Сердце химеры - Анна Сергеевна Платунова

Глаза гостя, когда он посмотрел на меня, сверкнули ярчайшим зеленым цветом, засияли, точно огоньки в темноте. Он не был драконом, он не был человеком. Химера! Вот кто стоял передо мной!

Я открыла рот, чтобы крикнуть, позвать на помощь, объявить всем: «Здесь убийца, хватайте его!»

Черноволосый парень не отрываясь смотрел на меня, зная, что находится на волосок от смерти. Если я скажу, что в доме химера, его немедленно растерзают. У него нет ни единого шанса выйти из замка Ньорд живым.

Мои губы беззвучно шевельнулись. «С какой стати ты, сумасшедший, приперся в мой дом? – хотелось крикнуть мне. – Ты самоубийца?»

Парень смотрел на меня, понимая, что умолять бесполезно. Он и не умолял, но было в его взгляде что-то… Долгие несколько секунд мы сверлили друг друга глазами.

– Как зовут нашего гостя, Нари? – встрепенулась мама. – Кажется, я не расслышала.

Последняя возможность выдать химеру. Нельзя оставлять его в доме! Ведь нельзя? Я покрылась холодным потом, сердце стучало. Я знала только одно: его убьют, если я его выдам. Только поэтому, наверное, я сделала то, что сделала.

Взгляд упал на карточки, рассыпанные на коленях.

– Эм-лорд Энран Альгейр, – прошептала я.

Глава 3

– Энран Альгейр? – в голосе папы послышалось удивление. – Я думал, что прибудет… Хм, ладно, неважно.

Конечно, папа ждал другого лорда, но выяснять подробности путаницы не стал, а я вздохнула с облегчением. Вот только чему я радовалась, глупая? Я пустила в замок химеру! И что мне теперь с ним делать?

– Прошу вас к столу, лорд Альгейр, – сказала мама, а папа предложил мне руку и повел вперед, чтобы официально представить семерым женихам, один из которых химера. Ой, мамочки! Что же я натворила!

Самозванец Энран как ни в чем не бывало сел на свободное место. Я увидела, как Хильдис чуть потеснился, подвинул стул. Заметила, как Арен разглядывает новенького, чуть прищурив глаза, видимо оценивая шансы, а Сейдж, напротив, подчеркнуто безразличен. Энран же откинулся на спинку стула и вскинул на меня взгляд. «Ну? – словно говорил он. – Вот я здесь».

Я старалась на него не смотреть, но лица драконов точно поблекли, слились в единую массу, а мои глаза снова и снова искали среди семерых неправильные черты лица незваного гостя.

– Моя дочь, леди Агнара Ньорд, – словно издалека услышала я голос отца.

Каждый жених поднялся и поклонился. И Энран тоже. Мне почему-то почудилась в его поклоне легкая издевка, точно он не согласен с правилами игры, но, так и быть, притворится, что играть ему нравится.

Я была как в тумане. Не понимала, что делать дальше. Может, еще не поздно открыть правду?

Но пока я думала, взвешивая все за и против, гости приступили к обеду. Я ела, не чувствуя вкуса блюд, щеки горели. Родители обменялись озабоченными взглядами, но решили, что это смотрины так меня взволновали.

Я почти готова была во всем признаться. Только хотела попросить отца не убивать химеру сразу и потребовать объяснений, но произошло событие, спутавшее мои планы.

Слуги уже начали разносить десерт, когда на пороге замка возникла стража Небесных Утесов. По договору, заключенному после окончания войны, химеры должны оставаться в мире людей и не пересекать Врата, которые теперь охранялись драконами. Только сейчас, увидев трех стражников, я поняла, что дела обстоят еще хуже, чем я думала. Хотя куда уж хуже. Конечно, химера, явившийся в замок, прорвался с той стороны Врат. Ненормальный! На что он рассчитывал?

– Мы преследовали химеру, – сказал один из прибывших, окидывая цепким взглядом зал и всех, присутствующих в нем. – Потеряли его из вида недалеко от замка Ньорд. Зашли предупредить, чтобы вы были начеку.

– Химера, – прошептала мама и обхватила себя руками, словно ей вдруг стало холодно.

Папа положил ладони мне на плечи, и я ощутила, как он напряжен. Я знала, что он сейчас, как и стражники, внимательно вглядывается в каждого гостя.

– Горошинка, ты ничего не чувствуешь? – спросил он, и голос его казался таким спокойным… Таким обманчиво спокойным…

Вот сейчас. Сейчас! То самое мгновение. Я невольно распрямилась на стуле, сама себе напоминая натянутую струну. И…

«Давай, – сказали мне зеленые глаза, и презрительная усмешка тронула губы. – Чего тянула?»

– Нет, – тихо произнесла я. – Ничего не чувствую.

Обманула родного отца! Ради химеры! Ой…

– Мы останемся поблизости, – пообещали стражники, прощаясь. – Мы обязательно его отыщем.

Вот спасибо! Только я собиралась объявить лже-Энрана неугодным женихом и отослать восвояси! Раз уж я с какого-то перепугу два раза спасла незадачливому химере жизнь, то теперь поздно отступать. Я вздохнула. По крайней мере, надо спросить, зачем он так рисковал, заявившись на территорию, подвластную драконам.

Только как спросить? Как остаться с ним наедине? Я заерзала на стуле. Как неуютно под этими взглядами!

– Так, – сказала я, надеясь, что голос прозвучит бодро и властно, но услышала писк какой-то малявки и тут же сама себе показалась еще младше, чем есть.

Шесть пар глаз смотрели на меня с вежливым, немного отстраненным ожиданием. Интересно, перед тем как отправлять молодых лордов к невесте, с ними проводили беседу? Говорили, как надо себя вести? «Эта Агнара Ньорд – избалованная девчонка, – я, как наяву, услышала голоса чопорных драконов, и среди них громче всех слышался голос короля. – Но она драконица, она нам нужна. Будьте предупредительны, вежливы и милы. Развлеките девочку как следует!»

Шестеро смотрели с ожиданием, а один – с едва заметным удивлением. «А почему я до сих пор жив?» – читалось в его глазах. Однако незваный гость почти сразу нахмурился, складка пролегла между бровями: «Не надейся, что я стану твоей игрушкой».

– Так, – повторила я. – Давайте споем «На Север».

«На Север». Песня, написанная в те времена, когда начался великий исход Старших народов в Небесные Утесы. Негласный гимн, который знает каждый дракон.

Женихи коротко переглянулись, и я была уверена, что сейчас они придумают способ вежливо отказаться. Я и сама с трудом представляла пение шестерых драконов а капелла.

– Хором? – с усилием произнес Арен Вилард. – Или по очереди?

– Х-хором, – пролепетала я.

Вообще-то они пели здорово! У драконов абсолютный музыкальный слух и сильные голоса. Вот только лже-Энран, зараза, все портил. Он не пел и не собирался, и, как он ни старался это скрыть, по-моему, его веселило хоровое пение. Нет, ну не гад?

– А вы почему не поете, дорогой лорд Альгейр?

Я надеялась, что незваный гость угадает в вежливом обращении скрытую угрозу, но тот и ухом не повел.

– Я что-то нынче не в голосе, дорогая леди Ньорд, – ответил он в тон мне, и я поняла, что впервые слышу голос химеры.

Совершенно обычный голос молодого мужчины, с едва заметными саркастичными нотками. Либо он понял, что я его не выдам, либо бравировал