Нам по пути - Рейчел Мейнке

Как бы шумиха вокруг Коннора Джексона ни достала меня, он все же был моим братом. И я им очень гордилась.

— Да, иду.

— Тебя ждет тарелка теплой лазаньи, — она слегка подтолкнула меня в плечо. — И я приготовила свежий чесночный хлеб как раз к твоему приезду.

— Для меня?

— Кто же еще может съесть целый батон чесночного хлеба в одиночку?

Мы спустились вниз, где меня ждала моя лазанья и целая гора чесночного хлеба. Когда я добралась до дивана, отец уже сидел перед включенным телевизором.

— Коннор, подвинь сестре сервировочный столик, — расчищая мне место, сказала мама.

Он оторвался от телефона:

— А?

— Сервировочный столик для сестры.

— Она сама переломится?

Отец протянул руку за диван и, придвигая мне столик, взглянул неодобрительно.

— Интервью начнется через минуту. Прекратите споры.

Я промолчала.

— Коннор Джексон, — объявил репортер, когда физиономия моего брата осветила экран, и люди в студии захлопали.

— У них были таблички? — спросила я. — Такие, знаешь, чтобы люди тебя одобряли?

Коннор, не отрываясь от телевизора, сделал непристойный жест. Отец снова взглянул неодобрительно. Я это заслужила.

Репортер заливался соловьем о Конноре и его успехах.

— Итак, скажите, — репортер наклонился к нему. — Каково это, быть ведущим певцом в собственном турне?

— Это честь для меня. Я очень рад поделиться моей новой музыкой со своими поклонниками.

— Ходят слухи о мировом турне в будущем. Ваш комментарий?

Я подавила смех. Это вообще первые большие гастроли в его карьере, и уже ходят слухи о мировом турне?

— Пока только одно турне, — он тоже засмеялся. — Начнем с Соединенных Штатов и посмотрим, что получится.

Он откашлялся:

— Но мировые гастроли — это, безусловно, то, чем я с удовольствием займусь позже.

Реальный Коннор издал стон:

— Звучит, как будто япо сценариюговорю.

— Я так не думаю, — сказала мама. — Я считаю, что это прозвучало искренне.

— Это все было написано в сценарии, не так ли? — отметила я.

— Но это не должнозвучатьтак.

Интервью продолжалось еще десять мучительно долгих минут.

— После рекламы мы услышим «Сумерки», лучшую песню Коннора! — объявил репортер.

Конечно же, «Сумерки».

— Для твоего первого интервью на всю страну считаю, что все прошло исключительно хорошо, — сказал отец. — Продуманный разговор, легкие улыбки, ты всех просто очаровал.

— Ну еще бы.

Мама посмотрела на меня.

— Кейтлин? Что ты думаешь?

— Об интервью?

— О чем жееще? — спросил Коннор.

В моей груди поднялась волна гнева, и я занялась поеданием лазаньи, чтобы не выпустить эту волну наружу.

— Думаю, это было миленько. — сказала я. — Стандартно. Не грандиозно, но и не плохо. Средне.

Коннор сжал губы, и на мгновение я почувствовала себя виноватой.

— Если у тебя нет конструктивных предложений, Кейтлин, в следующий раз держи свое мнение при себе, — сказал отец.

Мое чувство вины моментально испарилось.

— Я постараюсь.

— Коннор Джексон исполняет свой хит «Сумерки»! — объявил репортер. Камера повернулась к сцене, на которой стоял Коннор. Все прошло без сучка и задоринки. Его голос был ровным, танцевальные движения точны.

По мне, так это была средненькая попсовая песенка: нудная и бессодержательная. Он пел «Сумерки», потому что люди этого от него ждали, потому что сегодня они все хотели слушать именно это. Но сердце его сейчас молчало.

В конце клипа мама захлопала.

— Ты пел прекрасно.

Отец поднялся — в руке телефон.

— Как я уже говорил, все прошло очень хорошо. И полагаю, это в будущем откроет нам многие двери.

Он вышел из комнаты, мама поспешила за ним, сказав, что сразу вернется. Я потянулась за своим телефоном, там было новое сообщение от Дженики.

— Тебе не понравилось, — как ни в чем не бывало заявил Коннор.

— У меня нет никаких конструктивных предложений, — я пожала плечами.

— И?

— И меня это не впечатлило. Половину времени было вообще не похоже, что тебе это нравится. Ты выглядел зажатым, неуклюжим, словно тебе некомфортно.

— Наверное, потому что так и было.

С улыбкой на лице вошла мама.

— Ну вот, Кейтлин, я тебя слушаю. — Она села рядом со мной. — Помнишь, я говорила, каждую мелочь. Расскажи мне про офсайды.

— Про что? — наклоняясь вперед, спросил Коннор.

— Ты помнишь, что у Кейтлин в эти выходные был турнир по футболу?

Коннор не ответил. Конечно, он не помнил. В отличие от его интервью мои игры не транслировались в каждом доме. Никто не пришел посмотреть мою игру; мама была единственной, кто хотя бы позвонил. У меня не было платинового альбома. Я не собиралась через две недели в турне по стране. У меня не было запланированных встреч и публичных выступлений.

Я была просто Кейтлин Джексон. И в последнее время это было скорее бременем, чем благословением.