Темные желания - Кресли Коул

– Это гибридная система! Я езжу на ней ради сохранения окружающей среды.

– Но она не может ездить быстро.

Она вытаращила глаза.

– Ты сказал, что это очень дорогая машина. Сколько она стоит?

– Один и две десятых.

– Миллиона? – воскликнула она.

Она хотела было слезть с капота, но он остановил ее, положив ей на бедра свои крупные руки.

– Слезать тебе ни к чему. Никогда не забывай кое о чем.

– О чем?

– Это не наша машина.

Тут зазвонил его телефон.

– Это Рок. Нужно ответить. – Он ушел с площадки, чтобы никто не услышал разговор.

Как будто она понимала их язык.

Она узнала, что у телефона Кейда есть спутниковый доступ, а это значит, что она может подключить к нему свой ноутбук и иметь доступ к Интернету везде на земном шаре.

Когда он вернулся, она спросила:

– Как ты называешь этот язык?

– Демонский, – ответил он. – Могу сообщить приятную новость – все члены Ордена демонов уничтожены. А Рок и моя команда идут по следам вампиров; он не прекращал преследовать их, даже когда мы разговаривали. Двумя разновидностями враждебных тебе существ будет меньше.

– Вот как. Спасибо. И спасибо Року. – Как следует выражать благодарность за уничтожение демонов и вампиров? Вряд ли на этот счет существуют точные указания. – Как вы с ним познакомились? – спросила она, представив себе демона, которого видела лишь мельком. Он был такой же высокий, как и Кейдеон, с такими же рогами, хотя у Рока они были скорее серебристыми. У него были черные волосы, завязанные хвостом, и синие глаза с тяжелыми веками. Убери рога – и женщины решат, что он мужик что надо.

– Мы были противниками, каждый со своими методами: он любит шпионские интриги, а я люблю все решать мечом. Мы нанимались к сообществам разных существ, нас посылали добыть одно и то же или использовали наших воинов для боевых действий. В конце концов мы пришли к выводу, что, если убьем друг друга, никто не получит никакой платы.

– Все дело в плате?

– Отсюда термин «наемник». – Он легко потрепал ее по подбородку. – Выше голову, малышка.

Дорожный указатель «Миссисипи, 775-я миля».

– Я думала, «Сандбар» – это просто вычурная игра слов, – заметила Холли, плотнее запахиваясь в свой легкий жакет.

Воздух, поднимающийся от реки, пробирал до костей.

– Нет. Это на самом деле остров, песчаная банка, – сказал Кейдеон.

Закинув меч за спину, он повел Холли к воде. Она шла за ним по опасной тропе, выбирая путь между корней и низенькими кустиками, на каждом повороте ожидая, что сейчас упадет или, по крайней мере, порвет колготки.

– Я все еще не вижу парома.

– А ты сними очки. Видишь пляж? Прямо внизу. Паром.

Она прищурилась, споткнулась и через долю секунды оказалась в его объятиях. Напуганная тем, как ей там понравилось, она сказала:

– Я могу сама.

– На каблуках?

– Я куплю что-нибудь более подходящее, как только смогу.

Он сказал:

– Мне нравится, когда ты на каблуках. – И голос у него был низкий и грубый. Он прогрохотал ей в ухо: – Я бы предпочел, чтобы они впивались мне в спину.

Конечно, она сразу же представила себе эту картину.

– Я так понял, что ты представила себе это, а?

– Отпусти меня, Кейдеон. Немедленно!

Он не отпустил, и она ничего не могла с этим поделать, потому что этот демон был на порядок сильнее ее. Раньше она не занималась сексом из страха потерять себя – и причинить боль другому. С Кейдеоном такой вероятности не было.

Холли попыталась остановить эти мысли. Даже если Кейд был возможен как партнер с физической точки зрения, все равно он не годился. Кейдеон – неотесанный, властный и бессовестный шовинист.

Например, он отказался отпустить ее, даже когда они добрались до комковатого желтого песка и подошли к паромщику. Это было жуткое существо с рогами в виде картофелин, угрожающе устремленными вперед. У Кейдеона рога были гораздо приличнее. По крайней мере, она знала, что при поцелуе они не выколют ей ненароком глаз.

Хотя, конечно, они с Кейдом никогда больше не будут целоваться!

– Сюда пускают только тех, кто из Закона, – сказал паромщик.

Не обращая внимания на протесты Холли, Кейдеон откинул ей волосы с ушей.

– Валькирия, – коротко сказал он.

Она начала извиваться у него в руках, стараясь привести волосы в порядок, и паромщик спросил:

– Она пришла сюда воевать?

Он ожидал воинственных действий скорее от нее, чем от демона-наемника…

– Эта валькирия со мной, – сказал Кейдеон, и рогатый пропустил их на паром.

На пароме Кейдеон, наконец, отпустил ее, и она могла поправить волосы. Минуту спустя они пристали к причалу – конструкции весьма сомнительной прочности, откуда начиналась шаткая дорожка, ведущая через топь.

Вдали была видна какая-то освещенная хибара, и оттуда доносилась музыка.

– Держись ближе ко мне, – сказал он. – Мы входим, получаем указания и уходим, поняла?

– Поняла. – Она услышала что-то в зарослях сбоку. – Слушай, а что там шевелится? – Она напрягала зрение, чтобы рассмотреть.

Он снял с нее очки, и Холли тут же заметила семейство оленей. О'кей, обманывать себя ни к чему – зрение у нее меняется.

– Отдай очки!

– Все будут удивляться, что ты носишь очки. Бессмертным они не нужны.

Она выхватила у него очки и надела их.

– Ну и пусть удивляются.

Подойдя к дверям, она проверила, в каком состоянии у нее жемчуг, рукава и волосы. Она всегда делала это, прежде чем войти куда-нибудь, это был один из ее самых обязательных ритуалов.

– Веди себя прилично. Ты будешь малость потрясена. Не глазей ни на кого из посетителей. Ясно?

– Я умею управлять собой.

– Это я знаю, малышка. И ни с кем не разговаривай о нашем деле. Просто знай: здесь никто не хочет причинить тебе вред. И помни, Холли, на что ты способна. Если что будет не так, не забывай, что ты можешь причинить сильную боль. Не стесняйся.

Он открыл дверь.

Под мелодию «Почему мы не можем напиться и быть на взводе», доносящуюся из музыкального автомата, тусовались существа, которых она и представить себе не могла. Само помещение походило на обычный бар, но посетители словно явились из мифов.

Двое мужчин занимались армрестлингом, и каждый при этом неуловимо походил на какое-то животное. Цвет глаз у них менялся от янтарного до самого светло-голубого.