Цена мира. Родить от врага - Асти Брамс

Стянув трусики по ногам, я неловко бросила их к кофте и, наконец, посмотрела на мужской член. Внутри пронеслось волнительное ликование. Что-то явно происходило – он все еще лежал, но стал больше!

Боясь упустить момент, я приблизилась к Астахову и вновь опустилась на колени. Едва коснулась его члена, как ощутила реакцию. Он слегка напрягся, а еще стал более упругим на ощупь – кровь от возбуждения неизбежно приливала. Машинально вскинув взгляд, я с удивлением обнаружила, что пленник не смотрит… Он принялся буравить пространство, ведь сейчас меня – полуобнаженную на коленях – было довольно сложно игнорировать.

Внутри вдруг пронеслось неприятное стягивающее чувство. Я вынуждена это делать, но и его… вынуждала! Откуда же эта жалость?! Он – враг! Скольких он уничтожил из моей семьи не моргнув и глазом? Скольких обвел вокруг пальца, унизил, ограбил?!

Нельзя быть такой слабой. Да и в конце концов… Ты рискуешь всем не ради мести, а ради шанса на мир! Если уж на то пошло, оказываешь услугу обеим семьям!

Я решила справиться с наплывшими переживаниями, всецело сосредоточившись на важном процессе. По-прежнему стоя на коленях, принялась ласкать рукой мужской орган, надеясь, что получится его достаточно возбудить и без визуального контакта Астахова. Я гладила ствол пальчиками, слегка сжимала уздечку, массировала головку, уделяла внимание мошонке. Чем больше и тверже становился член, тем быстрее таяло мое стеснение, а ласка становилась интенсивнее.

Не знаю, как я поняла, что все – достаточно. Возможно, что-то внутри подсказало, когда я увидела капельку на кончике раскрытой розовой головки, которая смотрела ровно вверх.

Неуверенно подняв глаза на Астахова, я на секунду оцепенела. Он смотрел на меня, слегка склонив голову на бок, и в его взгляде я четко разглядела что-то такое… Словно я ему уже не казалась такой безобидной и никчемной. И возможно, теперь он осознал всю серьезность ситуации.

Я, кажется, тоже только сейчас всецело осознала. Лишь напоминание о дяде и том, сколько человек рисковало ради моего безумного плана, не позволяло мне остановиться. Но в глаза пленника я больше не могла смотреть.

Упрямо уставившись себе под ноги, я поднялась с колен и сразу уверенно пошла мимо кровати прямиком к стильному белому трельяжу у стены. На нем я ответственно оставила тюбик со смазкой, которую выбрала в аптеке наугад еще несколько дней назад. Я не заблуждалась насчет того, что смогу хоть немного возбудиться и не собиралась превращать грядущий «процесс» в пытку. Ни для себя, ни для него.

Мельком оглянувшись на Астахова, я немного выдавила на пальцы прозрачной густой субстанции, приподняла юбку и стеснительно смазала свои половые губы, слегка заходя во влагалище. Глаза смотрели куда угодно, но только не в большое прямоугольное зеркало, которое отражало все мои действия и в котором я могла встретиться с глазами пленника. И так волнение зашкаливало…

Пульс начал барабанить по вискам еще до того, как я обернулась, оправив юбку и выдернув из коробки салфетку, которой вытерла пальцы. Я возвращалась к Астахову несмелым шагом – взгляд буквально приковало к его большому возбужденному члену, который торчал точно копье из штанов. Даже колени задрожали от паники, настолько его размер внушал.

Как мне удастся вместить его в себя? А двигаться как я смогу?..

Неосторожно закусив щеку, я замедлилась и невольно сжала бедра, чувствуя между ног неприятный холод из-за смазки. Затем буквально заставила себя идти к пленнику, чтобы не терять драгоценное время. По пути бегло осмотрела кресло – оно было достаточно широким, но Астахов занимал почти все сиденье из-за насильно разведенных ног. Придется постараться, чтобы найти удобное положение.

Я уже остановилась вплотную к бандиту и, настороженно поглядывая на него, попробовала упереться коленом справа от его бедра. К моему облегчению, обивка сбоку оказалась не слишком плотной и позволяла найти уверенную опору. Теперь осталось найти ее с другой стороны.

