Кофе за поцелуй - Елена Солт

– За что? – голос Кати стал хриплым, но волнения больше не было, только холодная решимость не дать в обиду друга.

– Прости? – Кретов оторвался от смартфона, в котором что-то сосредоточенно писал.

– Я спрашиваю, за что вы уволили Гену?

Алексей криво усмехнулся и окинул Катю оценивающим взглядом, затем обронил:

– За хамство по отношению к посетителю. В моей кофейне подобное недопустимо. А тебе, Катя, я советую поторопиться, потому что моё терпение не безгранично.

Гена тихонько выругался, сообразив наконец, кто перед ними. Опустил голову и собрался снять фартук, но Катя удержала его руку, что не укрылось от внимательного взгляда Алексея.

В этот момент открылась входная дверь, и внутрь практически вбежал запыхавшийся Пётр Козлов, управляющий всей их сетью. Это был мужчина за тридцать, в протёртых джинсах и коротком пуховике, с брюшком и блестящей лысиной. Когда Кате приходилось с ним разговаривать, она не могла взгляда отвести от этой гладкой лоснящейся поверхности, и всегда думала – почему он не побреется наголо, ведь три островка волос выглядят откровенно жалко?

Пётр отдышался, подошёл прямо к ним и заискивающе посмотрел на Алексея:

– Фух, еле припарковался. Ну, что, убедились, что кофейня слабенькая? Уж как я ни бился с ними, а всё без толку.

– Да, малоприятное зрелище.

Внутри поднялась волна гнева. Вот они, собрались вместе, два самодовольных придурка, мнящие себя королями этого мира, а на деле не представляющие из себя ровным счётом ничего! Думают, что могут оскорблять их с Геной, простых работников, и думают, что они с Геной будут всё это покорно глотать?

Недовольство Петром копилось внутри Кати давно, подобно кипятку в кастюльке, включенной на умеренный огонь. И вот именно сейчас крышечка задрожала и запрыгала. Катя сказала громко, обращаясь только к Алексею и полностью игнорируя Петра:

– Я здесь.

Алексей скривился и наклонил голову к плечу:

– Да, я вижу, и не пойму, почему. Разве тебе не было сказано…

– Я – управляющая этой кофейней!

– Вот как, – парень удивился. – В таком случае, у меня есть ряд замечаний к работе вашего заведения. Ты ещё здесь? – Последний вопрос, вместе с презрительным взглядом, предназначался Гене.

– Он никуда не пойдёт. Вы уволили его ни за что.

– В самом деле? – тон Кретова сменился с язвительно-мягкого на серьёзный. – Будешь при подчинённых оспаривать мои решения? Тогда, возможно, тебе стоит составить другу компанию?

– Эээ… Алексей…

Пётр попытался влезть в разговор, но Кретов не обратил на него никакого внимания. Их с Катей зрительная дуэль продолжалась несколько секунд. Вошли новые посетители и направились к барной стойке. Образовалась очередь.

– Легко!

Катя подняла подбородок выше, затем стянула фартук и швырнула его прямо в высокомерную рожу нового хозяина и кивнула другу:

– Гена, идём. Оля, прости. Ты справишься! – Катя бросила ободряющий взгляд на девушку, затем серьёзный – на Кретова, и добавила так, чтобы слышал только он. – Наверное.

Гена за пару секунд разделался с фартуком и оставил его на барной стойке. Оля в ужасе хлопала глазами и перекладывала из одной руки в другую тряпочку, которой только что протирала кофе-машину. Затем неуверенно подошла к кассе, чтобы принять заказы.

Катя с Геной вошли в её кабинет. Катя достала из кожаного рюкзачка тканевую сумку для продуктов, которую всегда носила с собой, и принялась складывать в неё свои вещи. Блокнотик, ручка, кружка, косметичка. Гена накинул куртку и теперь неуверенно топтался на месте, затем сказал: