Сломленная. Часть 1 (ЛП) - Алексис Ноэль

быть реальным. Ты мой счастливый талисман, женщина, с которой я состарюсь. Через шестьдесят лет мы будем сидеть на качелях перед крыльцом и смотреть, как наши внуки бегают и смеются во дворе. Я возьму тебя за руку, и ты посмотришь на меня с улыбкой. Это будет удивительная жизнь, детка. Мне нужно, чтобы ты была сильной ради меня, хорошо? — Я смотрю на него, пораженная тем количеством любви, которое вижу в его глазах. — У нас есть неделя до моего отъезда, и я планирую использовать ее, чтобы испортить свою прекрасную жену.

Я улыбаюсь ему и нежно целую его в губы.

— Ты знаешь, как твоя жена хочет быть избалованной прямо сейчас? — Я обнимаю его за шею, и он многозначительно поднимает брови, глядя на меня. — Она хочет, чтобы ты помог ей распаковать огромное количество коробок в доме. — Его лицо вытягивается, и я не могу не рассмеяться над выражением его лица.

— Тебе лучше бежать.

Визжа, вылетаю из спальни и спускаюсь по лестнице. Кэм ловит меня в гостиной и бросает на диван. Он закидывает мои руки мне за голову и устраивается сверху.

— Это было не очень мило, миссис Уилсон.

— Может быть, я не такая хорошая, как Вы думаете, мистер Уилсон. — Он наклоняется, чтобы поцеловать меня еще раз. — Ты — все, что я о тебе думаю, и гораздо больше.

Он встает, таща меня за собой.

— Давай распакуем все это дерьмо, чтобы мы могли наслаждаться общением друг с другом на следующей неделе.

С этим заявлением мое настроение снова падает. Одна неделя — семь дней — это все, что у меня есть до того, как он уедет. Возможно, все было бы не так плохо, если бы я работала на обычной работе с девяти до пяти и мне было где проводить свои дни. Я писатель, так что на самом деле единственное место, куда я пойду — Старбакс, и я обычно провожу больше времени, наблюдая за людьми, чем пишу. Я страдаю от серьезного писательского застоя, когда Кэма нет. Как я могу писать о любящих парах, когда я разлучена с человеком, которого люблю? Каждый раз, когда он уезжает, он забирает мое вдохновение с собой. Как бы удручающе я ни звучала, все, что я на самом деле делаю, когда его нет — валяюсь на диване и смотрю дрянные реалити-шоу.

Мои немногочисленные друзья будут пытаться вытащить меня, и время от времени им это удается. Однако, в основном, я остаюсь дома, опасаясь, что, если я окажусь где-нибудь с плохим приемом, я могу пропустить его звонок. Я могу не получить уверенности в том, что он в безопасности, и не услышать, как он говорит мне, что скоро будет дома.

Хотя мои родители все еще живы и счастливы в браке, я ненавижу обращаться к ним со своими проблемами. Мою мама больше беспокоит бородавка, чем я, а мой папа так напряжен и устал к тому времени, как возвращается с работы, что я просто не хочу беспокоить их своей проблемой, требующей, чтобы с ней нянчились. Мне нужно быть сильной. Не только для себя, но и для Кэма.

Мы с Кэмом проводим остаток ночи, распаковывая вещи, и вернулись к тому, какими были до того, как он получил приказ. Мы заказали пиццу и в итоге заснули через десять минут после фильма, который решили посмотреть. Если бы я могла проводить так каждую ночь, то так бы оно и было.

Он делает меня такой счастливой, даже когда мы абсолютно ничего не делаем.

Глава 3

Я просыпаюсь от запаха бекона и выползаю из постели, словно зомби.

Мое тело, все еще уставшее от вчерашней распаковки вещей, поэтому если бы не божественный запах, доносившейся наверх, я бы все еще спала. Когда я вхожу на кухню, Кэм стоит у плиты в одних пижамных штанах. Я слышу бормотание ругательств каждые пару секунд, и его тело подпрыгивает, как будто в шоке.

— Сколько раз я говорила, что ты не должен готовить бекон без рубашки? — Я смеюсь и опираюсь локтями на островок позади него.

Он оборачивается и ухмыляется мне.

— Ты жалуешься на вид? — Мои глаза блуждают по его подтянутой груди и прессу, заставляя непреднамеренно покачать головой. Я определенно никогда не жалуюсь на вид. Он наблюдает за мной, когда я подхожу к нему.

— Лучший вид, который я видела за долгое время.

Его брови приподнимаются от моего комментария.

— За долгое время? Тебе лучше изменить это утверждение на «лучший вид, который ты вообще когда-либо видела». — Я смеюсь и тянусь за кусочком бекона, который уже успел остыть на тарелке. Кэм шлепает меня по руке, и я быстро отдергиваю ее. — Эээ, что ты говорила о виде?

Мои руки обвиваются вокруг его талии, и я наклоняюсь к нему так, что мы оказываемся вплотную друг к другу.

— Лучший. Вид. Когда-либо. — Я целую его в грудь между каждым словом.

Кэм шлепает меня по заднице, прежде чем снова повернуться к плите.

— Так я и думал. — Я беру кусок бекона и направляюсь к столу. Клянусь, у меня самый лучший муж, потому что он уставлен тарелками и стаканами с апельсиновым соком. Кэм ставит тарелку с беконом и яйцами, прежде чем сесть напротив меня.

— Большое спасибо, детка. Пахнет потрясающе.

— Я подумал, что это то, что бы подняло твою коматозную попку с кровати. — Я бросаю в него кусок бекона. Вместо того, чтобы попасть в него, он ловит его ртом. — Не забудь, что сегодня у нас пикник с ребятами.

Я внутренне закатываю глаза. Друзья Кэма и их жены могут быть милыми, но сегодня мне не хочется быть общительной. Женщины хотят говорить только о своих мужьях или детях, до свадьбы все, что я слышала, было «когда вы собираетесь пожениться?», теперь, когда на этот вопрос дан ответ, я знаю, что следующей темой будет «когда у вас будут дети?». Я не готова ни к этому разговору, ни к детям. И я знаю, что горячей темой будет предстоящая командировка. Все ребята из одной команды, так что я уверена, что им всем вчера позвонили. Это очень сильно испортит мне настроение, если я буду весь день говорить о детях и отъезде Кэма. Я делаю счастливое лицо просто потому, что не хочу подвергать его лишнему стрессу.

— Звучит неплохо.

Мы заканчиваем завтракать, и я поднимаюсь наверх, чтобы одеться. Когда мы