Беглянка. Дорога к счастью - Анна Бигси

— Колесо… — тихо ответила она.

Голос был настолько пропитан страхом и отчаянием, что Саша на секунду растерялся. Его уверенность в своей правоте пошатнулась, но он быстро взял себя в руки, напомнив себе о том, что такие женщины прекрасные актрисы и все это лишь представление для получения желаемого.

— Где оно?

— Не знаю… Темно очень…

Таня чуть не плакала, только ребенок на руках давал ей силы не поддаться панике. Она не понаслышке знала, как дети чувствуют настроение матери, и старалась сохранять спокойствие.

— Посветить-то не судьба? — огрызнулся Белов. Его раздражение росло в геометрической прогрессии. Ужасно бесила и вся эта дурацкая ситуация, и эта опасная женщина с невинными глазами, но больше всего собственная реакция. Он привык жить по своим понятиям и правилам, а она подвергала сомнению его устоявшиеся убеждения и бесцеремонно расшатывала его мир.

— Нечем, — обреченно выдохнула Таня и прижала ребенка к себе крепче, покачивая на руках.

Совершенно не собиралась рассказывать постороннему человеку о своих проблемах и бедах. Зачем кому-то знать о том, что телефон она давно продала, а купить новый не было возможности, что не помнила, когда нормально ела в последний раз, что устала от постоянной гонки от собственной тени, но не могла остановиться, опасаясь за жизнь своего ребенка. Ее привычная, холеная жизнь давно превратилась в жалкое, нищенское существование, и просвета в обозримом будущем не предвиделось.

Белов чертыхнулся и отправился на поиски колеса, без труда нашел его в одной из многочисленных колдобин на дороге и вернулся к коляске.

— На, держи. — Он протянул незнакомке свой телефон, чтобы та светила ему, и принялся чинить поломку. Света было недостаточно, приходилось действовать на ощупь, но Саша справился — воткнул колесо на место и закрепил его, как смог, подручными средствами.

— Колеса надо смазать и накачать, а лучше вообще новую коляску купить, эта рухлядь разваливается на ходу, — проворчал он, вытирая перепачканные в смазке руки.

— Спасибо, я учту, — холодно отозвалась Татьяна, укладывая спящего ребенка в коляску.

Саша не стал продолжать диалог, забрал свой телефон, пакет со спиртным и прошел мимо нее, в очередной раз надеясь, что эта встреча была последней.

***

Татьяна старалась идти как можно аккуратнее, не подвергая коляску лишним испытаниям. Из-за этого с каждым шагом все больше отставала от своего спасителя и вскоре совсем потеряла его из виду. Она была даже рада этому, он не вызывал у нее доверия, а плохо скрываемая агрессия и вовсе пугала.

Немного поплутав между незнакомых улиц, Таня добралась до нужного дома, оставила коляску около лестницы, поднялась на крыльцо и постучала в дверь. На пороге появилась женщина в ярко-красном халате с бигуди. Осмотрев свою гостью с головы до ног, презрительно скривилась.

— Ты кто такая? Че тебе тут надо? — Игнорируя элементарные приличия, женщина сразу же набросилась с вопросами.

Татьяна растерялась, не так представляла себе хозяйку своего нового дома. Тем более по телефону общалась с воспитанным и вежливым человеком, а эта хабалка больше напоминала торговку с рынка. Кое-как уняв внутреннее неприятие, Таня вежливо пояснила.

— Здравствуйте, мне нужна Зинаида Ивановна…

— Кто? — Женщина криво усмехнулась, вышла на крыльцо и закрыла за собой дверь, будто защищая свое жилище от неожиданного вторжения.

— Зинаида Ивановна, — неуверенно повторила Таня и лихорадочно принялась рыться в сумке, ища нужные документы. Победно улыбнувшись, извлекла из нее копию паспорта вышеупомянутой Зинаиды и протянула истеричной особе. Еще вчера Таня оплатила половину этого дома через банк, договорившись с хозяйкой отдать вторую часть при личной встрече.

— Самойлова Зинаида Иванова, — вслух прочитала женщина, но не смягчилась ни на йоту, а наоборот, еще больше разозлилась и стала подталкивать Таню к лестнице. — Дуру из меня решила сделать? Нет тут таких и не было никогда! Вали давай отсюда.

— Как нет? — Татьяна почувствовала, как земля уходит из-под ног, и схватилась за перила, чтобы не упасть. — Мы с ней созванивались… Она обещала продать мне этот дом… Я же перевела ей половину суммы в качестве предоплаты, — тараторила она, вспоминая все, что происходило в последние дни. — Вот, у меня и чек есть… — протянула квитанцию из банка в доказательство своим словам.

— Что? Какой еще дом? С ума, что ль, сошла? — Женщина словно взбесилась и теперь напирала, как таран. — Иди, говорю, отсюда по-хорошему, не то с лестницы спущу!

Татьяна невольно отшатнулась и отступила на несколько ступенек вниз. Она ничего не понимала, мысли хаотично метались в сознании и никак не складывались в логическую цепочку. Еще утром все было просто и понятно, на горизонте ее жизни явственно виднелся просвет, оставалось только добраться до него, а сейчас темные тучи вновь заволокли небо. Медленно до нее доходило истинное положение вещей — ее просто обманули. Развели на деньги, как обыкновенную лохушку. Но самое страшное заключалось в том, что назад дороги не было. Им с дочкой некуда было возвращаться…

— Куда же мне идти? Ночь на улице…

— А я откуда знаю? Откуда пришла, туда и иди!

— Автобус последний уехал. Я здесь никого не знаю. — Таня судорожно искала выход из ситуации, остаться с ребенком ночью на улице было не лучшей перспективой. — Можно я у вас хотя бы переночую, а утром уйду…

— Еще чего! Че тебе тут ночлежка, что ль? У меня своих семеро по лавкам! — Женщина не намерена была сдавать позиции и пускать незнакомку на свою территорию. Она, как цербер, рьяно охраняла свою собственность.

— Поймите, у меня маленький ребенок…

— А у меня четверо и муж, и что?

Теперь Тане стало по-настоящему страшно. Липкие мурашки побежали по позвоночнику, вызывая мелкую дрожь во всем теле. Она была совсем одна с маленьким ребенком на руках, ночью и на краю географии.

— Что же мне делать? — севшим от волнения голосом спросила Таня, ощущая, как зубы отбивают нервную дробь.

— Вон к Юсупычу иди, у него для таких, как ты, всегда место найдется, — с издевкой протянула женщина и указала пальцем куда-то вдаль.

— К кому? — переспросила она, шанс на чудесное спасение забрезжил в темноте.

— Последний дом на следующей улице, — нехотя пояснила хозяйка дома и направилась к двери. —  Там сама разберешься, — крикнула напоследок и скрылась в доме, звучно заперев щеколду.

Стирая соленые дорожки тыльной стороной руки, Татьяна вышла за калитку. Понимала, что надо успокоиться, что никто им с дочкой не поможет. Но нечеловеческая усталость брала верх. Таня еле передвигала ноги, хотела есть и спать. Но это было слишком большой роскошью в их положении, найти приют до утра и хоть немного перевести дух — вот ее программа максимум на сегодняшний вечер.