Желанная и вероломная - Хизер Грэм

Судя по всему, война напрочь лишила его сострадания. Значит, и она будет столь же хладнокровна.

Лучше бы она и в самом деле его предала! Тогда теперь ненавидела бы так же сильно, как, по-видимому, он ее.

— Язык проглотила? — язвительно произнес он с виргинской протяжностью. — Очень странно. Разве ты меня не ждала?

Приблизившись, он показался ей еще выше. Несмотря на видимую худобу, плечи его как будто стали шире, а грациозность движений усиливала угрозу.

«Беги! Беги сию же минуту!» — подсказывал ей внутренний голос.

Но бежать было некуда.

Он джентльмен, напомнила она себе. Офицер кавалерии. Один из последних рыцарей, как называли своих кавалеристов южане. Воспитан в духе преклонения перед женщинами. Его учили превыше всего ценить свою честь; именно честь, справедливость и долг — те принципы, согласно которым следует жить.

Его учили быть милосердным…

Но в глазах, смотревших на нее сейчас, милосердия не было.

Она чуть не вскрикнула, когда он потянулся к ней, но тут же онемела от испуга.

Дэниел взял из ее рук ковш, зачерпнул холодной колодезной воды и с наслаждением сделал глоток.

— Странно, что вода не отравлена. Может быть, в ней есть хотя бы битое стекло? — хмыкнул он.

Их разделяло всего несколько дюймов. На какое-то короткое мгновение сердце ее забилось от радости: пусть Камерон думает что угодно, пусть не верит ей, лишь бы был жив. Потому что в тот незабываемый час, который они провели вместе, она его полюбила.

И ничто — ни цвет мундира, ни различия в их убеждениях и верованиях — не сможет повлиять на чувство, что поселилось в глубине ее сердца.

Она любила его все долгие месяцы войны, любила, несмотря на то что он только сильнее уверовал в ее предательство, ожесточившись в это суровое время.

Она любила и боялась его одновременно, и вот теперь он снова перед ней. Так близко, что ощущаются даже тепло И запах его тела. Похудевший, осунувшийся, в поношенной одежде, он тем не менее красив и благороден.

Дэниел, подойдя еще ближе, буквально пронзил ее своим жгучим взглядом. Голос его — хрипловатый и низкий — дрожал от волнения.

— Вы словно привидение увидели, миссис Майклсон. Ах да, вы, должно быть, надеялись, что я к этому времени уже стал привидением, давным-давно пав на поле брани и обратившись в пыль? Нет, ангелок, как видишь, я здесь. — Он на мгновение умолк, затем снова саркастически улыбнулся. — Черт возьми, Келли, ты все так же красива!

Надо бы просто-напросто тебя задушить — вцепиться в это красивое горло и задушить. Но ведь даже если тебя не будет, ты по-прежнему будешь мучить меня!

Она гордо расправила плечи и решительно взглянула ему в глаза, моля Бога не оставить ее.

— Полковник, пейте и, будьте любезны, езжайте своей дорогой. Это территория Союза, и ваше присутствие здесь нежелательно.

К ее удивлению, он не сдвинулся с места. Что ж, она не сдастся на милость победителя, все давно решено. Келли величественно развернулась и прошествовала к дому с высоко поднятой головой.

— Келля! — окликнул Дэниел гневно.

Она ощутила его голос как прикосновение страждущего, которое отозвалось в душе и сердце страхом и вновь проснувшимся желанием.

Келли бросилась прочь, боясь оглянуться. Только бы поскорее добраться до дома!

Вбежав в дом, она закрыла дверь на засов и прислонилась к ней спиной.

— Келли! — снова крикнул он.

Она затаила дыхание и отскочила в сторону, потому что он забарабанил в дверь кулаком. Закусив губу, она попятилась вглубь комнаты. Должно же быть какое-то место, где можно спрятаться?!

Неужели он ее задушит? Нет. Пусть даже идет война, но ведь солдаты мятежников не душат женщин-янки.

— Прочь, Дэниел! Возвращайся к своим солдатам, к своей армии — на свой Юг!

Он все-таки вышиб дверь и теперь стоял на пороге, пристально глядя ей в глаза.

— Вот как? Разве нет поблизости доблестных солдат-янки, которые пришли бы к тебе на помощь, как только ты снова заманишь меня в постель?

Схватив со стола кофейную чашку, он» запустила ею в обидчика.

— Убирайся!

Он вовремя пригнулся, и чашка пролетела мимо.

— Убирайся? Как грубо, миссис Майклсон! Ведь я так долго ждал этого момента. Бессонными ночами мечтал о том, чтобы вернуться. Глупец! Да, урок не пошел мне на пользу!

Он сорвал с головы шляпу и швырнул ее на кухонный стол.

— Ну что ж, вот я и вернулся, ангелок. И горю нетерпением продолжить с того, на чем мы остановились. Давай-ка припомним, где это было… Кажется, в твоей спальне? А-а, вспомнил: в твоей постели! Припомни, где именно находились действующие лица?

— Вон из моего дома! — возмущенно оборвала его Келли.

— Ни за что, — произнес он, горько усмехнувшись. — Ни за что, мадам, и не мечтайте!

Полковник решительно шагнул вперед, и ее вдруг охватил жуткий страх. Он ничего не сделает, уговаривала она себя. Только не Дэниел! Он путает, дразнит ее, но и пальцем не тронет…

Нельзя позволять ему прикасаться к ней, иначе она не устоит.

— Не смей! — предупредила она.

— Ну уж нет, пусть хотя бы это вторжение на Север будет успешным, — заявил он, и от его слов у нее мороз по коже пробежал. Он усмехнулся, не сводя с нее недоброго взгляда.

Келли повалила стул, преградив ему дорогу.

— Не смей, черт бы тебя побрал! Ты должен меня выслушать… — начала она.

— Выслушать? — воскликнул он гневно. — У меня нет времени на пустую болтовню, Келли. Я тебя уже послушался однажды…

— Дэниел, не подходи. Ты должен…

— Да, должен закончить начатое. Возможно, после этого я снова смогу спать спокойно.

Камерон схватил ее за локоть, опалив своим синим взглядом. Таким она его еще не знала. Пребывание в лагере для военнопленных и долгие дни войны, несомненно, оставили свой след. Девушка и не подозревала, что он станет таким безжалостным.

— Дэниел, опомнись? — прошипела она сквозь зубы и рванулась прочь.

Он следовал за ней по пятам, вернее, безжалостно преследовал ее, как хищник.

Келли попыталась остановить его, с размаху швырнув вазу.

Но Камерон ловко увернулся, и ваза разбилась о стену. Тут уж полетели ботинок, книга, газета, но тщетно…

Вот и лестница!

Взбежав по ступеням, она едва успела перевести дух, как мужчина поймал ее за волосы. Вырываясь, как дикая кошка, и изо всех сил молотя кулачками по его груди, девушка встретилась с ним взглядом и на миг замерла.

— Давай закончим начатое, ангелок?