Его моя девочка - Эльвира Смелик

Только делать вид, изображать пару – конечно, далеко не то, о чём можно мечтать, но… Стоит ли упускать шанс? Всё-таки не каждый день и не каждой самый популярный парень факультета подобное предлагает. И кто скажет наперёд, так ли уж это безнадёжно или всё же сможет вылиться во что-то более настоящее и серьёзное?

– Ну, ладно.

На губах Алика опять засияла та самая лучезарная улыбка.

– Обожаю тебя, Лизбет!

Лиза хотя и придала лицу довольно критичное и независимое выражение, но всё-таки предпочла побыстрее отвернуться. Во-первых, не ответить на улыбку Пожарского по-прежнему трудно. А если и она начнёт блаженно лыбится – это уже во-вторых – Алик ещё подумает, что она приняла его «обожаю» за чистую монету. Но, если честно, от его фразы действительно стало приятно, и опять фантазия разогналась, готовая поверить в её искренность и перспективность. Но лучше всё-таки мыслить рационально и реалистично.

А электронный замок на подъездной двери опять запиликал, отпираясь. Только теперь уже Лиза оглядываться не стала. Маша такая, снова начнёт трезвонить, если она в ближайшие пятнадцать минут не появится, хотя о точном времени они и не договаривались, и не ждут их ни поезда, ни самолёты, которые отправляются строго по расписанию. Они всего лишь погулять собрались по городу: магазины, кафешки да и просто улицы – пока погода отличная.

Они, кстати, тоже с одного факультета, к тому же из одной группы – так и познакомились. А потом ещё выяснилось, что живут недалеко друг от друга. В общем, очень удачно сложилось, особенно с учётом, что Лизина семья в этот дом как раз, когда она школу окончила, переехала, и основательно наладить знакомства на новом месте пока ещё не удалось. А лучшая Лизина подруга, с которой общались с глубокого детства – жили в одном доме, учились в одном классе – укатила поступать в Москву и теперь появлялась только на время каникул.

Маша встретила своим обычным восклицанием:

– Ну наконец-то! – она уже приплясывала на месте, даже несмотря на то, что они никуда не торопились. Просто она реально такая: если что-то намечено, ей надо сразу действовать, а не стоять и ждать, даже если они потом побредут нога за ногу, куда глаза глядят. – Чего у тебя там стряслось-то?

Рассказать ей или нет про Алика?

Если рассказывать, то надо обо всём, в том числе, что их отношения просто игра на посторонних, а это отчасти стрёмно, отчасти нарушение договора. Оно ведь и устраивалось, чтобы создать впечатление для окружающих, а правду держать в тайне.

Маша, конечно, не относится к «просто окружающим» и Лиза ей доверяет, но проговориться можно и случайно. Тем более подруга в спорах и разговорах, когда старается показать другим свою осведомлённость и доказать правоту, иногда теряет контроль. Поэтому лучше и не давать ей повода однажды почувствовать себя слишком болтливой и виноватой.

– Да ничего не стряслось, – беззаботно отмахнулась Лиза. – Просто собиралась. Мы куда сейчас?

– Поехали в центр? – предложила Маша. – А потом можно в «Квартал». Там сейчас распродажи.

– Ага, – Лиза кивнула.

Она как раз собиралась что-нибудь из обуви подкупить, и предложенный план её очень даже устраивал. И всё-таки не получалось время от времени не выпадать из реальности, задумавшись слишком сильно о том, что случилось возле подъезда. И не только. Ещё о том, что случилось в конце августа. Наверное, именно в тот момент Пожарский и узнал о её существовании.

Хотя разница у них всего в один курс, но зато девчонок вокруг Алика постоянно вьётся столько, что тех, кто находится за границами этой карусели, он даже не замечает. Да и те, что рядом наверняка, как пассажиры в общественном транспорте, входят, выходят, мелькают перед глазами: увидел – обратил внимания, перестал видеть – тут же забыл. А тогда просто так сложилось, что он не мог её не заметить.

В августе, пока новый учебный год не начался, Лиза подрабатывала на полставки в деканате, помогала методисту Марине с документами зачисленных на первый курс и прочими бумагами, но в тот момент сидела в кабинете одна. Когда в него ввалились Пожарский и Крайнов.

– Привет! – Алик, как обычно, расцвёл лучезарной улыбкой. – А где Марина?

И, конечно, тоже как обычно, Лиза под ней слегка растаяла, как снеговик на солнце, тоже улыбнулась в ответ, пробормотала:

– Она ушла ненадолго. – Правда потом взяла себя в руки и закончила по-деловому: – Будет где-то через полчаса.

Алик плюхнулся на стул, стоящий у торца стола, навалился на край, подался вперёд, упёр локти в столешницу, пристроил подбородок между ладоней и оказался довольно близко от Лизы, сидевший на месте методиста. Лицо, по крайней мере.

– А ты у нас кто? – спросил, рассматривая её почти в упор с нисколько не скрываемым оценивающим интересом. – Новенькая? Тоже теперь будешь здесь работать?

Ахаха. Вот так самооценка и падает до уровня плинтуса, когда популярный парень заявляет, что до данный минуты даже не подозревал о твоём существовании, хотя вы уже два года на одном факультете с разницей всего в курс.

– Нет, я только до конца августа. А так – тоже здесь учусь.

– А-а-а, – с пониманием протянул Пожарский, и улыбка стала не просто лучезарной, умильной. – Первокурсница?

– Вообще-то я уже на третьем, – поправила его Лиза, но Алик ни капли не смутился, наклонил голову набок, заглянул прямо в глаза.

– Тогда сделаешь нам справочки?

– Какие? – она немного растерялась, от внезапного перехода и странной взаимосвязи. Ну и от взгляда бездонных синих глаз, конечно.

– Что мы здесь учимся, – протянул Алик бархатно и нежно. – Пожарский и Крайнов, группа пятнадцать сорок один.

– Хорошо, – кивнула она, попыталась наощупь отыскать бумажку и ручку, шаря рукой по столу. – Я запишу. Потом Марина Сергеевна придёт…

Алик перебил, просительно выгнул брови, хлопнул ресницами:

– А прямо сейчас нельзя?

Лиза едва не ляпнула «Можно», до того переполнилась сочувствием и желанием непременно всё сразу исполнить – а как по-другому, когда на тебя так смотрят? – но вовремя взяла себя в руки.

– Их же ещё подписать надо у декана, а его сейчас нет, – пояснила, чуть ли не виновато. – Так всегда. Можно было и не приходить, а через сайт заказать. А потом уже забрать готовые.

– Первого можно? – прилетело со стороны, довольно сухое и резкое.

Лиза повернулась.

Крайнов сидел на одном из стульев, стоящих в ряд вдоль стены, пристроив локоть на спинке соседнего и расслабленной откинувшись. Его взгляд именно таким и был – цепким, тяжёлым, чуть презрительным. Неприятным и холодным, прямо до мурашек. Лиза едва удержалась, чтобы не поёжится, и вообще стало обидно.

Похоже, для него она одна из тысячи тех дурочек, у которых мозги разжижаются при виде Алика. И никаких сомнений, Крайнов именно так и подумал – судя по взгляду – и даже не попытался скрыть своё отношение. А главное, он и тогда оказался недалёк от истины. И это вдвойне обидно. Потому Лиза и поняла не сразу, что он имел в виду, переспросила растерянно: