Никто не узнает - Татьяна Никандрова

Должно быть, дело в том, что брюнетка совершенно точно не относится к числу моих фанаток. Да и вообще, походу, понятия не имеет, кто я такой. А меня это чертовски заводит! Если честно, все эти писки, визги и глаза на мокром месте от восторга мне уже поднадоели… Я забыл, что значит добиваться женского расположения. Забыл, каково это испытывать трепетное волнение в груди.

А вот ее холодная чопорность и неприступность меня будоражат. Есть в этом свой необъяснимый магнетизм… Что-то такое, от чего во мне просыпается инстинкт охотника. Такую женщину хочется покорять. И обладать ей тоже очень хочется.

Ничего не ответив, незнакомка с отсутствующим видом уставляется в стену, а я продолжаю пожирать ее голодными глазами. Чувствую, как рядом с ней кровь превращается в лаву, а внутри все начинает кипеть и вибрировать.

— Слушай, не знаю, что я должен сказать, чтобы тебе понравиться, — делаю крошечный шаг, приближаясь к ней. — Поэтому давай представим, что все уже сказано, и перейдем к более интересным темам. Желательно в моем номере.

Брови незнакомки стремительно ползут вверх, а лицо приобретает насмешливое выражение:

— Ты серьезно? — она окидывает меня презрительным взглядом, будто я кусок говна на палочке. — Со мной, малыш, тебе явно не по пути, так что лучше иди и поупражняйся в искусстве флирта на ровесницах.

Открываю рот, чтобы ответить ей чем-то дерзким и провокационным, однако в эту самую секунду лифт резко останавливается, а свет в кабине гаснет. Оказавшись в кромешной тьме, мы какое-то время потрясенно молчим, а потом тишину прорезает голос незнакомки, пропитанный нотками паники:

— Что происходит?

— Застряли, — включаю фонарик на телефоне и, подсветив им панель управления, принимаюсь безуспешно тыкать в кнопку вызова диспетчера. — Электричество, похоже, вырубилось.

Девушка начинает глухо материться, а мне отчего-то делается очень смешно. Незадолго до случившегося я думал о том, как было бы круто сблизиться со строптивой брюнеткой, и эти мысли, очевидно, залетели прямо богу в уши. Ведь теперь у меня есть прекрасный шанс залезть ей в голову, а дальше, возможно, и под юбку. Я, она, замкнутое пространство и блаженная темнота вокруг — то, что нужно для осуществления моего коварного плана.

— И что нам теперь делать? — вопрошает незнакомка.

— Надо ждать, пока свет включится, — отзываюсь я, стараясь звучать как можно спокойнее, а то она, походу, нехило так нервничает. — Аварийку пока не вызвать.

— Но ведь можно позвонить им по телефону! — не унимается она.

Блин, че ж какая сообразительная?

— Ну, попробуй, — жму плечами я, вглядываясь в экран мобильника. — У меня вообще связь не ловит.

— У меня есть пара шкал, — отзывается девушка, вытащив из сумки Айфон. — Какой номер?

— Хрен знает. Может, в службу спасения звякнуть? — предлагаю я.

— Да-да, верно, — соглашается она, тыкая идеально наманикюренным пальцем в экран, а затем подносит телефон к уху.

Слегка убавляю яркость своего фонарика, чтобы резкий свет не бил в глаза, и кладу мобильник на поручни так, чтобы он лишь немного освещал потонувшее во мраке пространство кабины.

— Черт, ни фига не ловит, — недовольно шипит брюнетка. — Сбрасывается и все.

— Ладно, расслабься, — советую я. — Наверняка свет скоро дадут, и поедем дальше.

— Расслабься?! — взвивается она. — Это у тебя есть возможность просидеть лишний час в этом гребанном лифте, а у меня график по минутам расписан!

— А почему ты на меня-то гонишь? — хмурюсь я. — Это ж не я электричество вырубил.

Незнакомка нервно цокает, вновь и вновь пытаясь дозвониться до службы спасения, но, судя по ее плотно поджатым губам и сомкнутым на переносице бровям, вызов по-прежнему не проходит.

— А чё ты так завелась-то? — улыбаюсь я, стараясь разрядить напряженную обстановку. — Время девятый час, какие у тебя щас планы были? Прийти в номер и завалиться спать?

— Мои планы тебя не касаются! — огрызается она.

Ох, колючая. Но от этого еще сильнее хочется!

— Как тебя зовут? — интересуюсь я, приваливаясь спиной к стене лифта.

— А тебе какое дело? — все так же злобно шипит эта прекрасная гадюка.

— Я просто сегодня кино для взрослых посмотреть собирался, поэтому хотелось бы знать, какое имя выкрикивать в конце, — решив пойти ва-банк, заявляю я.

Ну а что? По-хорошему эту стерву явно не растормошить. Она из тех, кто терпеть не может невнятные подкаты, ванильные излияния и слабых мужиков. Я это с первого взгляда понял. С такими бабами либо жестко, либо никак.

— Ты охренел? — ее взгляд все-таки отрывается от мобильника и обращается ко мне.

— Охренел, — невозмутимо подтверждаю я. — Хорош корчить из себя Снежную Королеву, давай нормально пообщаемся? Я не кусаюсь, правда. Ну, если этого, конечно, не требуется.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Нам с тобой не о чем общаться, мальчик, — делая акцент на пренебрежительном «мальчик», отвечает она. — Твои вялые попытки залезть в трусы взрослой тете крайне неубедительны. Поэтому давай ты прикусишь свой непомерно длинный язык и обеспечишь меня столь долгожданной тишиной.

— Во-первых, я не мальчик, а Богдан. Запомни мое имя, ты будешь кричать его позже, — надвигаясь на нее всем телом, цежу я. — Во-вторых, дело не в возрасте. Просто ты крепко вжилась в роль конченной суки и отчаянно цепляешься за нее, как за спасательный круг. Я не знаю, в чем причина твоей стервозности… Возможно, проблемы на работе, а, возможно, ты просто давно не трахалась. В любом случае, если хочешь об этом поговорить — я готов выслушать. Если нет, то прекращай дерзить и врубай хорошую девочку.

— А то что? — с вызовом спрашивает она, и ее яблочное дыхание касается моей щеки. — Трахнешь меня против воли?

— Против воли я тебя трахать не буду, — твердо произношу я и, не удержавшись, провожу носом по ее лбу. — Но мы с тобой обязательно переспим. Это я гарантирую.

Сейчас я стою к ней так близко, что явственно чувствую обжигающее тепло ее кожи. Вижу, как бьется тонкая жилка на ее шее, и ощущаю, как высоко вздымается пышная грудь. Она охрененно красивая. Самая красивая женщина, которую я встречал. Дикая, непокорная и невыносимо желанная.

От ее пьянящего жасминового запаха в штанах мгновенно пробуждается жизнь, и я как никогда близок к тому, чтобы потерять контроль над своими рвущимися наружу инстинктами. Правильные мысли тонут в нахлынувших волнах возбуждения, и мне нестерпимо, прямо до зудящей боли хочется впиться губами в ее сладкий, слегка приоткрытый от возмущения рот…

— Отойди, — уже гораздо тише и спокойней говорит она, упираясь ладошками мне в грудь.

Ништяк. Кажется, мне удалось сбить спесь с этой крали. Теперь она не выглядит такой высокомерный и