Бывшая жена - Дана Алексеева

Вдох-выдох.

Держу себя в руках. Бывшая я, или кто? Совет Эли приободряет.

– Аня? – повторяет Артем и касается рукой моего оголенного плеча, оставляя ожог.

Я отскакиваю и удивленно смотрю на бывшего.

– Это вы мне? – делаю вид, что не слышала его, и несу чепуху. – А, Бродский, это ты… Не узнала. Какими судьбами здесь?

«Оскар» мне срочно в студию. Переиграла, да.

Артем сконфуженно смотрит на меня. Даже присматривается: я это, или нет? Не ожидал такой легкой дерзости от бывшей супруги. Да я и сама не ожидала…

– День рождения у друга. А ты?

Скользит по мне изучающим взглядом, в ответ на который инстинктивно выпрямляюсь в спине и насильно расплываюсь в непринужденной улыбке.

– Я с мужем здесь. За компанию.

– А, классно… – не слишком радостно растягивает он.

Артем совсем не изменился. В отличие от меня.

Так же привлекателен, и с возрастом в нем появилась манящая брутальность… И это жутко несправедливо. Бывшему просто запрещено оставаться красивым. По крайней мере, я не должна его таковым считать. Но нет…

Высокий, статный, с широкими плечами и подтянутой фигурой. Лицо искрится харизмой через умные проницательные глаза. Кожа без изъянов, легкая небритость и шевелюра темных густых волос, которой позавидовали бы все голливудские актеры… И это ходячее «безобразие» – мой бывший муж!

– Артем! – по ушам резонирует слишком писклявый женский голосок. – Ах, вот ты где, любимый…

К нам приближается блондинка, в которой узнаю Лизу Комарову.

Боже, только не она. Он до сих пор встречается с ней? Бродский, не разочаровывай меня так сильно, умоляю…

Сидя за столом не признала эту холеную стерву, потому что раньше она была темненькой, но её лицо… Оно по-прежнему отзывается во мне рвотными позывами.

– О, Фролова, и ты здесь! – восклицает Лиза и хлопает своими глазищами на меня. – Какая неожиданная встреча!

Хм, не я одна здесь переигрываю.

– Я Котова, – поправляю и выдавливаю кривую улыбку. – И тебе привет, Комарова.

Коза, крашенная…

– Ах, да, ты же вышла замуж! Впрочем, как и я, – Лиза обнимает Артема и начинает елозить наточенными коготочками в его волосах. – Я больше не Комарова, а Бродская. Запомни.

А вот это уже больно. Ее острый язык проходится ножом по сердцу.

Как он мог на ней жениться? После всего, что было?

– Поздравляю, – опустошенно смотрю на Артема, который с раздражением убирает с себя руки жены.

– Слышала, ты родила? – не ради интереса, а чтобы задеть посильнее, спрашивает Лиза.

– Родила, – с вызовом в голосе отвечаю.

Тут мне нечего стыдиться. Я горжусь тем, что стала мамой прелестной дочки. И никто из этих двоих даже не представляет, чего мне это стоило.

– Мы тоже хотим ребенка, правда, Артем? Каждую ночь стараемся, – хихикает она, а теперь уже ее муж недовольно поджимает челюсть.

Я усмехаюсь.

– Что ж, удачи вам, ребята, – скрывая горечь в голосе, улыбаюсь. – Мне пора.

Отворачиваюсь от противной физиономии новой жены Артема и бреду в туалет. Дорога передо мной расплывется от слезной пелены, которую сдерживаю изо всех сил.

Со стороны сердца колет. Сильно.

Думала, что отпустило. Пять лет – немалый срок.

У меня новая жизнь, новые отношения, но боль от старых ран все так же остра.

Убежала когда-то, надеясь забыть все, но от себя самой убежать не удалось.

И вот я тут, в настоящем, стою рядом со своим прошлым, как с балластом, который не смогла отпустить, и бьюсь практически на последнем издыхании о границы и условия, в которые сама себя загнала.

– Неудачно ты припудрила носик, – замечает мой удрученный вид Эля, когда возвращаюсь за стол. – Деточка моя…

Я молчу, сминая губы. Глаза красные. Зареванные. Было просто необходимо выпустить эмоции, чтобы полегчало.

– Забей на бывшего, – советует Эля. – Не стоит он внимания такой красотки.

– Не стоит… – гнусаво вторю и беру бокал.

Допиваю остатки, и Эля, не теряясь, наливает мне ещё.

Мне все равно, чем он живет. Плевать.

Артем – пустое пятно. Бессмысленное в моей жизни.

Хочет, пусть переженится на всех любовницах. Переимеет всех, кто, по его мнению, лучше меня.

Душа взрывается от эмоций. Язык развязывается после парочки бокалов, и я изливаю всё Эле. Незнакомой женщине, которая за пару часов становится такой родной. Даже ближе мужа, прекрасно проводящего время без меня.

– Поеду домой, с меня хватит на сегодня, – решительно встаю с места, но лишенные сил ноги отказываются торопиться.