Изобретательная сваха - Кэтти Уильямс

— У нас здесь особый уклад, — вмешалась директриса. — Каждая спальная секция закреплена за одним учителем. Они живут при школе и присматривают за детьми в свободные от уроков часы. Неудивительно, что девочки заходят к ним ночью, особенно младшие.

— Вы молодая женщина. Почему вы предпочли жить в пансионе?

— Как я уже сказала, мистер Найт, — продолжала Ребекка, игнорируя его вопрос, — Эмили пришла ко мне, чтобы рассказать о довольно… неприятной ситуации. — Она мельком взглянула на миссис Уильямс, ища поддержки, и та кивнула ободряюще. Отец Эмили выглядел куда менее доброжелательно.

— Я жду, — произнес он наконец, когда неловкая пауза стала затягиваться. — Она наркоманка?

— Нет. — Ребекка глубоко вздохнула, уронив руки на колени. — Я уверена, мистер Найт, зная ее два года, что ваша дочь…

— Проклятье! Почему вы не скажете все прямо, мисс Райен? Факты не изменятся, поэтому напрягитесь и обрисуйте ситуацию. Я хочу знать обо все, что она натворила. Вынужден сообщить, что терпение мое на пределе.

Прекрасный образец для подражания, подумала Ребекка, изображая понимающую улыбку и сдерживая желание залепить ему пощечину.

— Если честно, я была слегка удивлена, когда она постучала в мою дверь в два часа ночи. Эмили не их тех, кто поверяет секреты учителям. Она живет по своим законам, довольна этим и не любит показывать свою уязвимость. Что бы вы ни говорили, уверяю вас, все девочки в шестнадцать лет ранимы, как бы они ни бравировали своей независимостью.

— Я приму к сведению ваши слова, мисс Райен. Я не разбираюсь в девочках-подростках.

— Включая собственную дочь, — не сдержалась Ребекка, и он бросил на нее тяжелый холодный взгляд.

— Давайте вернемся к фактам, мисс Райен, и держите свои мысли при себе.

— Я думаю, мисс Райен просто пытается объяснить, — вставила поспешно миссис Уильямс, что мы привыкли иметь дело со строптивыми ученицами и всегда снисходительны к ним. Суровый выговор, как правило, — единственный воспитательный прием. Но жизнь в пансионе может казаться тягостной некоторым из наших девочек, особенно в самом начале. Они растеряны и, бывает, поступают необдуманно. Проблемы возникают очень редко, и мы все заинтересованы в том, чтобы решить их.

— Допустим. — Отец Эмили не удостоил директрису даже взглядом. Его глаза буквально впились в Ребекку. Она начала чувствовать себя неловко под этим тяжелым взглядом.

Мистер Найт продолжал сверлить ее глазами Ребекка подумала, что со временем его природная самоуверенность, которая когда-то так привлекала ее, превратилась в несносное высокомерие. Иначе не назовешь. Этот тип настоящая свинья. Способен ли он нести хоть какую-то ответственность за поведение дочери? Представляет ли он, насколько шестнадцатилетняя девочка страшится одиночества?

— Она была сильно взволнована, — продолжала свой рассказ Ребекка. — Я усадила ее, и тут она сказала мне… Я боюсь повторять вам, мистер Найт, ее слова… что она… беременна.

Слова упали в тишину, как камень. Шли секунды. Минуты. Он молчал.

— Надеюсь, теперь вы понимаете, почему мы решили, что необходимо вызвать вас, мистер Найт, — сказала директриса осторожно. — Я представляю, какой шок для вас…

— Как можно было допустить такой кошмар? — Найт взглянул на Ребекку. — Вы говорите, что живете здесь, чтобы обеспечивать порядок. Так вот, вы не слишком хорошо выполняете свою работу. Что вы делали, пока моя дочь-подросток проводила время в городе с каким-то мерзавцем? Вы знаете, кто этот негодяй?

— Во-первых, Эмили не с моего этажа…

— Тогда почему она пришла к вам со своими проблемами?

— Потому что…

— Возможно… — примирительным тоном вмешалась миссис Уильямс, — потому, что мисс Райен — одна из самых молодых членов нашего коллектива. Многие девочки обращаются к ней за советом.

— Ладно, лестное описание характера мисс Райен — не то, что мне сейчас нужно. Мне нужно, — Найт подался вперед, — это чертово объяснение!

— Эмили не говорила о деталях, мистер Найт, — ответила Ребекка. Руки у нее от волнения дрожали. — Она не ответила на вопрос, кто отец ее ребенка, и не сказала, как это произошло. В высшей степени невероятно, что она могла незаметно уйти ночью. Двери очень надежно закрываются, чтобы удержать девочек от подобных вещей, и ночью у нас есть охранник. Скорее всего, они встретились днем, может быть в выходные, когда девочкам разрешается проводить время по своему усмотрению, разумеется, с определенного возраста. Они здесь живут не под замком. Мы надеемся, что им привиты правильные моральные принципы, которые послужат…

— Неужели нельзя обойтись без громких фраз? То, что вы говорите мне сейчас, иллюстрирует вашу безответственность. С ребенком случилось несчастье, но вам наплевать. Вы озабочены только тем, как бы умыть руки и свалить все на случай. Разве не так?

Почему он не обратился с этой тирадой к директрисе? — думала с досадой Ребекка. Почему он непрерывно и так пристально смотрит на меня, как будто я все это придумала? Она понимала, в каком он состоянии. Конечно, то, что случилось, ужасно, но к концу дня Эмили будет исключена из пансиона, и со временем это происшествие забудется.

— Разумеется, все не так, как вы говорите, — отозвалась она сердито. — Это больно и очень тяжело для вашей дочери. Но это случилось, и ей придется отвечать за последствия. Ругайте нас, ругайте ее, — от этого ситуация не изменится, мистер Найт.

— Что вы, собственно, хотите этим сказать? — прошипел Найт, переведя взгляд на директрису. Глаза его сверкали бешенством. — Может быть, кто-нибудь из вас, леди, соблаговолит объяснить мне? Или, позвольте, я попытаюсь угадать: она упаковывает чемоданы и покидает пансион немедленно? Ее образование завершается на данном этапе, что послужит уроком для остальных? Так?

— У вас есть выбор, мистер Найт? — устало спросила миссис Уильямс. Она выглядела измученной, Ребекка тоже. Эти тридцать три часа стоили дорого. Инцидент был из разряда тех, что способны причинить ущерб репутации школы.

Родители могли встревожиться, а встревоженных мам и пап не успокоишь уверениями, что Эмили не такая, как все.

— У нас нет выбора. Мы вынуждены просить вас забрать Эмили из школы. Естественно, ей дадут время на сборы.

— Естественно… — Его рот скривился, он вздохнул и потер глаза. — Итак, ни у одной из вас нет каких-либо предложений, как эту проблему разрешить? — Найт кинул обвиняющий взгляд на директрису. — Если вы намерены заявить, что не отвечаете за случившееся, то у вас ничего не выйдет.

— Но, мистер Найт, у нас нет выбора.

— Ей понадобится ваша поддержка, — вставила Ребекка, и отец Эмили повернулся к ней с издевательской ухмылкой.

— Я должен сказать, что ехал сюда, ожидая мелких неприятностей. Я не слишком хорошо понимал свою дочь, когда она приехала ко мне два года назад. Судя по всему, это сыграло негативную роль.