Стараясь не касаться Астахова, я взялась за спинку кресла, недалеко от его плеча, и плавно приподнялась, чтобы опереться на сиденье вторым коленом. Вышло не очень грациозно, но все же я оказалась лицом к лицу с пленником, ровно над его вздыбленным органом.

Смущение тут же огнем разошлось по щекам.

Слишком близко. Я видела маленькие морщинки на лице Астахова, чувствовала запах его кожи и даже шампуня! А еще моя обнаженная грудь предстала практически перед голубыми глазами чужого мужчины, которые вблизи воздействовали на меня странно… Гипнотически. Все это провоцировало мандраж в теле. Но нужно было срочно справляться.

Как бы невзначай отвернув голову, я уставилась на торшер в углу своей спальни и просунула руку между нашими телами, пока не коснулась мужского бедра. Действуя не спеша, но решительно, я осторожно нащупала горячий и неимоверно твердый член, который захватила пальцами за ствол. Старательно направляя его, я попробовала аккуратно присесть. Однако еще до того, как горячая головка коснулась меня между ног, стало ясно, что ничего не выйдет, если я буду держаться за кресло. Плечи у Астахова были слишком широкие, еще и связанные под неудобным углом – я не смогу даже начать двигаться!

Пришлось покончить с церемониями. Посмотрев на пленника так, будто он мог мне отказать, что было крайне нелепо, я переместила руку со спинки кресла на его сильное, каменное плечо. Сначала аккуратно коснулась его пальцами, затем взялась посмелее, и в этот же момент Астахов вдруг резко выдохнул. Будто всего лишь усмехнулся, однако я среагировала остро и вздрогнула. А следом произошло что-то совсем невероятное… Когда я растерянно уставилась на бандита, он взял и подмигнул мне! Моргнул одним глазом.

Остолбенев на пару секунду, я отвела недоуменный взгляд в сторону. Этот Вадим Астахов либо такой же ненормальный, как я, либо… у него есть причины вести себя так развязно! В любом случае в крови прошел скачок адреналина, из-за которого неприятный жар начал расползаться под кожей.

Чувствуя, как ухает сердце, я вновь нащупала возбужденную плоть Астахова и обхватила ее подрагивающими пальцами. Начала медленно садиться, пока не ощутила горячую головку между ног.

Так, расслабься. Начинай вводить…

Дыхание сбилось – не получалось ничерта расслабиться! Поэтому с губ сорвался сдавленный стон, когда я погрузила в себя головку. Прямо чувствовалось, как неохотно растягиваются стенки влагалища от вторжения крупного органа.

Это все волнение. Ты зажата, боишься – поэтому тебе больно!

Стараясь дышать глубже и ровнее, я немного приподнялась и обхватила член бандита другой рукой. Нагло прислонилась к нему почти всем телом, крепко держась за плечо, и вновь попробовала ввести головку. Пошло гораздо мягче. Медленно, но верно я практически полностью села на бедра пленника, не сдержав в конце тихий всхлип и остро ощущая, как глубоко зашла его плоть.

– М-м-м, – внезапно услышала я рядом с щекой низкий протяжный баритон, от которого мурашки выступили на коже.

Глава 3

Тут же уставилась во все глаза на Астахова, ведь это прозвучало нарочно и так вызывающе, что захотелось тут же провалиться под землю!

Нет, не реагируй.

Он специально тебя сбивает и провоцирует!

Стиснув зубы, я прислушалась к себе. Приняла бесстрастный вид, медленно приподнялась и вновь скользнула вниз по члену. Снова поднялась – села, только чуть быстрее. Затем еще чуть быстрее и увереннее.

Кажется, мне все же не удавалось полностью погрузить в себя завидное достоинство Астахова. Хотя я не представляла, куда еще глубже можно продвинуться?! Поэтому всецело сосредоточилась на том, чтобы движения были мягкими и более-менее ритмичными. И чтобы мне это не причиняло дискомфорт.

Вверх-вниз…

Вверх-вниз…

О возбуждении я даже как-то не думала, хотя, кажется, скользить уже давно помогала не искусственная смазка, а моя. Довольно трудно возбудиться,