Знаю, ты рядом - Сьюзен Стивенс

«Нет, из-за тебя хижина кажется совсем маленькой».

Раффа отошел от окна и посмотрел на Лейлу, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Он улыбнулся, обнажив белоснежные ровные зубы, которые контрастировали с его загорелой кожей.

– Я рад тебя видеть, Лейла.

– Ты был в пустыне…

Раффа погрозил ей пальцем.

– Я предупреждал, никаких вопросов.

– Никаких вопросов о Тире, – напомнила она. – Так вы работали вместе?

– Тир сам тебе все расскажет, когда будет готов. А это первый старатель? – Раффа решил сменить тему и стал разглядывать одну из фотографий в рамке. – Вот этот?

Как и Тир, Раффа прекрасно умел хранить секреты. Лейла не вытянет из него больше ни слова.

– Все верно. Это один из моих предков, первый Скаванга.

– Ты на него совсем не похожа.

– Я поняла, что борода мне все-таки не идет.

Улыбка расцвела на его лице.

– Этот снимок нужно повесить в музее.

– Я опередила вас, сеньор Леон. Копия этой фотографии уже висит в фойе.

– Я должен был догадаться, мисс Трудолюбие.

Она раскраснелась, когда его взгляд скользнул по ее животу.

– На каком ты теперь месяце, Лейла?

– На восьмом или около того. – Разговор проходил шиворот-навыворот. Из-за гормонов Лейла плохо соображала и еще не сказала Раффе про близнецов.

– Я думал, срок уже подошел. По моим расчетам…

– Твои расчеты неверны.

– Неужели?

– Есть вещи, о которых ты не знал, Раффа.

– Какие, например?

Даже глядя на нее так подозрительно, он умудрялся сводить ее с ума. Набрав в грудь побольше воздуха, Лейла сказала:

– У меня будут близнецы.

– Близнецы?! – воскликнул Раффа. Кажется, он совсем растерялся. Опустив голову, он добавил: – То есть двое детей?

– Да, так обычно бывает, – сказала она, стараясь выглядеть непринужденно. Едва ли мужчина, который совсем не хотел детей, обрадуется двойне.

Лицо у Раффы сначала просияло, а потом вдруг помрачнело. Если бы Лейла не знала причину, то испугалась бы. Удивление от этой новости сменил страх за то, как она будет рожать двойню.

– Твоя бабушка рассказала мне, почему ты так боишься, – поспешила объясниться Лейла. – Пожалуйста, не сердись на нее, Раффа, – добавила она. – Бабушка рассказала мне, потому что очень любит тебя и знает, что я тоже люблю.

Вот. Теперь она это сказала. Она открыла ему свои чувства, и если бы Раффа захотел, то уничтожил бы их, но держать их в тайне Лейла больше не могла.

По лицу Раффы было не понять, о чем он думал. Это естественно, ведь он всю жизнь скрывал свои чувства, а Лейла заговорила о том прошлом, которое он предпочел бы забыть.

– Герцогиня сказала, что твоя мама умерла при родах, – осторожно сказала она, желая теперь расставить все точки над «i». – Она сказала, что, когда ты вырос, ты понял, что произошло, но твой отец и братья всегда винили в случившемся тебя…

Он молчал, Лейла протянула к нему руки, но они бессильно опустились. Он не был готов к состраданию. Никогда не был к этому готов. Именно поэтому он прятал свои чувства и не принимал эмоции других людей.

– Близнецы… – пробормотал он. Его взгляд оживился, когда Раффа посмотрел на Лейлу. – В самом деле?

– В самом деле, – она не могла угадать его мысли, но теперь он хотя бы думал, а не заводился с пол-оборота. Она даст ему время, столько, сколько будет нужно. – Я даже не предложила тебе ничего выпить или перекусить, – сказала она, возвращаясь к бытовым темам.

– Прости, Лейла, мне пора идти. Грузовик подъехал. Оставайся здесь. – Он ласково сжал ее плечо, прошел в прихожую и набросил пальто. – Детские вещи, – нахмурился он, понимая, что теперь его планы придется кардинально менять. – Я не знал, как у тебя здесь все, поэтому привез и еду. Можем отправиться на пикник.

– Звучит заманчиво. – Было бы заманчиво, не будь Раффа таким отстраненным.

Он думал о чем-то другом. Лейла подумала, что он все еще обдумывает новость о близнецах. Разве можно его за это винить?

– Не переживай, все в порядке. Просто двое друзей наверстывают упущенное.

Ну конечно. Она поникла, все надежды рухнули. Все ее эмоции были настолько обострены, что она не видела полутонов, а лишь черное и белое. Может, он не хотел двоих детей. Почему она не могла снова стать прежней Лейлой, заботливой серой мышкой? Почему теперь ее сердце разрывается на части, а мысли скачут из стороны в сторону?

Она было поспешила помогать ему, когда Раффа открыл дверь и зашел в дом с огромной коробкой.

– Нет, сиди, не вставай, – потребовал он. – Я справлюсь.

Он не хотел, чтобы она помогала, подумала Лейла, вставая с кресла. Она подошла к окну и посмотрела, как Раффа дает указания рабочим. После такой длительной разлуки видеть его было само по себе подарком. И хотя она и говорила, что ничего от него не примет, ни в чем не нуждается, ее сердце ликовало при мысли о том, что он купил для нее вещи и продукты.

За это нужно дать ему почувствовать себя как дома.

Она достала из шкафа тарелки, а из холодильника суп и салат, как тут в дом влетел Раффа.

– Кофе варишь?

– Да, – пробормотала она, с трудом понимая, что нужно бы включить кофемашину, иначе никакого кофе не будет.