Золушка с приданым - Джулия Джеймс

Макс прижал ее к себе и заговорил тихо и нежно:

– Теперь Хаугтон принадлежит тебе. Никто не посмеет отнять его у тебя.

Придушенный всхлип вырвался из ее горла, потом еще, и, наконец, слезы брызнули из глаз. Все эмоции смешались: страх и горе, стресс от грозящей потери дома, облегчение и радость оттого, что дом вернулся к ней. Она содрогалась в рыданиях, а Макс, бормоча что-то по-гречески, обнимал и укачивал ее в объятиях. Прекрасный, замечательный Макс, который превратил мечту в реальность, отдав ей то, что сам мечтал получить.

Неожиданная мысль озадачила Элен. Оторвавшись от его плеча, она вопросительно подняла на него глаза:

– Макс, я не понимаю. Ты сделал мне сказочный подарок, но я не вижу причины. Ты хотел, чтобы Хаугтон стал твоим домом, а сам отдал его мне.

Взгляд Макса был загадочным.

– Ты вынуждаешь меня, Элен, признаться в своем коварстве, постыдном коварстве. – Руки Макса крепче обняли ее. – Я сгорал от стыда за то, что так ошибался в тебе, осуждая твое отношение к Паулин и Хлое до того, как узнал правду, а потом пришел в ярость от их жестокости к тебе и твоему отцу. Тогда я решил исправить несправедливость и вырвать Хаугтон из их цепких когтей. – В голосе Макса появилась нотка мрачного юмора. – Однако, спасая Хаугтон, который ты любишь всем сердцем, я действовал не совсем бескорыстно. Признаться, у меня был свой интерес…

От Элен не укрылся блеск в темных глазах Макса, пробудивший в ней воспоминания о времени, что они провели вместе: ее пульс участился от близости сильного тела, мускулистой, широкой груди, прижатых бедер, от исходящего от Макса жара…

– Когда ты подписывала контракт, возвращавший тебе Хаугтон, я высказал надежду, что он станет моим домом, но это зависит только от тебя. – Макс вопросительно поднял бровь. – Что ты думаешь? Готова ли ты разделить его со мной?

– Не понимаю. Ты имеешь в виду совместное владение? – предположила изумленная Элен.

Макс покачал головой.

– Не волнуйся. Я позаботился о том, чтобы Хаугтон принадлежал тебе на все сто процентов, – успокоил он. – Но я подумал, – глаза засияли ярче, и Элен почувствовала, как его руки крепче сомкнулись на ее спине, – что есть другой способ.

– Объясни мне, – пробормотала она слабым голосом.

– Может быть, теперь ты поймешь, – сказал Макс, неожиданно отпуская ее.

Из кармана пиджака он достал маленькую квадратную коробочку. У Элен остановилось дыхание, замерло сердце. Макс опустился на колено и посмотрел на нее снизу вверх.

– Согласна ли ты, – начал он, глядя прямо ей в глаза, – моя прекрасная, замечательная, великолепная, добросердечная Элен оказать мне честь и сделать самым счастливым человеком на земле? Согласна ли ты выйти за меня замуж?

Макс открыл коробочку. Элен ахнула от блеска красных рубинов.

– Мне показалось, что это поможет убедить тебя, – лукаво изогнул бровь Макс. Он вынул кольцо и, взяв Элен за руку, поднес его к безымянному пальцу – то самое кольцо, которое она надевала на благотворительный бал, навсегда изменивший ее жизнь.

– Как ты получил его?

– Я купил весь гранатовый гарнитур. По счастливой случайности мне удалось вернуть все драгоценности твоей матери, присвоенные Паулин и Хлоей, включив это условие в приложение к контракту. Что касается антиквариата и картин, проданных ими, то мои люди занимаются их поиском: я собираюсь вернуть все, что принадлежало твоей семье. – В глазах Макса снова зажегся огонь. – Поверь, я сделаю все, что в моих силах, моя дорогая Элен, чтобы ты приняла мое предложение. Кстати, ты еще не дала мне ответа. – В голосе Макса послышалась напряженная нотка.

Глядя на него во все глаза, Элен, словно в глубоком шоке, не могла вымолвить ни слова. Наконец ей все-таки удалось прошептать:

– Ты… делаешь мне предложение?

Макс не сдержал вздоха:

– Хочешь, чтобы я повторил все сначала?

– Нет, нет!

Макс замер.

– Что означает «нет»? Ты отказываешь мне?

Элен энергично затрясла головой.

– В таком случае ты согласна? – настаивал Макс. – Мне бы хотелось знать наверняка. Для меня это очень важно, от этого зависит мое счастье.

Комок в горле по-прежнему мешал Элен говорить. Эмоции душили ее.

– Почему?.. – все что она выдавила из себя.

– Что «почему»? – не понял Макс. Его терпение было на пределе.

– Почему ты хочешь жениться на мне?

Наконец выдержка изменила ему. Он слишком долго сдерживал себя с той минуты, когда Элен рассказала ему о коварстве мачехи, ведь он сразу принял решение. Две недели ушли на подготовку и оформление бумаг, составление контракта. Теперь он почти совершил задуманное – вернул Хаугтон и завоевал Элен.

– Надеюсь, так будет доходчивее, – сказал Макс, заключая ее в объятия и накрывая губами ее рот.

Губы приоткрылись ему навстречу. Она обвила руками его шею. В ней мгновенно вспыхнуло ответное страстное желание. Когда поцелуй закончился, Элен дрожала от возбуждения.

– Я люблю тебя, – сказал Макс. – Сам не знаю, когда это случилось. Признаю, что заманил тебя в Лондон из корыстных побуждений – ты сама знаешь. Однако скоро понял, что общение с тобой доставляет мне удовольствие, какого никогда не испытывал с другими женщинами.

– Даже с Тайлой Брентли? – выдохнула Элен.

– Она красива, гламурна и полностью зациклена на себе. А ты… совсем другая: умная, добрая, решительная. Я целиком поддерживаю твою помощь детям из малоимущих семей. – Макс поцеловал ее в кончик носа. – Нам хорошо вдвоем, невероятно, фантастически хорошо. Когда ты ушла, хлопнув дверью, я понял, что не хочу потерять тебя, и решил сделать все, чтобы вернуть. Мы должны быть вместе, оставаться вместе до конца дней – я мечтаю только об этом. – Голос Макса дрожал от волнения. – Если когда-нибудь ты разделишь мои чувства…

Элен не дала ему договорить. Обняла Макса за шею и, заглушая слова, прижалась губами к его губам, прильнула к нему всем телом. Макс любит ее! Любит! После бесценного дара – возвращения Хаугтона, он преподнес ей еще более невероятный дар – свою любовь.

– Макс! О, Макс! – все, что она могла сказать, но, кажется, это удовлетворило его.

Когда ураган ее эмоций немного стих, Макс снова взял забытую на столе маленькую коробочку.

– Теперь у меня нет сомнений в твоем согласии, – произнес он, с любовью глядя на Элен.

– Конечно! – воскликнула она. – Знаешь, сначала мне было страшно поверить своим чувствам, но они оказались сильнее меня. Размышляя в Канаде о жизни без Хаугтона и без тебя, я поняла, что не вынесу этого! – Глаза Элен наполнились слезами. – А теперь у меня есть все: родной дом и ты – самая большая драгоценность на свете! Великолепный, дорогой, обожаемый Макс – мое сердце, моя жизнь, моя любовь.