Побещай мне рассвет - Джил Грегори

– Нет, нет, грязная скотина! – закричала Белинда, захлебываясь от ярости. Она отчаянно изворачивалась, плевалась, пытаясь освободиться, но так и не смогла сдвинуть с места навалившегося на нее громилу. Фелпс прижал свой слюнявый рот к ее нежному рту, раздвинул ее губы своим языком, и девушку передернуло от отвращения.

Она скорее умрет, чем вынесет это, вихрем пронеслось у Белинды в голове. Ее хрупкое тело вздрагивало от ненависти и омерзения. Она все равно не сдастся – либо он ее убьет, либо она его.

Внезапно Белинде удалось высвободить ногу, и она яростно лягнула Фелпса в мошонку. Она узнала, насколько это болезненно, случайно, много лет назад, когда в шутку боролась с сыном старшего конюха. Фелпс скорчился и завыл от боли. В этот момент «Эсмеральду» качнуло, и Белинда и ее мучитель покатились по палубе. Их швырнуло на выставленные в ряд бочки, Белинда почувствовала, как хватка его ослабла, и вскочила на ноги. Нож! Где нож? Пока она лихорадочно осматривалась в поисках ножа, Фелпс тяжело завозился и, покряхтывая, сел. Руки его сжались в кулаки. Подбирать нож уже не оставалось времени, нужно было бежать. Девушка бросилась наутек с проворством лани. Сердце ее тяжело стучало. Воспоминания о его варварских ласках, о его гнусных поцелуях подстегивали ее. В какой-то момент Белинда обернулась.

– О нет! – прошептала она, охваченная новым приступом страха: Фелпс припустился за ней с неожиданной прытью. Он двигался грузно и неуклюже, словно огромный раненый медведь, оставляя за собой кровавый след.

Наконец она достигла трапа, торопливо, едва не кувырком, скатилась по ступенькам и, задыхаясь, побежала дальше. И вдруг с ужасом поняла, что совершила чудовищную ошибку: каким-то образом повернула не в ту сторону и, вместо того чтобы оказаться на пути к каюте, которую она делила с другими женщинами, попала в незнакомый пустынный проход, освещенный жалким огоньком одной-единственной маленькой свечки, зловеще подрагивающим на сквозняке. В полумраке она разглядела ряд дверей, а по коридору уже тем временем загрохотали ботинки Фелпса. Ее снова охватила паника. В тот момент, когда тяжелый топот раздался уже совсем рядом, она схватилась за ближайшую дверную ручку, и та неожиданно подалась под ее рукой. Белинда толкнула дверь и с неистово бьющимся сердцем проскользнула внутрь.

Она очутилась в тесном помещении, забитом парусиной и бочками с дегтем. Когда дверь закрылась, воцарилась полная темнота. Белинда попыталась нащупать замок и не нашла его. Кромешная тьма показалась ей такой же отвратительной, как тот мужчина, что рыскал снаружи. Она очень осторожно сделала несколько шагов, обогнув невидимый моток каната, добралась до стоявших в ряд бочек, зашла за них и присела на корточки за самой высокой. Крысы с омерзительным попискиванием так и сновали вокруг нее. Сцепив похолодевшие руки, Белинда призвала на помощь все свое мужество, чтобы не закричать в полный голос.

Она так и не уловила никакого шума в коридоре, хотя прошла, казалось, целая вечность. Удары ее сердца постепенно стали тише. Может быть, он ушел? Смирился с неудачей и вернулся в свою каюту? Белинда вдохнула полной грудью и уже собиралась встать, когда услышала щелчок дверного замка. Тяжелая дверь распахнулась, и луч бледного света проник в помещение. Затаив дыхание, она впилась ногтями в ладони. В дверном проеме вырос силуэт ее преследователя. Казалось, что его массивная фигура уже нависает над ней.

– Госпожа Кэди! Госпожа Кэди! – Хрипловатый и жуткий шепот, зловеще звучащий в полной темноте, походил на воплощение ночных кошмаров. От этого звука по спине у нее забегали мурашки. – Я найду вас, госпожа Кэди! Я расквитаюсь с вами! Да-да, обязательно! Вы еще пожалеете об этой ночи, госпожа Кэди. Госпожа Кэди!

