Пламенная цель итальянца - Дженни Лукас

– Посмотрите сюда!

– Сеньора!

– Миссис Моретти!

Они вошли внутрь, Холли наконец выдохнула и, осмотревшись, не удержалась от восхищенного возгласа:

– Вау!

Отель был великолепен, из окон открывался потрясающий вид. Наблюдая ее благоговение, Криштиану почувствовал, как его сердце наполнилось гордостью.

– И это только холл. – Он положил руку ей на талию. – Ты еще не видела зал для приемов.

Вслед за другими богатыми и знаменитыми гостями он повел ее в позолоченный зал. Она любовалась высокими потолками, огромными зеркалами, яркими люстрами. Французские двери вели на просторную террасу, украшенную ярко-розовыми цветами, откуда открывался вид на ночное море.

В течение следующего часа Криштиану общался с гостями. Менеджер нового отеля с удовольствием сообщил ему, что отель очень понравился приглашенным, и он уже принял несколько бронирований на Рождество.

Едва зазвучала музыка, Криштиану протянул Холли руку.

– Потанцуй со мной.

И повел ее в центр зала, зная, что все мужчины ему завидуют. И вовсе не его деньгам или власти, а прекрасной женщине в его объятиях.

Пока они танцевали, он оглядывал позолоченный бальный зал роскошного отеля на побережье Амальфи. Все это его. И Холли тоже принадлежала ему.

– Ты так прекрасна. Каждый мужчина хотел бы оказаться на моем месте.

– Стать владельцем отеля?

– Оказаться в постели с тобой.

Она застенчиво оглянулась.

– Ничего подобного.

– Ты понятия не имеешь, насколько желанна. Сегодня ночью ты извинишься за твою встречу с Беннато. И я прощу тебя. Потому что ни в чем не могу тебе отказать.

– Не считаю себя виновной, потому что сделала это по уважительной причине.

– Что?

Ее красные сочные губы изогнулись в дрожащей улыбке.

– Потому что я люблю тебя.

Она сделала это! Наконец-то.

На несколько секунд Криштиану застыл на танцполе, уставившись на Холли, в то время как другие пары продолжали кружиться в танце.

– Ты любишь меня.

– Да. – Лицо Холли было безумно счастливым. – Понимаю, этого не должно было случиться. Но случилось. Я люблю тебя, Криштиану. – Она отчаянно пыталась встретиться с ним взглядом. – И я не враг. И не твоя собственность. Я твоя жена. Я сражаюсь за нашу семью. За наш дом. Борюсь за тебя, потому что люблю.

Холли любит его.

Почему?

Вдруг он понял, зачем она это все говорит, и рассмеялся.

– Что смешного?

– Ничего. – Он, все еще смеясь, в восхищении покачал головой. – Я тебя уважаю.

– Уважаешь?

– Да.

– Это все, что ты можешь сказать?

– Я не виню тебя за попытку. Ты думала, это сработает. Но мною не так легко манипулировать. Однако ты можешь попытаться убедить меня в постели. Вряд ли это у тебя получится, но нам обоим понравится.

– Я говорю правду!

– Прекрасно. – Он закатил глаза. Она полна решимости придерживаться этой истории. – Но чтобы я больше не слышал никаких жалоб. Мы никогда не перестанем путешествовать, никогда не осядем на одном месте. И если ты еще раз заговоришь с Беннато, я разведусь с тобой.

В ее карих глазах поселился холод.

– Ты хочешь развестись со мной? Из-за того, что я с кем-то разговаривала?

Криштиану это казалось очевидным.

– Ты разговаривала с моим врагом.

Мужчины в смокингах и женщины в ярких сверкающих платьях продолжали танцевать вокруг них.

– Вот, значит, как ты представляешь отношения между людьми? Либо человек – твой враг, либо – слуга. Ты никогда не изменишься, не так ли?

– Холли.

– Нет! – Она вырвала руку и ушла, оставив его одного в бальном зале. Гости уставились на него с удивлением и скрытым ликованием из-за того, что наблюдали семейный скандал. Он последовал за ней.

Она шагала по улице по направлению к вилле. Все журналисты уже разошлись, и лишь один фотограф устремился за ней.

Криштиану обратился к дворецкому отеля:

– Мой «феррари».

Машину подали через тридцать секунд, и он, сев за руль, быстро догнал жену.

– Садись в машину. Немедленно.

Холли даже не посмотрела в его сторону. Просто продолжала взбираться по крутой дороге на высоких каблуках и в красном бальном платье.

Фотограф немного поотстал, продолжая снимать. Криштиану стиснул зубы, не сомневаясь, что завтра все это появится в желтой прессе.

– Сейчас же, – приказал он.

Холли споткнулась о камень, чуть не подвернув лодыжку. Он преградил ей путь автомобилем. Все еще не глядя на него, она села в машину, хлопнув дверцей. Не говоря ни слова, он нажал на газ, мощный двигатель взревел, и автомобиль рванул вперед.

Приятная ночь, казавшаяся такой яркой и радостной, вдруг утратила все свои краски.

Подъехав к вилле, Криштиану завел машину в гараж и выключил двигатель. Некоторое время оба сидели в тишине. Потом Холли повернулась к нему с внезапным отчаянием.

– Сможешь ли ты когда-нибудь полюбить меня? Серьезный вопрос. Он посмотрел на нее. Все-таки она не пытается им манипулировать, действительно верит, что любила его.

– Нет, я никогда не полюблю тебя. Никого никогда не полюблю.

Ее лицо стало болезненно-серым. Открыв дверцу, она выскочила из машины.

– Холли, подожди.

Она, не подчинившись, побежала в сад. Он настиг ее у изгороди.

– Холли, черт побери! Хватит!

Схватив за руку, он прижал ее спиной к кустарнику.

– Отпусти меня, – тяжело дышала она. – Ты – лжец!

У нее перехватило дыхание. Он приоткрыл губы, грудь вздымалась от сдерживаемых чувств, и его переполнило желание. Он попытался поцеловать ее, но Холли впервые отвернула голову, отстранившись.

Сердце Криштиану наполнилось гневом, вызванным ее отказом.

– Я никогда не просил твоей любви. И никогда не хотел этого.

– Конечно, нет. Ты просто хочешь овладеть мною. Получить мое тело. Тебе не нужно мое сердце.

Его взгляд снова упал на ее сладкий соблазнительный рот. Розовым языком она облизала губы.

– Люби меня, если хочешь. Меня это не волнует. Но ты будешь повиноваться мне.

– Повиноваться? – Она резко рассмеялась. – Мы не в Средневековье. Я не твоя собственность. И никогда ею не стану.

– Неужели? – Вдохнув ее аромат и сжав ее запястья, Криштиану еще раз попытался ее поцеловать. И сделал это, чтобы доказать свою точку зрения. Холли вырвалась.