(Не) настоящая жена - Елена Левашова

– Гель-лак желаете? – голос маникюрши вырывает из задумчивости.

– Нет, спасибо.

Время тянется, как резиновое. Принимаю душ и натягиваю любимое черное платье с яркими оранжево-желтыми подсолнухами. Макияжем пренебрегаю – кожа у меня чистая, да и не хочется демонстрировать мажору свою заинтересованность. Это ему нужна от меня любезность, ведь так? Выхожу под палящее солнце и прячусь в тени козырька супермаркета. Вот я балда! Надо было опоздать для приличия, а не выходить на пять минут раньше. Моя ласточка терпеливо ждет в тени на парковке. Я купила ее у соседа Розы Петровны – Ильи Самвеловича. Не машина, а зверь! «Пятерка» девяносто пятого года выпуска с пробегом в… двадцать тысяч километров. Новьё, а не машина! Разве я могла ее не купить? Не битая и некрашеная – дед Илья только в ближайшую булочную на ней ездил. Правда, долг я до сих пор Аде Васильевне выплачиваю…

– Вера? – мажор вырастает из-за спины.

– Артем, а ты пешком? Я тебя на парковке ждала, – протягиваю, стараясь на него не смотреть. Благоухающий, как парфюмерная лавочка, в свежей футболке-поло – он явно готовился к встрече с «Каланчой».

– Я, в некотором роде, без машины, – мнется он.

– А я на машине.

– Ты? И что же у тебя за машина? – недоверчиво хмурится он. Фу-ты ну-ты! Не хочет, так пусть пешком идет.

– Вот, – взмахиваю ладонью в сторону моей красненькой ласточки.

– Ну, поехали. Чего стоять? Предлагаю обсудить детали в кафе «Скала» на холме.

Смотрю на его лицо, длинную, зачесанную наверх челку, синие, как море во время штиля глаза и неожиданно предлагаю:

– Может, пойдем на море?

– Ну какое море, Каланча? Там народу знаешь сколько? Сезон, все дела. Городские пляжи забиты под завязку. Нам там не дадут поговорить.

– Ладно, поехали в «Скалу». Если будешь обзываться, я тоже придумаю тебе прозвище, – шиплю я.

– Я не против, – улыбается Артем, аккуратно устраиваясь на переднем сидении. В машине духота. Кондиционера нет, вентилятора тоже, но мажор терпеливо крутит рычаг и открывает окна. – Хорошая машинка. У моего дедушки такая была. Почти новенькая.

– Да она такая и есть, – улыбаюсь, поднимая на Артема взгляд. – Я в такси подрабатываю. Клиенты довольны. Правда чехлы приходится часто стирать и на мойку ее гонять, но ничего – жить можно, – отвечаю, выруливая в сторону Набережной.

– Деньги нужны, понимаю, – вздыхает Артём. – Я составил предварительный договор. На мое имущество ты никаких прав не будешь иметь, я на твое тоже. Сумму вознаграждения обговорим позже.

– Я и не собиралась посягать на твое имущество, – фыркаю я, крепче сжимая руль.

– Вера, ты не обижайся. Мы друг друга видим второй раз в жизни. Я тебя не знаю, ты меня тоже… Между прочим, я о тебе забочусь. Ты мне – услугу, я – деньги.

– Хорошо, Артем. Спасибо тебе за… заботу.

«Скала» не пользуется особой популярностью у приезжих – небольшую кафешку вдали от моря давно облюбовали местные жители. Управляемая моими дрожащими от волнения руками, «ласточка» мчится по узкой дорожке холма. Раскидистые ели и дубы скрывают солнце и дарят прохладу. Паркуюсь на каменистой площадке кафе, вдыхая ароматы шашлыка и жаренных на мангале овощей, и выхожу из машины. Как же здесь красиво – под ногами синеет море, а над ним нависает небо, раскрашенное в разные оттенки корицы. Соленый пряный ветер ласкает щеки и взвивает волосы.

– Вера, а кто эта девочка рядом с тобой на фотографии? – мажор подходит ближе, заставляя оторваться от созерцания пейзажа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Да это... сестренка, – отвечаю сдавленно.

Невидимый чертёнок, сидящий на правом плече, довольно ухмыляется и одобрительно похлопывает меня по спине, ангелок на левом плече осуждающе хмурится. А что я должна сделать? Признаться мажору в существовании ребёнка и лишиться шанса стать его женой? Уж я-то сделаю все, чтобы наш брак перестал быть фиктивным. И плевать мне на его: «Ты меня не прельщаешь, Каланча». А с Настюшей я его потом познакомлю...

– Понятно. Идём? Шашлык будешь? – бросает Артём, поправляя длинную густую челку.

Черт, ничего не изменилось за эти годы... Мне по-прежнему нравятся широкоплечие высокие блондины с голубыми глазами. Нравится мажор...

Кустарник вздрагивает от резкого порыва ветра, а я – от горьких воспоминаний...

Новая знакомая Жанна предложила подработать в ночном клубе. Я только приехала в город и хваталась за любой шанс найти работу и жилье. Конечно, мама дала мне кое-какие накопления, но... Разве зарплаты работника железнодорожной станции хватит, чтобы обеспечить взрослую дочь? Вот и я о том же...

На мое счастье, нам с Жанной, встретилась Роза Петровна. Чтобы жить в крохотной комнатке за небольшую плату, я убирала во дворе, мыла после туристов комнаты, полола палисадники, красила, белила, иногда готовила...

А потом появился мажор... Кричала музыка, дрожали стекла, а лучи файерболов превращали белые зубы и рубашку Артема в неоново-голубые.

– Даже не смотри в ту сторону, – услужливо предупредила меня Жанна. – Этот парень не для таких, как мы с тобой, Верка.

– Каких это «таких»? – фыркнула я, собирая со стола грязную посуду.

– Он недавно из Америки вернулся. Красавчик, да? И кукла возле него – красотка местного разлива, Олесей зовут. А мы с тобой... Из другого мира, Верка. Параллельного.

Я с грустью посмотрела на Артема – нагловатая ухмылка, небрежно зачесанные наверх волосы, широкие надежные плечи. Мне тогда казалось, что они надежные…

О чем задумалась, Калан… Вера? – тушуется Артем, наткнувшись на мой злобный взгляд. Ну да – его знакомая Олеся из клуба на голову меня ниже. Так это ее проблемы!

– Да так.

– Тебе мясо заказывать или люля-кебаб? Какое предпочитаешь? – мажор дарит мне улыбку. Видела бы его Жанка! Наверняка потеряла бы подбородок! Я – Вера из параллельного мира и мажор!

– Люля из курицы и тушенные на мангале овощи, – отвечаю, неуверенно потянувшись за кошельком.

– Вера, я угощаю тебя. Если я без машины, то это не значит…

– Ладно, я не против. Давай обсудим детали? Что от меня требуется?