Он дотошно оглядывал помещение, всматривался в самые темные углы. Белинда ощущала исходивший от него запах самца, запах мужской похоти и ярости и, съежившись в своем укрытии, молила Бога о том, чтобы он ее не заметил. Внезапно Фелпс сделал шаг вперед, и она застыла, готовая драться до последнего, но негодяй вдруг отступил, к ее величайшему облегчению, вышел в коридор и прикрыл за собой дверь. Белинда не шелохнулась. От неудобной позы затекли мышцы, но вставать было нельзя – пока еще нет. Наконец она медленно поднялась. Несмотря на ледяной холод, девушка взмокла от пота, и все-таки ликование охватило ее. Она спасена!

Белинда осторожно, бочком пробралась к выходу и приложила ухо к двери. Ни звука. Она чуть-чуть, всего на какой-нибудь дюйм приоткрыла дверь и выглянула. Никого! Бесшумно, словно призрак, Белинда выскользнула наружу и двинулась по коридору, то и дело оглядываясь по сторонам. Она знала, что в любой момент из темноты может появиться Фелпс, но его не было. Наконец она добралась до своей каюты и, пулей влетев внутрь, плотно прикрыла за собой дверь. Потом привалилась к косяку и перевела дух. Она в безопасности! Белинда повернулась. Все смотрели на нее. Женщины, уже облачившиеся в ночные рубашки и чепцы, неодобрительно глядели на Белинду со своих коек и с подозрением хмурились, подметив ее растерзанный вид, растрепанную прическу. Отбросив со лба густые локоны, Белинда направилась к койке Сары Куки с гордо поднятой головой. Никакие враждебные взгляды не смутят ее! И хотя в душе все еще содрогалась от ужаса, внешне она являла собой образец дерзости и решительности, когда шествовала мимо безмолвно взиравших на нее женщин. Сара сидела на своей койке прямая как палка, а ее круглое, пухлое лицо побагровело от возмущения.

– Где вас носит, мисс Белинда! – яростно зашептала она, сверкая голубыми глазами. – Ну что за несносное, избалованное дитя! Вы хоть понимаете… – Тут она осеклась и, испуганно вытаращив глаза, судорожно вцепилась в руку девушки. – Боже милостивый, да у вас кровь на плаще! Что с вами стряслось?

– Если я расскажу тебе правду, Сара, ты скажешь, что я это заслужила, – не надо было нарушать распоряжений капитана. Так что лучше уж я оставлю эту историю при себе, – мрачно произнесла Белинда и поджала губы. – У меня сейчас нет настроения выслушивать твои нравоучения!

– Мисс Белинда, я все равно добьюсь от вас ответа! Что за напасть с вами приключилась? – не унималась экономка, и в глазах ее сквозил неподдельный ужас.

Белинда дерзко посмотрела на старую служанку. Ох, до чего же Сара досаждала ей в детстве! Какие длинные нравоучения приходилось ей выслушивать после каждой шалости. Как эта женщина бранилась, когда Белинда таскала булочки с кухни или груши из оранжереи! Но с другой стороны, она же обнимала и как могла утешала ее в день бабушкиных похорон. Несмотря на ворчливость и вечное нытье, Сара была искренне предана Белинде. Она и в путешествие-то отправилась, чтобы присматривать за девушкой. Правда, брат Сары, кузнец из Бостона, не так давно овдовевший, вот уже который год зазывал ее к себе, но та приняла приглашение лишь после смерти бабушки Белинды – она хотела заботиться о своей непослушной девочке во время долгого плавания. Белинда знала: не отправься она в путь, Сара предпочла бы остаться в Англии, жить в тихом уютном домике и не стала бы срываться с насиженного места.

Глядя на бледное лицо Сары и размышляя обо всем этом, Белинда забыла о своих обидах. Ее раздражение улетучилось, сменившись порывом нежности. Бедная Сара, милая ворчунья! Такая суровая – и такая добросердечная! Она наклонилась и чмокнула экономку в морщинистую щеку.