Превращение в бабочку - Кристин Лестер

По дороге, к вящей ее радости, на нее никто не показывал пальцем и даже не оглядывался: то ли Джейн попросту не узнавали, то ли и правда все это было ей гораздо больше к лицу, чем привычные длинные юбки. Но все равно она хотела как можно быстрее и как можно незаметнее добраться до любого укрытия. И, когда дорога была позади, с облегчением спряталась под любимый зонтик, юркнув в шезлонг.

Некоторое время спустя подруги переоделись, Риккардо принес им свежевыжатый сок из смеси фруктов и, тихо поворковав о чем-то с Алисой, ушел к себе в кафе. А подруги остались любоваться, как океан перелистывает одну волну за другой. Это был своеобразный ритуал и причуда Джейн — сначала посидеть, понаблюдать происходящее вокруг, а уже потом выходить и ложиться под солнце. Раньше она любила серфинг и скорость, а теперь часами сидела в тихих безлюдных уголках…

Алиса же, напротив, тянула ее туда, где кипела жизнь, и в результате подруги всякий раз выбирали компромисс: не в самой активной части пляжа, но все-таки возле кафе.

Наступал вечер, все окрашивалось в мягкие, приглушенные краски, даже голоса купающихся казались тише.

— Ну и что ты собираешься делать? — пожевывая соломинку от коктейля, спросила Алиса.

— Ты о чем?

— Я о ком. О Кристиане. Долго ты будешь мариновать себя? А заодно и Пола?

— А с чего ты взяла, что я мариную себя? И при чем здесь Пол?

— Пол, бедняга, тут и правда ни при чем. А вот Кристиан — совсем другое дело. Ты вздыхаешь ему вслед, боготворишь его, готова сделать для него все, что он скажет, потому что…

— Он — мой шеф. И это моя обязанность — делать все, что он скажет. И вовсе я не вздыхаю… — Джейн вздохнула. — Зря ты заставила меня надеть шорты, я всю дорогу чувствовала себя неуютно.

— Почему?

— У меня некрасивые бедра и…

— Ты просто боишься, что тебя кто-нибудь увидит в неподобающем для тебя амплуа. Без пучка, без сарафана до пят, без книжек… — Алиса развернулась к подруге, улыбаясь озорной улыбкой — как всегда, когда придумывала какую-нибудь каверзу. — Слушай! А почему ты сюда их не взяла? Ты же вечно ходишь с ними в обнимку. И еще вот — смотришь себе под ноги. Я все время забываю спросить: зачем ты смотришь под ноги? Чтобы книжки не уронить?

— Да, чтобы не уронить… Правда надо было брать с собой: не все же время слушать твои глупости!

— Вот! А еще надо было взять парочку тетрадей, учебников, чтобы перед пляжем пойти в библиотеку. Или после.

— Или вместо! — Джейн начала злиться.

Вечно Алиса лезет не в свое дело! Она, конечно, считает себя всезнающей и мудрой, но от ее советов и «обличительных» речей на тему смены образа жизни и внешности Джейн уже тошнило.

— Ну ладно, что насчет Пола? — вдруг резко сменила тему Алиса.

— А что насчет Пола?

— Ты правда на него не претендуешь?

— А зачем?

— И правда, зачем тебе на него претендовать? Он и так весь твой.

— Перестань! Он мне как брат. Мы знакомы с детства.

— Только смотрит он на тебя совсем не по-братски.

— Это тебе только кажется.

— Ты слепая, Джейн! — Алиса вскочила и нервно прошлась туда-сюда по песку. — Ты просто не хочешь видеть очевидное! Как, впрочем, и с Кристианом.

— Я все прекрасно вижу. Но не придаю этому такого значения, как ты. Алиса, мы ходили на один горшок, гуляли в одном дворе, и в детстве я донашивала за ним одежду. Как он после этого может ко мне относиться?

Алиса махнула рукой и плюхнулась на свое место.

— Ты пропащая, Джейн! Вот если бы у меня был такой Пол! Ну хотя бы на денечек… О-о-о!

— Успокойся. Забирай его себе, в чем проблема?

— Проблема в тебе… А впрочем, вы пара.

— То есть?

— Ты такая же, как он. Он любит тебя, ты — Кристиана, а Кристиан любит все женское народонаселение нашего университета. И на вашей кафедре, кстати, кроме тебя, уже не осталось никого из молодых девчонок, кто еще не успел побывать у него дома.

— Я знаю. Но для меня не имеет значения то, что он делает с ними дома.

Алиса внимательно посмотрела на нее.

— Да? Тогда почему ты грезишь о нем?

Джейн пожала плечами:

— Мне нужно просто… Каждому человеку надо о чем-то мечтать. Я могу мечтать о ком-нибудь другом, могу мечтать о Николасе Кейдже. В принципе это ничем не отличается.

Джейн огляделась вокруг: двое мужчин, стоящие чуть поодаль, не сводили с них глаз. Риккардо с очередной многозначительной улыбкой принес и поставил очередной сок.

— Отличается! — не согласилась Алиса. — Николас Кейдж не видит, какими глазами ты на него смотришь. Ты, кстати, на него даже и не смотришь. А вот на нашего Кристиана ты смотришь безумными глазами, так что даже пугаешь окружающих.

— Пугаю?

— Да! Всю кафедру. Все знают, что ты в него безнадежно влюблена и готова не только сварить кофе или написать трехмильный отчет, но и землю перевернуть, если любимый Кристиан попросит.

Джейн пожала плечами:

— Бред. Я просто делаю то, что мне нужно. И рядом с ним… А что ты, собственно, от меня хочешь? Чтобы я бросила мечты о Кристиане и занялась Полом?

— Я хочу, чтобы ты хоть как-то ожила, — сумрачно сказала Алиса.

— Для этого мне нужен кто-то еще. Другой. А впрочем, мне никто уже не нужен.

— Ага, — зло кивнула Алиса. — Вот именно. Никак не забудешь того негодяя, который испортил тебе жизнь?

Джейн замерла на несколько секунд, прикрыв глаза, как человек, услышавший что-то очень неприятное.

— Я запрещаю тебе говорить на эту тему, — строго сказала она, не поднимая век.

— Да? — Алиса снова вскочила и принялась расхаживать перед Джейн. — Ты ведь из-за него стала такая! Я же не слепая, все вижу! Почему ты мне не можешь рассказать? Почему, Джейн?!! Я тебе давно стала роднее мамы. А ты все держишь в себе, и как только мы затрагиваем эту тему…

— Мы сейчас поссоримся.

В голосе Джейн был настоящий лед, но на Алису уже ничего не действовало, она села на любимого конька.

— Зачем ты себя похоронила? Прошло уже почти пять лет, а ты все оплакиваешь то…

— Я сейчас уйду.

— Да уходи! Пожалуйста! Только кому от этого станет хуже? — Алиса произнесла это уже гораздо тише — она тоже заметила мужчин.

Под зонтиком на некоторое время воцарилась тишина.

— Между прочим, они сейчас подойдут, — негромко сказала Джейн, с радостью меняя тему разговора. — А мы собирались поговорить о Кристиане.

— Нет. Мы собирались поговорить о Поле. А это совсем другое дело!