярости. Тем не менее он постарался говорить спокойно и размеренно.

– Закройте рот, мистер Гамидж, пока я сам его не заткнул. Вы находитесь на капитанском мостике фрегата Королевского военно-морского флота. Если я еще хоть раз услышу от вас подобные слова, я отрежу ваш язык и скормлю его акулам. Я доходчиво объяснил?

Гамидж явно дрогнул и, сглотнув, нехотя отозвался:

– Так точно, сэр.

Коллиар сделал глубокий вдох, чтобы восстановить внутреннее равновесие.

– Что же касается вашего обращения с Уиллисом… Вы помните, что сказал на этот счет адмирал Нельсон. Можете повторить, мистер Гамидж? Или вы, мистер Кент?

– Задвигай в корму непомерный гонор, – тотчас процитировала Салли, – и выдвигай вперед стоящих людей.

Коллиар мог бы восхититься такой осведомленностью, если бы не был настолько рассержен.

– Совершенно верно. Мистер Гамидж, вам понятно значение этих слов?

Гамидж взглянул на Коллиара, видимо пытаясь уразуметь, в чем здесь подвох. После чего ответил:

– Не совсем, сэр.

– Адмирал Нельсон имел в виду, что наш флот может эффективно функционировать, побеждая врагов и защищая страну, если все моряки, как высшие офицеры, так и рядовые матросы, будут относиться друг к другу с истинным уважением. А уважать человека, мистер Гамидж, это отнюдь не значит бить его по лицу ради удовлетворения собственной гордыни.

И хотя Коллиар не забыл слова Салли насчет грязных намеков Гамиджа, ради справедливости вину следовало разделить на двоих. К тому же он по-прежнему на нее сердился.

– Кроме того, мистер Кент, уважение несовместимо с тем, чтобы затевать посреди палубы скандалы в манере истеричных девиц.

И он припечатал ее всей тяжестью своего взгляда.

Салли несколько обескуражил этот выпад, накал негодования, похоже, снизился, позволив, как он надеялся, вернуться толике здравого смысла.

– Я не намерен мириться с подобным поведением среди офицеров. В случае повторения вы будете разжалованы в мгновение ока и подвергнуты соответствующему наказанию. А теперь отправляйтесь к капитану и молите Бога, чтобы степень его неудовольствия была не столь высокой, как моя. Вы все поняли?

Из обоих гардемаринов лишь Салли осмелилась встретить его взгляд.

– Так точно, сэр, – ответила она.

* * *

Спустившись с юта и направившись к капитанской каюте, Салли обнаружила, что за ними наблюдает чуть ли не половина экипажа, а все гардемарины, начиная с молчаливого Чарлза Дейнза и кончая самым юным Йеном Уэртом, поджидают ее на шкафуте.

– Удачи, Ричард, – пожелал Уилл Джеллико и пожал ей руку.

– Удачи, Ричард, – повторил за ним Йен Уэрт.

– Спасибо, Йен, – отозвалась она.

Деймьен Гамидж таких же слов поддержки, разумеется, не получил. Кроме того, ребята впервые не сдвинулись с места, чтобы уступить ему дорогу. Такое начало было многообещающим. Возможно, усилия Салли не пропадут даром. И какие бы беды ее ни постигли, главное, чтобы они не затронули Йена и Уилла. А также Чарлза Дейнза и Маркуса Бичема.

Морской пехотинец, стоявший на посту у капитанской каюты, стукнув прикладом ружья по палубе, объявил:

– Мистер Кент и мистер Гамидж.

– Входите, господа, – отозвался капитан.

Все надежды Салли на снисходительность командира улетучились при первом же взгляде на его лицо. Когда они с Гамиджем вытянулись во фрунт перед столом, Маколден устремил на них ледяной взгляд, не предвещающий ничего хорошего.

– Позвольте прояснить вам одну вещь, джентльмены. Мы с вами служим на военном корабле. Мы также находимся в состоянии войны, и наш враг не отступится, пока Англия не будет разбита. Наша задача и наш долг, как индивидуальный, так и коллективный, предотвратить подобное развитие событий. Кроме того, лично я должен сделать так, чтобы все офицеры, находящиеся под моим командованием, исполняли свои обязанности с наивысшим старанием. А это значит, что здесь не может быть места для мелочных ссор. Я не допущу, чтобы мои гардемарины устраивали на палубе перебранки подобно деревенским бабам. Вам все понятно?

Салли почувствовала, как по ее коже пробежали мурашки.

– Да, сэр, – кивнула она.

– А теперь расскажите, в чем суть этого ребяческого противостояния. Мистер Гамидж, как более старший, объяснитесь первым.

– Я не могу что-либо объяснить.

– Не можете или не хотите? – поинтересовался капитан и, не дожидаясь ответа, обратил свой взор на Салли. – Ну а вы, мистер Кент?

Она не могла рассказать командиру ничего, кроме правды.

– По моему мнению, мистер Гамидж плохо обращается с другими гардемаринами, с теми, кто намного младше его, притесняя их физически и вызывая у них ненужную тревогу, мешающую им надлежащим образом исполнять свои обязанности. Кроме того, у меня есть причины полагать, что мистер Гамидж присвоил кое-что из моих личных припасов.