Училка и бандит - Юлия Гауф

«Мирон»

Вот так сходил перекусить! Переступаю порог этой забегаловки, по недоразумению считающейся рестораном, и кого я вижу? Василису Прекрасную, которая тянет меня к столику с девицами, выглядящими как индейцы на тропе войны.

Это я удачно зашел!

«Эскорт, надо же» - думаю я, рассматривая свою «любимую».

Василиса ведь не помнит меня… ну что ж, нужно напомнить:

- Как мы познакомились? О, это очень интересная история! Слушайте!

Ловлю цепкую ручку своей «клиентки», которой она размахивает в опасной близости от моего лица, и целую. Так и тянет прикусить нежную кожу, но, подозреваю, получу от нее тарелкой по голове.

- Мирон, - нервно смеется Василиса, и делает страшные глаза, - девочки из вежливости спросили. Никому не интересно: познакомились, и познакомились. Обычно!

- Я бы так не сказал, - качаю я головой, с удовольствием наблюдая, как подаются вперед жуткие подружки Василисы. – Ты ведь тогда была замужем!

Девушка краснеет – подозреваю, что от злости. Задумчиво глядит на ножи и вилки, которые принес официант, но к военным действиям пока не переходит. Зато подруги ее в диком восторге:

- Васька, так ты та еще оторва, - хлопает руками рыжая. – Гуляла от Борьки своего, значит? А нам-то заливала… ха!

- Не изменяла я мужу! – возмущается Василиса, и пинает меня по ноге так, что я отдергиваю ее – чертовски больно получить острым каблуком по икре.

- Нет-нет, - поднимаю я руки, выдержав приличную паузу. – У нас ничего не было. Но я терпеливо ждал…

… и дождался!

… в клубе полно людей – в основном школота и бюджетники, у которых денег нет на нормальные места. Заказывают «отвертку», и дрыгаются в такт орущей музыки.

- Ты же хотел повеселиться, - орет брат мне на ухо, стараясь заглушить дикий гвалт. – Вот и самое веселое место в городе! Да расслабься ты!

Хм, ну я и не напрягался. Только сначала слегка ошалел от дикой толкучки, а так…

- Увидимся, - говорю брату, и он кивает.

А я иду прямиком к барной стойке, к весьма аппетитной блондиночке, которая чинно пьет мартини. Думаю, она неплохо будет смотреться на моей кровати.

- Привет, - склоняюсь над девушкой, а затем сажусь рядом – место каким-то чудом освободилось, и даже выгонять никого не пришлось. Вблизи блонди выглядит еще сексуальнее, и я улыбаюсь самой своей обаятельной улыбкой. Кричу бармену: - Девушке еще мартини, а мне двойной виски.

Хочу представиться, и спросить ее имя, но девица резко подается вперед. Показательно рассматривает меня: был бы на пару лет младше – покраснел бы от смущения от такого взгляда.

- Нет, - морщит она носик, как следует рассмотрев меня. – Мартини отдайте кому-нибудь другому.

- Ээээ… не понравился? – теряюсь я.

- Нет, не в моем вкусе, - заявляет она ехидно. – К слову, я замужем, так что у моей мамы уже есть зять.

«Так я и не замуж тебя планирую позвать, - думаю я. – И какая муха ее укусила?»

- Можем просто выпить, и потанцевать…

- Все мужики – козлы, - с улыбкой перебивает меня эта язва. – А с козлами я не танцую, и не выпиваю: иначе сама козой стану. Идите и танцуйте кого-нибудь другого, и не мешайте мне страдать!

Почему-то я всегда думал, что девушки по-другому страдают: грустная музыка, шоколад и теплый плед. Или пара бутылок вина, распитые на кухне с подругой. Эта же – уникум. Понятно, что ничего уже не будет, но… интересно!

- Имя хоть скажите свое, о прекрасная страдалица!

Девушка окидывает меня взглядом, полным сомнения. Будто я не имя ее попросил назвать, а шифр от банковской ячейки.

- Василиса.

- А я Иван, - представляюсь я.

Василиса вдруг смеется – искренне и весело, и фыркает:

- Мы просто созданы друг для друга!