Я потерялась, Дикий - Виктория Вишневская

— Не надо в полицию! — резко поднимает голову и выпячивает свои испуганные лазуриты. И сейчас они такие чистые… Как небо, чёрт. А на нём — ни единого облачка.

И почему на полицию так реагирует?

— Оке-ей, — тяну, залипая. — И что же нам делать?

— Ну… — неуверенно кусает губку. Да что же творит, чертовка. — Вы можете поехать домой.

— То есть, ты предлагаешь мне оставить тебя вот так и спокойно поехать отдыхать?

Ирка заждалась. Телефон в штанах вибрирует — явно она звонит.

— Ага, — радостно кивает. Будто решает все проблемы. Ужас, какая наивная. — Сейчас согреюсь и пойду искать.

— Сомнительная у тебя история, — и всё же чувствую здесь подвох. — Отец бьет, что ли тебя?

Сразу напрягаюсь. Осматриваю её снова. Синяков не видно. На этой прозрачной, фарфоровой коже — увидел бы сразу.

— Нет-нет! — машет ладошками, пытаясь отпугнуть от меня те мысли, которые уже закрались в голову. — Он хороший, правда. Просто… Мы повздорили. По телефону. Ничего страшного. У него со связью там плохо… Поэтому он и не узнает, что со мной случилось, если я вовремя домой вернусь…

Раз с отцом всё в порядке, чего же ты расстроено голову склоняешь, девчонка?

— Так. Уточним. Ещё раз. Вообще не знаешь, откуда пришла? — переспрашиваю её.

— Неа… — шмыгает носом.

— Ты только не реви мне здесь, — предупреждаю её. Вот что-то, а детские слёзы — не моё. Ой, тьфу. Ей же восемнадцать есть, чего я туплю? — Найдём мы твой дом. Но в полицию съездить придётся.

— Не надо в полицию, пожалуйста, — упрашивает, а сама взгляд не поднимает. Раздражать начинает. — Папа потом отругает. А у нас и так с ним сейчас… Отношения натянутые.

Заметно.

— Так, ладно, — хватаю глинтвейн и делаю глоток. Раздумываю.

Взять её к себе что ли? На денёк-два там. Пока мои ребятки адрес её найдут по ключам. Или по камерам, где она там шастала. Судя по тому, что забрела далеко — и гуляла много где. Могла на камерах светануться. Так хоть район узнаем.

А вдруг…

Схема это??

Неужели аферистка???

Да ну, Дикий! Глянь в эти глаза! Не может быть!

Окей. Но не странно ли это? Что позову её к себе?

Она не пойдёт. Гостиницу, может, ей снять? Да как-то выглядит это… Не очень. Вдруг опять заблудится? Убежит, сказав, что ей неудобно.

Где мне её потом искать? Кинуть на произвол судьбы? Чтобы меня потом совесть замучила?

– Так, Белоснежка, — даю ей кличку. Цвет волос и бледная кожа позволяют. Вот губы эти, конечно… Мертвец, блин, ходячий. Но уже лучше.

Согревается.

— Меня это, — смущённо теребит стаканчик пальцами. — Вика зовут. Простите, что сразу не представилась.

О как.

— Вика, — повторяю. Красивое имя. Мне нравится. Победа. Победительница по жизни, блин. Столько проблем за день обрести — уметь надо. — Ежевика. Тебе подходит. Буду тебя ежевикой звать. Ты такая же чёрная.

— В маму пошла, — мне кажется, или она опять краснеет? Ужас. Как же это невинно и красиво смотрится.

Не, Дикий, к Ирке заскочить надо. Напряжение снять. Что-то я себя неважно чувствую. На малолеток заглядываюсь. И хоть восемнадцать ей есть — выглядит она ещё моложе.

— А Вас?… — опять поднимает запуганный взгляд.

— Ярослав, — представляю. — Но все зовут меня Дикий.

— Почему? — округляет свои губки, на которых заостряю внимание.

— А не помню уже, — морщусь. Сколько лет назад это уже было? И вспоминать лень. — В общем, не об этом. Что я тебе предлагаю, Ежевика. У меня друзья в полиции есть. Да и в других органах… В общем, везде.

Помогу я тебе дом твой найти. Не знаю как быстро — сейчас, как я знаю, там завалы. Приезд вышестоящих, не до нас им.

И хоть знаю, что помогут нам быстрее, чем обычным гражданами — не обнадёживаю её. Вдруг, случится чего.

— Но одну я тебе не оставлю, — произношу твёрдо. — Ко мне поедешь. Хотя бы на вечер.

— Но ведь… — пугливо отзывается. — Вы же… Мужчина…

— Да вроде был, — отвечаю, прищуриваясь. Что в этом плохого-то? — Чего не так? Не трону я тебя. У меня на малолеток не шевелится. Ни душа, ничего другого.

— Точно-точно? — наивно переспрашивает. Смотрит своими огромными глазищами. Блюдцами.

А я уже так-то сомневаюсь.

Уже рассчитываю посадить её напротив себя и заставить глазеть на меня. Только бы не отрываться.

Фу, блин, Яр, чё за наклонности странные?

— Обещаю, — твёрдо проговариваю. Нет. И пальцем не трону. Ни на пушечный выстрел не подойду к ней. –

Руку на отсечение отдам. Но в интимном плане — вообще не трону.

Она кивает.

А меня эти странные вопросы… Настораживают. Да и её поведение.

Ладно, посмотрим что дальше. Домой отвезу — уже хорошо. Включу ей мультки, чтобы время убила.

— Хотя знаете, — опять начинает, спохватившись. — Всё же нет. Я так не могу.

— Да что же с тобой делать! — бью опять кулаком по столу. — Окееей, давай сделаем так. Раз боишься дома моего… Просто погуляем? По городу, до вечера. Я сейчас своим позвоню, скажу им. Дай бог чего решится. Нет — у меня заночуешь. Согласна?

— Ну-у, — тянет неуверенно. — А я вам точно проблем не доставлю?

Ты уже доставила.

— Нет, всё в норме, — утешаю её. — У меня отпуск. Что хочу, то и делаю.

Она опять кивает.

Но я ещё не успокаиваюсь.

Жду ещё вопросов. Но вроде они кончаются.

Нет, что-то с ней не так… И у меня будет время, чтобы это выяснить.

А пока мы допиваем глинтвейн, и Ежевика доедает булку с малиной.

А я смотрю и понимаю… Первое впечатление, было такое — ненормальная. Но нет. Просто чудная.

Блин, Дикий, куда ты только ввязался?