Единственное желание. Книга 1 - Надежда Черпинская

***

Олесю Настя знала меньше двух лет, но казалось, что они всю жизнь знакомы. Каждый день виделись: вместе учились, жили неподалёку, да и свободное время обычно проводили вместе. Рыжая даже представить не могла, что когда-нибудь жизнь разведёт их в разные стороны.

Олеся пришла уже на втором курсе из другого института. В Торговом яркая компанейская хохотушка сразу же произвела фурор.

Настя тоже попала под её обаяние. Едва Светлана Ивановна, преподаватель по экономической теории, представила группе новенькую – Олесю Петрушенко, как Рыжая решила, что хочет непременно с той подружиться.

Леся всегда держалась уверенно и раскованно, умела выгодно подчеркнуть свою и без того эффектную внешность.

Миловидное лицо, стройная фигура, каре оттенка «золотой блондин». В сочетании с тёмно-карими, прямо-таки цыганскими глазами светлые волосы смотрелись необычно. А уж Леськина улыбка могла растопить любое, даже самое чёрствое сердце.

К тому же она оставалась хронической оптимисткой, несмотря на все сложности в её жизни. А уж горюшка Петрушенко хлебнуть успела.

Детство своё Леся провела в глухой деревушке, где основной валютой и ценностью считался технический спирт. Устав от побоев и дебошей вечно пьяных предков, Олеся сбежала в город к тётке.

Кроме племянницы у тётки на попечении состояло три кошки, два пуделя и пекинес. За всей этой живностью приходилось присматривать Олесе, но после пьяных разборок, её это совершенно не напрягало. Да и энергия из этой девчонки била фонтаном.

Неудивительно, что и поклонники падали к её ногам штабелями.

Настя была полной противоположностью Леси – малообщительная, серьёзная. Некоторые её считали надменной.

На самом деле, Настя с детства была стеснительной, при всей своей незаурядной внешности – яркое огненное буйство кудрей, изумрудно-зелёные глаза с золотисто-ореховыми крапинками. Высокая и длинноногая, словно фотомодель, с истинно королевской осанкой. Её молочно-белой коже завидовали многие девчонки – ведь Настя на удивление была лишена веснушек, свойственных большинству рыжих, да и загорала вполне нормально, без ожогов.

Казалось бы, красотка!

Но, видно, слишком въелись в память привычные с детства насмешки. Уверенности в себе Анастасии всегда не хватало, но она умело это скрывала, просто ограничивая круг общения. А вот с Лесей сошлась моментально.

И теперь Настя, привыкшая к подруге, как к собственной тени, не могла даже представить, что когда учёба закончится, жизнь заставит их разойтись, так или иначе. Ведь будет работа, и новые люди, и знакомства, а потом собственные семьи, и всё уже станет по-другому…

Но пока они были вместе, понимая друг друга с полуслова, а иногда и вовсе без слов.

Мама Насти, Надежда Андреевна, поначалу даже ревновать начала, уж больно много времени дочь отводила подруге. А ведь раньше она почти всё время проводила дома.

Двенадцать лет назад родители Насти развелись.

Отец уехал куда-то на север зарабатывать «большие деньги». Новой семьёй так и не обзавёлся. Оно и неудивительно – тот ещё бабник и деспот, он ни с одной женщиной не мог ужиться.

Брат Насти Денис уже четыре года как женился, а год назад стал отцом премилого малыша Алёши. Вместе с женой Наташей они жили на съёмной квартире, а потому Настя оставалась единственной заботой Надежды Андреевны.

Когда повзрослевшая Настя стала проводить больше времени вне дома, мама начала тихие скандалы. Но, познакомившись с Олесей, постепенно стала и её принимать как дочь родную.

К тому же подрастающий внучок Алёшка требовал всё больше участия и заботы со стороны бабушки, и Надежда Андреевна переключила своё внимание со взрослой дочери на юное пополнение семейства Романовых.

Да, да, Романовых! Настя гордилась своей звучной царской фамилией, хотя прямого отношения к потомкам императорской семьи её отец, разумеется, не имел.

Но Настя всегда чувствовала некую ответственность перед тем таинственным и великим именем, коим её наградили родители, и старалась вести себя всегда с надлежащим достоинством и благородством.

Она хорошо училась, занималась иностранными языками, пением, танцами, играла на гитаре, всерьёз увлекалась историей и мифологией.

А вот к профессии бухгалтера, которой ей предстояло заниматься в будущем, увы, не испытывала ни малейшего интереса. На экономический факультет Рыжая пошла, подчиняясь желанию матери.

В их провинциальном городке сложно было выбрать профессию престижнее. И скучнее…

Но Настя привыкла всё делать на «пять с плюсом», а потому училась она отлично, в глубине сердца храня иные мечты.

Хотелось ей вместо скучных цифр, нудных отчётов, запутанных систем налогообложения, бухгалтерских счетов и индекса Доу-Джонса – путешествий и приключений, бескрайних морей, нехоженых дорог, далёких стран и горных вершин. Изведать мир со всеми его чудесами, а потом рассказать об этом людям! Книгу написать или снять кино, которое непременно вдохновит ещё кого-то повторить её подвиг.

Но какие могут быть приключения в провинциальной российской глубинке? Море и дальние страны Настя видела разве что во сне, да ещё по телевизору.

А вот горы, к счастью, имелись…

Не Гималаи, конечно! Но Романова обожала прогулки на Воронов утёс…

***

– Дурацкие комары! Всю кровь уже выпили! – захныкала Олеся, прихлопнув назойливое насекомое, ужалившее её в лоб. – В этом болоте что, больше кусать некого?

– В болоте… болоте… – проворчала Настя, остановилась резко, глядя себе под ноги.

Леся, налетев на неё, негромко ругнулась. Кроссовки Насти постепенно погружались в чёрную, жидкую грязь. Тёмный ельник скрывал небеса. Пахло сыростью, грибами и прелым дёрном.

И Насте это совершенно не нравилось.

– Ну, и чего мы встали? – чуть раздражённо поинтересовалась Олеся. – Будем ждать, пока нас эти вампиры доедят?

– Притормози, Леся! Тут и вправду какое-то болото, причём становится всё грязнее!

Настя огляделась, пытаясь понять, куда идти.

– Ты хочешь сказать, что мы заблудились? – испугалась Олеся.

– Здесь невозможно заблудиться, – успокоила Настя. – Поднимемся на гору, оглядим окрестности: скалы Воронова утёса торчат над лесом так высоко, что их видно отовсюду. И просто пойдём в их направлении, по прямой. Вот и всё! Пару часов, и мы на месте…

Настя старалась говорить уверенно, но, судя по нахмуренным бровям Олеси, на этот раз она не слишком верила подруге.

***

– Всё! Я больше не могу! – Олеся рухнула на зелёный ковёр мха. – Перекур!

– Перекур? Это хорошо, – довольно улыбнулась Настя, присаживаясь на край огромного валуна. – Давай тогда пирогов потрескаем!

Она достала из рюкзака ароматную выпечку и протянула один пирожок Петрушенко.

Солнце, поднявшееся уже очень высоко, нещадно припекало. Юные