Подкова на счастье - Элис Детли

Вот он, проклятый зов плоти, с горечью подумал Леонардо. Однажды ощутив его, уже невозможно остановиться. Невинные отношения с Эльвирой были уничтожены именно такой вспышкой желания.

Леонардо скомкал полотенце и швырну его в корзину для грязного белья.

Эльвира рассеянно бродила по комнате. Она пыталась собраться с силами, чтобы все это выдержать.

Леонардо, я… — в который раз мысленно начинала она тяжелый, но неизбежный разговор. О Боже, как выговорить это слово?! Сердце билось глухими, тяжелыми ударами.

Леонардо, мне нужна твоя помощь…

Послышались шаги, и, подняв глаза, девушка с облегчением увидела, что Леонардо облачился в джинсы и тенниску. На его подбородке алела маленькая капелька, притягивающая ее взгляд как магнит.

Леонардо заметил янтарный блеск устремленных на него глаз и почувствовал, как у него чаще забилось сердце.

— В чем дело? — хрипло спросил он.

— Ты порезался, — прошептала Эльвира.

Кровь показалась ей дурным знамением.

Он нахмурился и дотронулся до подбородка, потом провел пальцем по гладко выбритой коже.

Неужели у меня тряслись руки? Он не мог припомнить, когда порезался в последний раз.

— Действительно. — Он облизнул палец. — Вот твой кофе.

Эльвира пыталась держаться непринужденно, но ей это удавалось с трудом.

— Я не пила кофе, с тех пор как уехала из дому.

Леонардо улыбнулся и сел на диван. Он отличался врожденной грацией. Никто не мог бы оспорить тот факт, что Леонардо Ортис был сексуально привлекательным мужчиной — высокий, темноволосый, импозантный, с надменной линией скул и очень темными — скорее черными, чем карими, — глазами. Крупный рот выдавал чувственную натуру, а решительно очерченные губы были словно созданы, чтобы доставлять женщинам наслаждение.

Дрожащей рукой Эльвира взяла с подноса кофе.

Сумасшествие какое-то, подумал Леонардо, наблюдая ее неестественную улыбку и скованные движения. Такое ощущение, словно рядом абсолютно чужой человек. Что же, черт возьми, со мной творится?

— Как поживает твой отец? — вежливо поинтересовался он.

— Нормально, спасибо. — Девушка поднесла чашку к губам, но пальцы так сильно дрожали, что она поставила ее обратно на блюдце. — Передает тебе привет.

— Передавай ему привет от меня, — отозвался Леонардо.

Вид ее бурно вздымающейся груди мешал ему собраться с мыслями.

Почему его взгляд задержался на моей фигуре? — подумала Эльвира, — Леонардо очень проницательный человек. Неужели он догадался?!

Она опустила глаза.

Нет, пока все нормально. Ярко-розовая блузка застегнута на все пуговицы. К счастью, она не слишком обтягивает фигуру. Да и живот еще не выпирает. Ничто не указывало на то, что она ждет ребенка, разве только увеличившаяся грудь и внезапные приступы тошноты, которые могут случиться в любую минуту.

Эльвира попыталась улыбнуться, но ощутила, как неестественно напряжено ее лицо.

— Я ждала, что ты поинтересуешься, почему я оказалась здесь.

— Я как раз собирался это сделать, — насмешливо ответил Леонардо. — Люди, как правило, не уезжают из дому просто так, к тому же путь с юга Испании до Англии долог.

Эльвира отвернулась и посмотрела в окно. На улице по-прежнему шел проливной дождь. А там, дома, погода жаркая, как поцелуи любовников, и землю мягко ласкает легкий бриз.

— Разве тебе не нужно быть в университете? Сейчас ведь не время каникул.

— Я бросила учебу, — кратко сообщила Эльвира.

Леонардо напрягся, весь обратившись в слух.

— Почему? — холодно протянул он.

Ей не понравилось, что у него скривился рот, а в глазах застыло ледяное выражение, и она не ответила.

— Почему ты это сделала? — настаивал Леонардо. — Разве ты не знаешь, как важно иметь профессию в наше время? И что это за планы, которые нельзя было отложить до окончания учебы?

Эльвира вспомнила о своей мечте путешествовать, увидеть мир, отличавшийся от того, в котором она выросла… Теперь этому не бывать! Она потеряла право поступать так, как ей хочется.

— Я должна была… уехать.

Леонардо нахмурился. Ее волнение ощущалось почти физически. Он склонился было к Эльвире, но, уловив мускусный запах ее духов, тут же переменил позу, отодвинувшись как можно дальше.

— Да что с тобой, Эльвирита? — мягко спросил он. — Что стряслось?

Сейчас и следовало все ему рассказать, но Эльвира не смогла вымолвить роковое слово.

— Ничего, — наконец неуверенно ответила она. — За исключением того, что я бросила университет.

— Ты об этом уже сказала. — Леонардо почувствовал нарастающее раздражение, но постарался его скрыть. — Может, объяснишь почему? — Его черные глаза впились в лицо Эльвиры. — Похоже, причины просто не существует. — В обычной ситуации он не был бы так резок, но сейчас его не покидало смутное предчувствие неприятностей. — Итак, Эльвира, — продолжал он более спокойно, — я жду.

Она уже открыла рот, но поймала его жесткий осуждающий взгляд, и нервы снова сдали.

— Мне стало скучно.

— Тебе стало скучно?!

— Ну, я была подавлена.

— Подавлена? — Леонардо недоверчиво посмотрел на нее. — Черт возьми, отчего молодая красивая женщина может быть подавлена? Из-за мужчины?

— Нет никакого мужчины! — поспешно возразила Эльвира. И это была правда.

— Эльвирита, это на тебя совсем не похоже! Не могу поверить, что интеллигентная девочка… то есть девушка… — поправился он и почувствовал, как кровь медленно и ритмично застучала в висках. — Одним словом, такая, как ты, могла все бросить, потому что заскучала! Тебе следовало потерпеть. Уж поверь мне, дорогая, — мрачно добавил Леонардо, — нет ничего скучнее бесконечной рутинной работы. А это все, что ты получишь, бросив университет!

В этот момент Эльвира поняла, что ничего не сможет ему сказать. Не сейчас. А быть может, и никогда. Она не вынесет презрения, которое вызовет ее признание. От кого угодно, но только не от Леонардо, которого она обожала, с тех пор как себя помнила.

— Я и не ждала одобрения, — тихо ответила Эльвира.

— Ты не видишь дальше своего носа! — огрызнулся он. — Как ты собираешься жить? Рассчитываешь на отца?

Она оскорблено вздернула подбородок.

— Естественно, нет! Я молодая и способная. Умею готовить. Ухаживать за детьми. Говорю по-английски и по-испански.

— Отличное резюме, — насмешливо заметил он.

— Так ты поможешь мне с работой, Леонардо?

— Нет! — Его голос звучал резко. — Но я сделаю все, что в моих силах, чтобы переубедить тебя. — Немного помолчав, он заговорил с тем глубоким дружеским чувством, которым всегда отличались их отношения, пока он не начал видеть в ней женщину: — Возвращайся домой, Эльвира. Закончи учебу. И приезжай через пару лет. — Глаза его невольно заблестели при мысли о том, какой она станет за это время. — И тогда я найду тебе работу, даю слово.