Мой снежный король - Кая Север

что сокровище эльфийской королевской четы спрятано достаточно надежно, чтобы вот так сразу попасть ко мне в руки, но я точно знаю, что простым крестьянам принцесса его не отдаст. Мой отец долгое время искал бриллиант, но слишком мало включал голову, и теперь, когда у меня наконец были окончательно развязаны руки, я продвинулся в поисках за столь короткий промежуток времени куда сильнее, нежели чем он за все эти годы. И теперь я попросту не имею права его упустить.

— А у меня все с собой, — широко улыбнувшись, вдруг заявляет девчонка.

Внутри меня даже что-то вздрагивает от того, как открыто и без страха она смотрит мне в глаза. Словно мы давние друзья. И то, с какой легкостью она выдает мне то, что ей и впрямь известно, где сокровище… Я вижу это по ее глазам. Да уж, не знай я прочих отличительных особенностей принцессы, сейчас мог бы с точностью утверждать — это она. Эльфы, конечно, народ наглый и непредсказуемый, но только, пожалуй, особа королевской крови могла вот так смотреть в глаза другому королю.

Вместо ответа я легким кивком головы даю знак своим людям, чтобы отпустили девчонку. В митрановых браслетах ей все равно нет смысла бежать.

Но тут же личико эльфийки театрально кривится, губки обиженно надуваются, а брови сдвигаются к переносице:

— Долго же вас ждать пришлось. А мне рассказывали, что вы лучший из поисковых отрядов. Неужто это были лишь слухи? Жаль.

Я слишком привык к тому, что с обычными людьми и альвами мне даже не приходится стараться — как правило, они насквозь пропитывались собственным страхом, как, к примеру, приемная семья принцессы; радостью, удивлением, негодованием, яростью — всем спектром переживаний, на которые они способны. А вот с девчонкой… Признаюсь, ее игра меня несколько сбивает с толку.

— Даже с семьей не попрощаешься? — мое лицо по-прежнему, несмотря на уколы девчонки, остается неизменно-спокойным. 

Вообще, вывести меня хоть на какое-то проявление эмоций всегда было достаточно сложно. Максимум того, чего она сможет добиться подобными словами — это того, что я наконец устало вздохну от ее колкостей, вот и все. 

Разумеется, она ненавидит меня. Разумеется, боится. Мне даже не нужно слышать ее запахов, чтобы понимать это.

— Зачем мне с ними прощаться. Я ещё вернусь. У меня с ними контракт. 

Судя по тому, как остроухая сменяет одно шутовское выражение лица не другое, я понимаю, что зря решил проявить учтивость и дать ей возможность проститься с теми, кто укрывал ее столь долгое время. Не удивлюсь, если все в этой деревне плясали так или иначе под ее дудку — эльфы знатные любители морочить людям голову. А потому я лишь киваю своим рыцарям, чтобы схватили девицу и наконец увели прочь, к повозке.

— Ну не завидуй! — все еще неуместно хихикая, твердит эльфийка, кажется, даже не обращая внимания на стражу, — Хочешь, и с тобой такой заключим? 

— Не здесь, — коротко бросаю я ей вслед.

Я во многом не понимал отца и уж точно не разделял его методов. Но в одном я с ним был, пожалуй, согласен — все эльфы лицемерные негодяи, и никогда нельзя верить им на слово. Дай им повод, тут же заморочат тебе голову, отвлекая, болтая слишком много, больше в несколько раз, чем следовало бы. И принцесса, судя по всему, собрала в себе апофеоз всех неприятных качеств своего народа. Но контракт… Магический контракт для каждого мага значил больше, чем сама жизнь, потому как несоблюдение его условий могло лишить его этой самой жизни.

Я знал, что принцесса умна, раз скрывалась так долго, но то, что она заговорила про контракт — говорит так же и о том, что она дьявольски хитра.

Пришпорив коня, я пускаюсь вперед, обгоняя своих людей и давая им тем самым знак поторапливаться. Нам предстоит долгий путь обратно в замок, да и убраться подальше от этой толпы хочется с каждой секундой все сильнее.

2. Об именах и обращениях, сделках и взаимовыгодных условиях

По плану нам предстояла стоянка, а прибыть в замок мы должны только завтра к вечеру, по крайней мере, таковы были мои расчеты. Что с эльфийкой будет сложно, я понимал уже сейчас. Она вела какую-то свою игру, предпочтя ее возможности попрощаться с людьми, у которых жила все это время… А я ведь так не хотел обращаться с ней, как с пленницей. Все время представлял себе, что принцесса станет умолять не трогать ее, клясться, что понятия не имеет, где Камень жизни… А что на деле? Такая же, как все эльфы. Вероломная, горделивая, упрямая. 

Среди моих людей всегда царила идеальная дисциплина. Иначе и быть не могло. Пусть даже их и было со мной совсем немного — каждому можно было доверить мою жизнь. Но охранять жизнь короля сумеет каждый дурак, что может держать меч — мне же было важно, чтобы все работало, как часы, даже без моего вмешательства. Я точно знал, что даже мой едва заметный кивок головы будет понят верно. Что каждый из моих приближенных готов исполнять приказания еще до того, как я их озвучу. И именно поэтому раздавать приказы мне почти никогда не приходилось. 

Во главе каравана ехал Эвери — мой первый советник, и выглядел он издалека достаточно гордо и величественно, чтобы можно было принять именно его за богатого вельможу, путешествующего со свитой. Я же, как только мы выехали из деревни, тотчас же надвинул на лоб капюшон пониже и слился по своему обыкновению с остальными всадниками в конце. При всем желании никто и никогда не заподозрит во мне короля; и даже если кто-то из деревни попробует продать сведения о том, как я выгляжу и где нахожусь, убить меня издалека с первого раза будет непросто — своего белого коня я сразу же отдал, сменив на гнедого, да и плащ на мне был теперь совсем другой.

—…Эй, ты, разве не знаешь, что засовывать даму в повозку — это нонсенс? — слышу высокий, резкий голосок эльфийки, которая до сих пор продолжает переругиваться с кем-то из моей стражи.

Я неспешно направляю лошадь в сторону звуков ссоры, равняясь с ее кибиткой.

— Вы выглядите уставшими, — видимо, решив сменить гнев на милость, принцесса решает “умаслить” моих альвов по-другому, — Не лучше ли отдохнуть пару дней, а затем снова в путь? Или что? Главного боитесь? Ну да, понимаю, он