Маша выбирает яркие цвета - Салма Кальк

— Спасибо тебе, господи, что послал мне фею, — проговорил Жиль, и провалился в темноту.

3.

Маше говорят, что у неё не все дома,

Но у неё все дома, если дома она

Маша затащила парня в прихожую — с трудом, честное слово, парень был немаленький, хоть и стройный. Тут же явились Маська и Баська, офигели от увиденного и спросили — хозяйка, ты с дуба рухнула, что ли, нам самим жрать нечего, а ты вон какого котяру припёрла!

— Ну вы чего, девки, он тут прямо у крыльца лежал, не бросать же! Если не прибьют по тихой, то обнесут-то как нефиг делать, понимаете?

Маська посмотрела жёлтыми глазищами на Машу, потом на парня, пошевелила усами — и пошла обнюхать. Баська осторожничала и тоже принюхивалась, но со стороны, и недовольно мотала хвостом. Не дай бог, мол, будет конкурент на наш корм премиум-класса, другой-то еды в доме, считай, что и нет!

— Девки, цыц. С голоду не помрём, на еду я на кафедре стрельнула немного. А завтра пятница, в салоне заплатят.

Маша работала лаборантом на кафедре дизайна — будучи выпускницей этой кафедры, смогла договориться о работе. А после универа шла в салон красоты, где делала клиенткам маникюр и макияж. На кафедре платили мало и раз в месяц, но это ж официальная работа, все дела. А в салоне — по устному договору с хозяйкой, там работа была, если были клиенты. Обычно, конечно, были — вот как сегодня, например, двум девочкам ногти рисовала, засиделась допоздна и едва успела в магазин. Так что, кисы мои, не пропадём.

Баська подошла и милостиво потёрлась о ногу — правильно, мол, хозяйка, говоришь, питаться надо, иначе протянем ноги всем коллективом. Вообще согласно ритуалу следовало войти в квартиру, повесть ключи на гвоздик, снять куртку, шапку и ботинки, сесть на табуретку, взять на колени обеих кошек и поздороваться. Но какой тут ритуал, когда такое диво к порогу подбросили!

— Ты, Бася, не возникай сверх меры, когда тебя, помнится, к тому же крыльцу подбросили позапрошлой зимой, я тебя тоже домой притащила, и не спрашивала, кто ты такова и что будешь есть. Так что — выгребем как-нибудь.

Тем временем Маська закончила осмотр и подошла за своей долей приветствий, была поглажена и отпущена.

И блин, что с парнем делать?

Маша пригляделась — дышит, ура, дышит. Может, его хоть по щекам похлопать? Попробовать на диван затащить? Пол-то холодный, вообще в доме теплоизоляция более чем сомнительная, а в прихожей и вовсе.

— Девки, если не можете помочь — так хоть не мешайте, — сказала Маша кошкам, взяла парня под мышки и потащила в комнату.

Сапоги снять можно будет и потом, вроде они не сильно грязные — будто и не по здешним гребеням шёл.

Тащила Маша не сказать, чтобы аккуратно, и от тряски подобранец пришёл в себя.

— На каком я свете-то, господи, — пробормотал он вполне отчётливо.

— На нормальном, на этом, — ответила Маша. — Ты кто вообще? И как у меня под порогом оказался?

— Эксперимент, — выдохнул гость, не открывая глаз. — Эмиль… найдёт меня. Наверное.

— Кто это — Эмиль? Как его по жизни зовут? — Маша не могла сказать, что знает всю ролевую и околоролевую тусовку города, и ни о каком Эмиле она не слышала.

Впрочем, мало ли новеньких, которых она не знает?

— Так и зовут — Эмиль… Эмиль дю Лак.

Божечки мои, ещё и дю Лак. По ходу, парень головой-то хорошо ударился.

— Ладно, номер его ты, конечно, на память не знаешь, — вздохнула Маша.

— Какой ещё номер? — взгляд парня сфокусировался на её лице. — Фея, как есть фея!

— Рейса, блин, на Мальдивы. Телефонный, ясен пень!

— Ты о чём, фея? — очевидно, парень силился её понять, но не мог.

— О делах наших скорбных, — вздохнула Маша. — Ладно, лежи, может, вспомнишь ещё.

Только вот ещё клиента с амнезией ей не хватало! Может, конечно, проспится, а вдруг нет?

— Как зовут-то тебя, помнишь? И где живёшь?

— Жиль, меня зовут Жиль. Живу я… далеко. Видимо, очень далеко. Как к тебе обращаться, прекрасная фея?

Вот заладил!

— Мари, — пробурчала Маша.

Раз уж Жиль, то пусть так — для гармонии.

— Благодарю тебя, прекрасная фея Мари, за спасение моей жизни, — торжественно сказал парень.

Попытался взять её ладошку, но — очевидно, не хватило сил.

— Ты лежи, болезный, — пробурчала Маша и пошла на кухню — ставить чайник.

В их с кошками распоряжении были две комнаты — маленькая и очень маленькая — в первом этаже двухэтажного деревянного дома, по сути — барака. И ещё — крошечная кухня, и такая же ванная. К счастью, в доме была канализация, и вода тоже была, правда, только холодная, а горячая получалась через водонагреватель. Хреново, но уж как есть. Центральное отопление тоже было, но — чисто символическое, батареи грели еле-еле, а в деревянные рамы свистело бы только в путь — если бы Маша их осенью тщательно не заклеила. Ещё была печь — нормальная печь с дровами — в стене между кухней и маленькой комнатой, но Маша ей не доверяла и сама никогда не топила, хотя небольшой запас дров на экстренный случай типа отключения электроэнергии был. А основным источником тепла был обогреватель — хороший масляный радиатор, купленный Машей ещё в прошлую зиму.

Маша насыпала кошкам еды и обновила воду, включила чайник, укатила в комнату обогреватель, включила его, глянула на парня — тот, кажется, дремал, или снова отключился — и пошла за шкаф, где была отгорожена как бы спальня, переодеваться из приличного в домашнее. Попутно включила комп и смотрела — не накидали ли заказов на картинки, ночами она делала людям арты и коллажи для оформления их страниц в соцсетях.

Заказов подбросили, вода в чайнике вскипела, можно было заварить чай и ставить жариться пельмени. Попутно Маша сняла-таки с парня сапоги, отстегнула ремень с оружием, рассмотрела. Клёвое всё, прям как настоящее! Сложила рядом на вытертый ковёр — ничего другого всё равно не было. Принесла из маленькой комнаты одеяло и подушку, одну подсунула гостю под голову, вторым укрыла. А сама положила в