Ферма на краю мира - Теона Рэй

Дотошный паренек мне не особо докучал, но я боялась случайно проговориться. Не могла понять, можно ли рассказывать хоть кому-то о том, откуда я родом, или нет, поэтому за своими словами лучше следить. А то отведут на какие-нибудь опыты! Окинув взглядом едва ли не средневековое поселение, хмыкнула — сомневаюсь, что у них вообще знают, что такое “опыты”.

И снова я ошибалась. Но узнала об этом конечно же не сразу.

— Скажи, а в том доме что на отшибе, кто живет?

— Эйран Флор. Вы к нему идете? Бесстрашная вы однако.

— Не к нему, наверное. Я о другом доме, который разрушен.

— Там — никто, и вам не советую к нему приближаться, — мальчишка вздрогнув, съежился.

— Почему?

— В нем живут призраки. Существа не очень приятные, и даже опасные.

Я усмехнулась. Да, в десять лет я тоже верила в призраков. Но ответ Пирса меня успокоил — если в том доме никто не живет кроме привидений, значит мне не помешают. Спать хотелось ну очень сильно, бессонная ночь проведенная с промокшим от слез платком в руках, давала о себе знать.

Двинулась вдоль дороги, и с удивлением обнаружила, что Пирс идет за мной. Не то что бы мне стало страшно, но все же было как-то не по себе.

— Тебе тоже в ту сторону?

— Нет, я хочу вас проводить.

— Зачем?

Мальчишка насупился, смутившись.

— Вы со мной разговариваете.

Более странного ответа я не ожидала услышать. Местный сумасшедший что-ли? Вроде выглядит нормальным. Ну ладно, что ж.

— Хорошо, идем. Правда, лучше проводить, а то снова потеряюсь.

— А вы из какого рода?

— Езерских… Наверное, — хмыкнула я, назвав свою настоящую фамилию. Рода! Ну и сказочник, этот Пирс.

— В нашем королевстве таких нет, — скептически взглянул на меня паренек.

— Я из другого.

— Из какого?

— Ты очень любопытный малый.

— Я люблю разговаривать, но не с кем.

— Отчего же?

— Так вышло.

Нет, он определенно что-то скрывает! Любопытство брало верх, и я стала придумывать, как выведать у мальчишки его секрет.

— Ты учишься где-нибудь?

— Нет, конечно, вы что!

— Эм, ладно. С кем живешь, мама, папа, братья?

— С батей.

А словечко-то земное. Или здесь тоже так говорят? Какое-то время мы шли молча, пока у меня не зарычал от голода живот.

— А можно где-то еды достать? Только у меня денег нет совсем.

— Гуся вы же на что-то купили?

— Так я за него последние и отдала. Не буду же его есть, в самом-то деле.

Клетка дернулась, птица заметалась, стукаясь об решетки.

— Тише, маленький, тише! Ты мне друг, а друзей я не ем.

— Это хорошо, — расплылся в улыбке Пирс. — А то бывают, знаете, нелюди.

— И все же, есть возможность где-то покушать?

— Вообще да… Отец должен уйти в город сейчас, а у нас с обеда осталась вареная картошка.

Я почувствовала укол стыда. Можно сказать, напросилась на ужин, но голод был очень сильным. Последний раз я ела… не соврать бы, дня два назад. Последний морковный салат доела, да огурцы соленые.

Мы развернулись и пошли к дому Пирса. Домик его был крошечным, а за ним в огороде стоял сарай, в него мальчишка меня и повел. Расположились на куче сена рядом с загоном, в котором хрюкал во сне маленький поросенок.

— Хозяйство держите?

— Порося, да корову. В поселке без хозяйства не прожить, а так мясо свое, молоко. Овощи еще с огорода, скоро картошку сажать вот будем.

Я прижала колени к груди, и задумалась. Паренек казался слишком смышленым для своих лет, и довольно странно, что он нигде не учится. Разговаривает грамотно, рассуждает как взрослый.

— Так почему с тобой никто не дружит? — мне не давал покоя этот вопрос. Пирс развалился на сене, закинул руки под голову.

— Таких как я тут не любят. Боятся, что-ли, не знаю. Может быть презирают, но в лицо не говорят.

— Ты кажешься вполне обычным, даже милым, — улыбнулась я, а паренек зарделся.

— Сразу видно, что не местная. Что, маменька с папенькой никогда не выпускали из дома? Наверное и училась еще в академии.

— Училась. Только не в академии, а в университете. Не закончила последний курс, — ответила я. А про себя добавила: не хватило денег, а потом дед умер и мне пришлось вернуться в деревню. Как же я проклинала тот день!

Случившееся пять лет назад перевернуло всю мою жизнь с ног на голову, и не было ни одного дня с того момента, чтобы я не злилась на судьбу. В то время, как мои подружки выходили замуж, катались по морям, я чистила птичник с утра до ночи, выращивала и продавала гусей, выращивала и продавала…

А потом случился позавчерашний день, и моя жизнь снова перевернулась.

— На каком факультете училась? — отвлек меня от размышлений Пирс.

— На экономическом, — мальчишке я не боялась рассказывать правду частично. Нет лучше собеседника, чем собеседник без друзей. Этот точно никому не расскажет.

— Ого! Какая-то новая разновидность магии? Я читал всего о пятнадцати, но про такую не слышал.

— Какой еще магии? — спросила, выдержав паузу. Решила, что мне послышалось.

Пирс сел на куче сена, и удивленно посмотрел мне в лицо.

— Ты странная, вот что я скажу. Из аристократов, училась в каком-то необычном месте, о магии не слышала. Откуда ты? Даже в самом захудалом королевстве есть книги в которых все можно прочитать. Ты никогда не читала?

Так, все! Я так больше не могу!

— Пирс, а слышали ли в вашем поселке хоть что-то о других мирах?

Мальчишка фыркнул, открыл рот чтобы что-то сказать, но застыл словно привидение увидел.

— Ты… что? Правда? Ты не из Молота? Пресвятой Создатель! — паренек вскочил, забегал по сараю. Поросенок испугался шума, завизжал, и тоже принялся бегать по клетке. — С ума сойти!

— То есть все-таки слышали?

— Да ты что! В академии целые факультеты Путешественников есть! Исследователи других миров — это элита Молота. Их единицы: земные, подводные, и морские. Путешественники уходят через порталы иногда на целые десятилетия, если проход редко открывается, а потом возвращаются и пишут книги. Только прочитать их нельзя — такие знания доступны лишь правящему роду. Книги хранятся в королевской библиотеке для будущих поколений, а сами Путешественники дают клятвы о неразглашении еще